Холта там нет, наверное, он затерялся в толпе омег. Зато я вижу того, кого вообще не ожидал увидеть. Никогда. Никогда больше в своей жизни.
Когда я ставлю коленку на стул и собираюсь заказать коктейль, я вижу его.
На соседнем стуле сидит Густав.
Я какое-то время вглядываюсь в него, пока он меня не видит, и понимаю, что он почти не изменился. Может, стал крепче в телосложении и очки появились. И блондином стал. Но узнать его можно. И в тот момент, когда он замечает меня, я точно могу сказать, что это он. Бета. Мой друг по школе, который знает мою самую ужасную тайну.
- Билл? – он удивлённо вскидывает брови.
- Густав.
Я придаю голосу ровные нотки, чтобы не было заметно, что я пил, но ничего не получается.
- Привет. Ты что тут делаешь?
- Развлекаюсь, - я улыбаюсь и хватаю принесённый мне напиток. – Тебя угостить?
- Нет, спасибо, - он улыбается. – Я тут с друзьями. Давно не виделись… Ты… выглядишь просто супер.
Я выпиваю алкоголь и встаю ровно.
- Да, - хлопаю себя по ногам. – У меня всё круто. А ты… как?
Густав улыбается, затем вздыхает.
- Вот, - он достаёт свою визитку. – Позвони потом, если хочешь. Поболтаем. Сейчас не лучшее время.
Я растерянно беру карточку и убираю в карман.
- Ладно. Я…
- Билл… - из толпы выныривает Ник. – Вот ты где. Пошли танцевать!
Я не успеваю ничего сказать, как меня волокут на танцпол, а когда я оказываюсь посреди потных энергичных тел альф и омег, я почти сразу забываю о старом друге. Хотя друг ли? Будет ли друг исчезать, когда ты в отчаянии? Оставит ли он тебя, когда ты будешь умирать?
Холт хватает меня за талию, и мы вместе начинаем извиваться под музыку, от которой голова просто идёт кругом. Альфа кладёт руки мне на плечи, утыкаясь лбом в мой лоб, - его глаза закрыты, он где-то совсем не тут. Интересно, что он принял?
Мы танцуем. Кажется, что мы одни во всём здании, что музыка только для нас, что мы – это центр вселенной. Вокруг нас крутится мир. И почему я раньше так не развлекался?
Не знаю, сколько проходит времени, но я с каждой секундой понимаю, что мне мало. Я хочу ещё. Я хочу больше, больше этого счастья в груди, больше алкоголя, больше сигарет. Может, даже и каких-нибудь таблеток. Стоит ли попросить их у Ника? Если он что-то принимал…
Альфа открывает глаза, насмешливо наблюдая за мной, потом его взгляд падает за мою спину, и его накрывает волна страха, а парень тут же отстраняется.
- Вот дерьмо.
Он исчезает в толпе, оставляя меня, а через пару секунд мне на плечо ложится чья-то рука. Я замираю и медленно оборачиваюсь.
И меня словно оглушает чем-то.
Том Каулитц.
Я не ожидал, что он меня найдёт так быстро. Меня, наверное, Холт сдал! Придурок… Точно не Джек, ему-то это зачем?
Альфа наклоняется ко мне без тени на улыбку.
- Нагулялся? – громко спрашивает он.
Я сгладываю, пытаясь вырваться, но он хватает меня за запястье и тянет в сторону выхода. Ну, всё. Прощай, моя свобода, здравствуй, золотая клетка.
Будь ты проклят, Николас Холт! Я сдам тебя твоему омеге…
Часть 12
Evanescence – Hello
Я просыпаюсь от головной боли, которая накрывает меня с самой первой секунды, стискивая виски невидимыми плоскогубцами, словно грецкий орех. В горле пересохло, хочется пить и вновь очутиться там, где я пребывал минуту назад. Я не сразу понимаю, что проснулся, а когда до меня доходит, я со стоном переворачиваюсь на бок и кутаюсь в одеяло с головой, чтобы хоть как-то спрятаться.
Но ничего не выходит – головная боль такая проворная, что настигает меня даже там. И я ничего не могу с этим поделать.
Итак, моё первое открытие: я проснулся.
Глаз я всё так же не открываю и откидываю одеяло из-за духоты, переворачиваясь обратно на спину.
И тут я делаю ещё одно открытие: кругом чужой запах. Не мой. Не моей квартиры, к которой я привык, – там, наверное, всё ещё воняет моей прошедшей течкой – а другой.
Запах альфы.
Его запах.
Я немного приоткрываю глаза, чтобы убедиться в том, что мой нос меня не обманывает, и могу различить светлую комнату с бежевыми обоями. Сквозь полупрозрачные шторы пробивается дневной свет, плазменный телевизор на стене молчит, отражая очертания комнаты, какая-то картина с океаном, комод и шкаф из светлого дерева, большое зеркало во всю стену слева, письменный стол.
И я.
На большой кровати под пушистым одеялом.
Здесь довольно уютно, но чего-то не хватает. Чего-то по мелочам, чтобы мне угодить. Я, как омега, всегда могу догадаться, что в таких местах живёт альфа, причём одиночка.
И тут всё пропахло этим придурком Томом Каулитцем. Каждый сантиметр, каждая вещь, даже сам воздух.
Убью…
Стоп.
А что вчера было? Он пришёл ко мне домой, помог выбраться из постели, приготовил завтрак, сказал, что заедет вечером, а потом я сбежал, хотя сам понятия не имел, куда именно собрался. Пошёл в клуб, встретил Джека и Холта (чёртов лгун, я ему ещё устрою!), а потом, о Иисусе, я же Густава видел! Какой сюрприз, надо будет навестить его и расчленить за то, что запихнул в эту чёртову больницу, а сам сгинул в неизвестном направлении. Я ему ещё припомню, друг называется. Все они предатели, что Шеффер, что Хьюер. Открой душу таким, они туда тут же нагадят.
Ах, да! Меня же потом кто-то сдал Каулитцу (по-другому, откуда ему знать, где я был?), и он меня забрал из клуба. Он меня притащил к своей машине, а потом… А потом я, кажется, отрубился…
Боже, что он со мной сделает, когда придёт… Посадит на цепь и запрёт в подвале и будет приходить только во время моей течки. О, какой ужас, надо бежать!
Стоп. Если я в его доме, то мои документы все тоже тут. Значит, я могу их забрать и свалить, надо только дождаться, когда альфа уйдёт на работу.
О, моя голова…
Я закрываю ладонями лицо и тру его, пытаясь окончательно проснуться. В это же мгновение скрипит дверь и впускает кого-то.
Я замираю, боясь увидеть безумного Тома с ножом в руке и с дьявольской улыбкой, осторожно делаю между пальцами щёлку и устремляю взгляд на гостя.