- Ну, как раз, это... Допустим, ты видела раньше отрывки в рекламе...
- Ты забыла, откуда я? Какая там реклама! Нет, вру, - я процитировала по-русски: - "На сберкнижке накопили, все, что нужно нам, купили".
Деби удивленно приподняла брови: - Чьто это такое?
- Вот тебе вся реклама... - ответила я. - Зато в стихах. А еще в ресторане, этот шедевр я тоже сама видела... Табличку на каждом столике: "Граждане клиенты, пальцами и яйцами в солонку не макать".
Мы посмеялись.
- Что ж... - помотав головой, Деби отозвалась: - Вернемся к де-жа-ву. - она посмотрела мне в глаза: - Можно это как-нибудь объяснить?
- Или еще, - нашлась я. - Встречаешь совершенно незнакомого человека и в первое же мгновенье испытываешь к этому человеку влечение или, наоборот, неприязнь... Будто уже не только встречала его раньше, а знаешь, хорошо знаешь, чего можно от этого человека ожидать...
- Вот именно. Или попадаешь в незнакомый дом или город, а тебе там необъяснимо хорошо или плохо...
- Помнишь, как на Гаваях?
Мы обе одновременно закивали, вспомнили нашу совместную поездку.
Все было заказано за месяц: самолет, отель... Мы предвкушали удовольствие. А накануне вылета, Деби приснился сон. Во сне этом она плакала, пребывая в страшной тоске. Еще в этом сне лил тропический ливень, а Деби находилась в незнакомой комнате. Она, то есть, Деби, а не комната, металась из угла в угол, заламывая руки, а потом обнаружила какую-то другую дверь, не ту, через которую вошла в эту комнату... Деби вышла в новую дверь и попала на веранду, отгороженную от внешнего мира пышными кустами. На веранде стоял круглый плетеный стол и два таких же плетеных стула. На столе была черная пластмассовая пепельница, какие обычно бывают в ресторанах быстрого приготовления пищи... В пепельнице курилась сигарета, поражавшая своей длинной утонченностью. Вдруг Деби услышала в отдалении голоса и смех. Посмотрев в ту сторону, она увидела красивое экзотическое здание... И проснулась с чувством какой-то странной необъяснимой тревоги.
Она рассказала мне свой сон, от нечего делать, чтобы хоть немножко развеять самолетную скуку. А на острове Кауи нас встретил тропический ливень...
- Вот! - сначала еще беззаботно засмеялась Деби. - Как про это у вас говорят по-русски? Сон в руку?
Мы приехали в свой отель: главное здание с приемным залом, концертным холлом и рестораном, окруженное небольшими домиками для гостей. Когда мы вошли в приготовленный для нас домик, Деби осторожно сказала: - Где-то я уже видела эту комнату.
Обведя еще раз глазом наше пристанище, она устремилась в туалет.
Я выскочила на веранду и первым делом закурила; с одной стороны, курить очень хотелось, с другой, обстановка располагала: ливень, тишина, растительность... Но тут Деби позвала меня, потому что явился рассыльный с нашими чемоданами, а она застряла в туалете. Я поспешно ткнула сигарету боком в вырез пепельницы и вернулась в комнату встретить рассыльного. Пока я давала ему чаевые, Деби появилась в комнате, вид у нее был уже безрадостный.
- Вот тебе и отпуск на Гаваях, - растерянно сказала Деби. - Дождь не прекращается... А говорили, он здесь быстро проходит. Вот всегда у меня так! - и она в отчаянье снова заломила руки: - Я себя чувствую такой потерянной!
Деби стала ходить из угла в угол, а потом остановилась перед дверью на веранду и медленно спросила: - Это еще что такое?
Она дернула дверь и вышла, я за ней. Деби остолбенело смотрела на пепельницу на круглом плетеном столе. На черную пластмассовую пепельницу, в которой все еще курилась моя сигарета "Капри", длинная и очень тонкая.
Тут мы услыхали доносившиеся откуда-то издалека смех и голоса. Мы обе посмотрели в ту сторону и увидели белое, нарядное, очень экзотическое и очень красивое главное здание.
- Я вспомнила, где я видела нашу комнату, - вдруг заявила Деби. Она посмотрела на меня. Вид у нее был не просто обалдевший. Вид у нее был ополоумевший. - Мне прошлой ночью приснилась эта комната! И эта сигарета в пепельнице на столе...
