Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Уезжали мы из Нижнего Тагила в Свердловск на «Волге» главного конструктора.

По прошествии некоторого времени мне пришлось участвовать в испытаниях в Туркмении в местечке Келята нескольких вариантов нового танка — «Объектов 172», «173» (всего 5 танков), которые отличались друг от друга ходовой частью (харьковская или тагильская), двигателями (5ТДФ или типа В-2), механизмом или автоматом заряжания и т. д.

Когда испытания завершились, к нам в Келяту приехало руководство ГБТУ и главные конструкторы А.А. Морозов и В.Н. Венедиктов. Они внимательно изучили данные испытаний. В это время в Харькове нас не очень приветливо принимали. В последний раз я видел В.Н. Венедиктова в 1979 году на испытаниях «Кедр» уже в Завитинском учебном центре Амурской области и станции Безречная Забайкальского военного округа.

С коллективом КБ В.Н. Венедиктова представители нашего института всегда работали дружно, согласованно и эффективно. Когда мы приезжали в Нижний Тагил, то всегда нас очень доброжелательно принимал лично Валерий Николаевич. Он очень внимательно нас выслушивал, давал указания своим заместителям и начальникам отделов по организации совместной работы.

А с харьковчанами мы работали совсем по-другому, отношения были крайне натянуты, а порой и вообще прерывались.

О встречах с Валерием Николаевичем Венедиктовым у меня остались самые приятные воспоминания. Он был выдающейся личностью, блестящим конструктором и прекрасным человеком.

И.Н. БАРАНОВ

Главный конструктор В.Н. Венедиктов. Жизнь, отданная танкам - pic_153.jpg

Мне довелось работать при четырех главных конструкторах УКБТМ — от Л.Н. Карцева до В.Б. Домнина.

Л.Н. Карцев — мой первый главный конструктор.

Под его руководством создано целое семейство танков, и он не зря считается плодовитым главным конструктором. Но сам я работал с Леонидом Николаевичем около трех лет, и в памяти осталось впечатление некой раскрепощенности, когда молодой специалист входил в кабинет главного без всякого трепета. О его деятельности, как главного конструктора, знаю только по устным рассказам старших товарищей, а посему судить не берусь.

Владимир Иванович Поткин — наиболее драматичная фигура. Его правление пришлось на самое сложное перестроечное время. Ему КБ обязано своим выживанием.

В.Б. Домнин — ныне действующий главный конструктор. И речь о нем пойдет или в наградных реляциях, или чуть позже, когда он отойдет от дел.

А в этой статье я хочу привести несколько фрагментов из жизни КБ времен В.Н. Венедиктова, сменившего Карцева на посту главного конструктора. Я не придерживался хронологии и не вникал в технические проблемы. Они хорошо отражены в трудах глубокоуважаемых мною историографов УКБТМ Э.Б. Вавилонского и Д.Г. Колмакова.

Итак, Валерий Николаевич Венедиктов…

Трудно переоценить роль этого неординарного руководителя в жизни УКБТМ. Собственно, само УКБТМ как самостоятельное предприятие было создано на базе одного из подразделений «Уралвагонзавода» — «Отдела 520» — именно при Венедиктове и его стараниями.

Старшее поколение с удовольствием вспоминает то время. Мы были молоды. КБ жило полнокровной жизнью. Спорт, художественная самодеятельность, народная дружина, помощь селу — все это было по высшему баллу. Куча призов, грамот и благодарностей.

Хозяйственные дела не очень занимали внимание главного конструктора. Но понимая, что некоторые вопросы находятся под контролем парткома УВЗ, Валерий Николаевич, наученный горьким опытом И.С. Бушнева*, мог в нужный момент быстро ориентироваться в сложившейся обстановке.

Как-то вызывают его в партком завода.

— Вам запланировано построить дом в Башкарке, а вы до сих пор не приступили к строительству.

Валерий Николаевич, который про этот дом и думать не думал, спокойно отвечает: — А чего один? Мы два дома построим.

