- Пойду, примерю.
Я бросаю взгляд на альфу, который продолжает неподвижно сидеть на одном месте, закатываю глаза и скрываюсь в ванной, захлопывая за собой дверь с такой силой, что аж стены трясутся. С трудом натягиваю на себя эти ужасные кожаные штаны, которые я одел бы, пожалуй, на какую-нибудь вечеринку, и жилетку, только после этого выхожу обратно в комнату и встаю напротив Тома, уперев руки в бока.
- Ну?
Каулитц осматривает меня с ног до головы, и я вижу, что он еле-еле сдерживается, чтобы не закрыть лицо рукой.
- По-моему, нормально, - безразлично бросает парень, отчего я взрываюсь ещё больше.
- В каком месте?!
Стягиваю с себя жилетку и швыряю на пол, однако штаны снять здесь не решаюсь. Мало ли что Тому в голову взбредёт, когда он увидит меня в боксерах. Хотя, судя по его состоянию, ему будет всё равно, даже если я покручу у него перед носом задницей. Обидно.
Я хватаю следующую коробку и вытаскиваю что-то на подобии комбинезона со всякими немыслимыми аксессуарами и большим поясом. О, Боже. Что это? Это такой наряд на свадьбу? Да этого чувака надо сжечь на костре. Еретик!
- Кто вообще это всё придумал? – недовольно спрашиваю я, отбрасывая очередной наряд на пол. – Какого чёрта я должен надевать такое на свою собственную свадьбу?!
Швыряю в сторону кожаную куртку с серой рубашкой и джинсами. Беспредел. Хоть сам садись и шей себе костюм!
- Я отправил модельеру твои фото, чтобы он проанализировал твой стиль и придумал что-то, что тебе могло бы понравиться, - Том пожимает плечами, а я кидаю в него очередную рубашку, которая падает к альфе на колени. Тот скидывает её на пол, устало вздыхая.
- Но это же не для свадьбы! – я показываю ему ещё один наряд их серых джинс и какой-то навороченной кофты. – Это можно носить в любое другое время, но, чёрт его дери, не на собственной свадьбе, которая бывает один раз в жизни!
Я взвизгиваю, бросая в сторону одежду, и принимаюсь за следующую.
- Нет! – кидаю на пол рубашку. – Не то, - ещё один наряд. – Мне не нравится! Мне ничего здесь не нравится!!!
Я раскидываю остатки нарядов в разные стороны и падаю на кровать, утыкаясь лицом в одеяло.
- Я отказываюсь выходить из дома в этих вещах, - бормочу я. Кожаные штаны скрипят от трения и залезают мне задницу. Я хочу их поправить, но ничего не получается.
Том какое-то время сидит молча, затем встаёт – я слышу, как его шаги приближаются, а потом альфа садится рядом на кровать. Он кладёт мне руку на голую спину, и я вздрагиваю от его холодных пальцев.
- Если хочешь, я сам съезжу в магазин и куплю тебе то, что мне понравится, - спокойно спрашивает Том, гладя меня по позвоночнику, отчего мурашки вскакивают по моему телу.
Я устало что-то бормочу, затем киваю, но продолжаю лежать неподвижно.
- Отлично, - Каулитц нагибается и целует меня в плечо. – Можешь выкинуть всё это, если не нравится. Я пойду, приготовлю что-нибудь перекусить.
Он встаёт и направляется к двери, а я всё ещё обиженно лежу на животе в одних этих гр*банных кожаных штанах, словно капризный ребёнок.
И мне уже всё равно, в чём идти на эту свадьбу, потому что мне кажется, что это всё происходит не со мной, что я смотрю какую-то комедию, в которой какого-то омегу заставляют силком выходить замуж, а тот в свою очередь доводит альфу до нервного срыва. Я выгляжу глупо и безнадёжно. Я выгляжу полным идиотом, которого разводят на собственную жизнь, словно я проиграл её в карты. И это чувство такое ужасное, что я просто задыхаюсь от безнадёжности, но…
Проблема в том, что я устал, мне надоела эта вечная жизнь в одиночестве, мне надоело проводить выходные дома и думать, что ничерта я никому не нужен. Пусть хоть так. Хоть кто-то за стенкой, хоть чьё-то дыхание, а не тишина в ответ на твоё «привет» в пустоту.
Но я всё равно не откажусь от своей роли «а-ля, я ненавижу альф». Даже если Том получит моё тело, то ему никогда не достанется моя душа. Она никому не достанется, потому что она уже умерла в тот день, когда Каулитц мне отказал. И никогда больше не воскреснет.
Shakira feat. El Cata – Addicted To You
И вот наступает 16 июля. Так внезапно и неожиданно, что это выбивает меня из колеи, и когда я просыпаюсь от яркого сна, в котором я лежу в объятиях Тома и дрочу ему, думая, когда же это, наконец, закончится, потом что моя рука устала, и я не получаю никакого удовольствия, я смотрю в потолок примерно минут десять, а потом заходит альфа и говорит, что мне пора вставать. Нужно выехать заранее, потому что тот костюм, который Каулитц подобрал мне на днях, находится в одном из помещений здания, где будет проходить наша церемония. А всё потому, что Николас Холт должен был доставить мой костюм именно туда. Каким боком моя одежда оказалась в руках этого предателя, я так и не понял, но спрашивать не стал, потому что меня вдруг накрыл такой ужас от одной только мысли, что я лишаюсь свободы, что я даже не смог нормально выползти из постели, когда Том сказал, чтобы я спускался вниз и перекусил.
Как я понял, то ничего грандиозного на свадьбе можно не ждать. Просто приедем, распишемся и поедем в какой-то ресторан отметить с друзьями. И всё. Надеюсь, никто не узнает про это, а то папарацци появятся тут как тут, а мне не очень хочется, чтобы все знали, что самый желанный омега выходит замуж за чёрт знает кого.
Стоп. Ведь, если подумать, то сегодня у нас должна быть первая брачная ночь? Но… как же…
Я схватился за сердце, в ужасе представляя, на что я соглашаюсь. У меня же инфаркт будет! Я совсем забыл про это, потому что был занят мыслями о своей ничтожной жизни! Нужно срочно поговорить об этом с Томом, потому что он даже не ничего не говорил по этому поводу.
Я бросаюсь к шкафу и натягиваю на себя первые попавшиеся вещи, всё равно ведь там переодеваться, а потом выскакиваю в коридор и несусь на кухню, где мой альфа послушно готовит тосты. Проносясь мимо гостиной, я бросаю взгляд на часы и успеваю понять, что сейчас два часа дня.
Сколько? Почему я спал так долго?!
Я врываюсь на кухню и налетаю на стол, упираясь в него руками.
- Нам нужно срочно поговорить! – почти кричу я, тяжело дыша.
Каулитц неспешно поворачивается ко мне и вскидывает бровь, затем накладывает на тарелку тосты и поливает их шоколадом. Я на мгновение отвлекаюсь, но потом тут же вспоминаю причину моего волнения.