Весь отпуск, сидя в шоке на тихой веранде безлюдного отеля под не прекращавшимся дождем, мы только и обговаривали это событие: сбывшийся в каждой детали сон.
- Итак, - многозначительно произнесла Деби и замолчала.
- Итак? - спросила я, глядя ей в рот.
- Эксперименты инопланетян?
- А может быть! - я была заранее согласна на все.
- А вот, например, твое гадание... Когда оно удачное...
Я пожала плечами.
- Это тоже эксперименты инопланетян? - сказала Деби.
Я пожала плечами, как заведенная. Я была ко всему готова и согласна с любым решением, которое бы она ни предложила.
- Это психическая сила, вот что это такое. Читала ли ты что-нибудь о реинкарнации?
Деби спокойно смотрела на меня, ожидая ответа, и я неопределенно пробормотала: - Так я и знала. Чувствовала, что тем все и кончится. Конечно, опять буддизм...
- Не понимаю, чем тебе не нравится буддизм, - перебила Деби. - Как бы то ни было это не только из буддизма, - протянула она. - По-моему, понятие реинкарнации встречается в каждой религии... Кажется, даже в христианстве. Но дело не в этом. Знаешь, что это такое?
- Как же, - с готовностью ответила я. - Переселение душ, конечно.
- Инкарнация - это рождение, реинкарнация - возрождение души в новом теле после смерти тела предыдущего... В бессмертную душу веришь?
- Черт его знает... Наверно, верю... Впрочем...
- А такое слово, Карма, слышала ты когда-нибудь?
- За кого ты меня принимаешь? - возмутилась я. - Что я - совсем? Конечно, слышала. Карма - это судьба!
- Ничего ты не знаешь, - отрезала Деби. - Книжки читать надо.
- Подожди, - попросила я. - А откуда мы знаем, что все это из одной, а именно, той самой оперы?
- А откуда мы знаем, что нет? - возразила Деби. - Впрочем, ладно. Давай подумаем.
- Давай, - с готовностью согласилась я.
Но ничего мы толком в тот день не придумали. Ничего, кроме инопланетян и моего невежества в вопросах религии и бессмертия души.
Перебрав всю свою библиотеку, Деби выкопала из какой-то кучи оранжевую книжечку и сначала удовлетворительно хмыкнула. Потом маленько подумала, повертела находку в руках...
- Нет, не то, - решила, наконец, Деби и отбросила книжечку.
Я тоже немного повертела ее руках. "Признания одной ведьмы", - гласила надпись на обложке.
- В чем она признается?
- Просто рассказывает, как что делается... Например, как сжигала фотографии влюбленных, чтобы их разлучить...
- Елки-палки! - заорала я. - Я же не знала! Я не хотела!
Деби подозрительно посмотрела на меня. Пришлось еще тут же выложить ей побочную историю с Соней-диллершей, сжиганием фотографии и почему-то приплевшимся к этим делам смертником Крисом.
- Ну, и что, отстала от тебя эта Соня?
- Какое там, отстала! Явилась, показала сотенку, потребовала женить с хозяином немедленно, а заплатить обещала сразу за все после свадьбы.
- Никогда она тебе не заплатит! - вскричала Деби. - Ты скажи, пусть платит сейчас же, не то, вернешь все, как было... Пригрози, иначе не заплатит. Знаю я таких.
- Ты права! - я была потрясена. В мою бесхитростную голову такие идеи не забредали даже по ошибке. Потом я скисла: - Подожди, я же не об этом сейчас... Не в том дело, заплатит, не заплатит, а в том, что, выходит, я и в самом деле, ведьма.
Деби подумала и покачала головой отрицательно.
- Если бы ты, как ты говоришь, была бы ведьмой, ты бы все делала не так. Смотри.
Ей даже не понадобилось искать нужную страницу, потому что нужная страница была загнута, видно, Деби ее хорошенько в свое время проштудировала. Интересно, зачем бы ей это... Неужели, Стюарт?
- Вот. - Деби ткнула пальцем в когда-то давно подчеркнутую строчку. - Вот тут написано, надо фотографию предварительно разрезать, положить туда обрезки ногтей, волос из хвоста черной кошки и каплю крови дьявола. Только тогда можно поджигать, но опять-таки, не просто так, а при этом еще бормотать нужные заклинания...