А дальше все просто. Вызывается молодой парторг опытного цеха В.В. Затравкин, ему ставится задача, и можно про это забыть. Как он будет выкручиваться, кто ему будет помогать — это уже заботы самого Затравкина. Но к сроку дома готовы! Слава главному конструктору! И тебе, Затравкин, спасибо. Кстати, так подбирались и выдвигались кадры.

И остальное «народное творчество» Венедиктов поощрял, но сам в него не встревал. Да и то верно: не царское это дело.

Главным и основным для него было создание, принятие на вооружение и дальнейшее совершенствование его основного детища — танка Т-72.

И в этом деле он преуспел!

Сколько потребовалось труда, чтобы довести конструкцию машины до «звона». Сколь внимателен был главный конструктор ко всем без исключения техническим решениям.

И в конце концов Министерство обороны было вынуждено принять на вооружение Т-72, хотя уже стоял на вооружении харьковский Т-64, танк полностью аналогичный тагильскому по ТТХ, но не по эксплуатационным характеристикам. Надежность конструкции отрабатывалась скрупулезно. Всякие изменения, улучшающие конструкцию до введения в производство, должны были пройти по тогдашней формулировке «всесторонние испытания в различных дорожно-климатических условиях».

Наряду с отладкой конструкции отрабатывалась технология изготовления машин. Была создана система авторского надзора за качеством серийного производства. И хотя эта системам не нашла отражения в стандартах предприятия (не было такой моды), но действовала безукоризненно. За изготовлением всех деталей и сборок были закреплены конструкторы, которые были обязаны оперативно решать все вопросы в любое время суток.

И заводские руководители в то время очень ценили эту помощь.

Помню свой ночной разговор с начальником производства УВЗ В.И. Карелиным:

— Виктор Иванович, я, пожалуй, пойду домой. Будут вопросы — звони. Я живу рядом, через 15 минут буду в цехе.

— Игорь, хочешь спать с женой, приводи сюда жену.

Главный конструктор регулярно посещал проблемные цеха и не стеснялся «взбодрить» цеховых начальников за «рыбье» отношение к делу.

А проведение многочисленных войсковых испытаний — это отдельная песня.

Именно там выявлялись достоинства и недостатки конструкции и конструкторов, превосходство над соперником или отставание от него.

Валерий Николаевич придавал испытаниям огромное значение. Сам принимал в них участие. И неспроста свой уход на пенсию он обосновал невозможностью по состоянию здоровья участвовать в испытаниях.

Венедиктов знал себе цену. Высокое воинское звание и «титулы» позволяли генерал-лейтенанту, лауреату и Герою Соцтруда не бояться начальства, и мы вспоминаем, что в те времена перед приездом высоких гостей траву на газоне не красили, обедов не готовили и вообще по этому поводу не комплексовали.

А вот методы управления Валерия Николаевича — тема особая.

По сравнению с демократичным Карцевым Валерий Николаевич был просто диктатор. Характерно его выступление на одном из совещаний. Оно началось фразой: «Я собрал вас, чтобы посоветоваться», — а закончилось словами: «А кто со мной не согласен, может уматывать отсюда».

Уже в ту пору были споры, какой тип управления лучше: демократический или авторитарный. Хотя и тогда был ясен ответ: тот, который в данной ситуации дает больший эффект.

А что вообще можно было предложить в ту пору?

Зарплаты, как и во всей стране, скромные, премии — мизерные и весьма редкие.

Когда у меня родился второй сын, мой оклад был 115 рублей плюс уральские, минус подоходный, все те же 115 рублей в месяц, то есть меньше 1 рубля в день на человека. Несколько позже за многомесячное сидение в Челябинске при освоении производства башен, мне дали премию в 60 руб. На эти деньги я купил в Москве электродрель. Дрель давно изъездилась, а вот ящичек от нее жив до сих пор и напоминает мне о счастье приобретения.

Так что набор инструментов для организации работ у Валерия Николаевича был весьма ограничен: железная воля и такой же кулак.

39
{"b":"231317","o":1}