— Те самые макаки? — спросила Билли, кивнув на лабораторию.

— Верно. Опыты Кайданова могут изменить ход процесса, поэтому мы пытались его разыскать. Но он пропал неделю назад.

— Вы установили время пожара? — повернулась Брюстер к полицейскому.

— Пока нет, но это случилось явно не сегодня.

— Продолжай, — обратилась Билли к Кейт.

— Мы с Дэном заходили в дом Кайданова. Там его не было, но кто-то перевернул в доме все вверх дном.

— И что это значит? — забубнил Форбус.

— Похоже, помещение обыскивали. Мы узнали, где находится лаборатория, и приехали сюда, надеясь найти доктора. И сдается мне, мы его нашли.

— Думаешь, убитый и есть ваш ученый?

— Скорей всего.

— Ладно, пойдем посмотрим, — бросила Билли Форбусу и направилась в дом.

Кейт шагнула за ней, но Форбус преградил ей путь:

— Гражданским туда нельзя.

— Зик, какого черта! — возмутилась Билли, повернувшись на ходу к напарнику.

— Все в порядке. Он прав. Я больше не коп. — Кейт старалась говорить спокойно, но Дэниел видел, как напряглись ее плечи.

— В чем дело? — спросил он, когда детективы ушли.

— Так, старые дела.

— Спасибо, что не выдала меня.

Росс недоуменно взглянула на него.

— Я ведь незаконно вломился в дом Кайданова.

Кейт пожала плечами:

— Надеюсь, ты не думал, что я тебя заложу?

Помощник судебно-медицинского эксперта снимал кабинет на видеокамеру, а фотограф делал цифровые снимки, которые можно было легко ввести в компьютер и в случае необходимости отправить по электронной почте. Билли с порога осмотрела место преступления. Труп лежал на животе почти в центре комнаты. Часть тела, на боку и на спине, выгорела дотла, а кости от воздействия большой температуры приобрели серо-голубой оттенок.

— Установили личность? — спросила Билли у судмедэксперта.

— Даже пол не можем определить, — ответил он.

— Это убийство?

— Похоже, да. Как говорит наш немец, умышленный поджог. — Эксперт имел в виду инспектора из отдела поджогов. — Вы на череп посмотрите.

Детектив прошла в комнату и склонилась над убитым. Его затылок был проломлен. Такую рану могла нанести пуля большого калибра или какой-нибудь тупой инструмент. Впрочем, это решат специалисты из лаборатории медицинской экспертизы.

Билли присела на корточки возле трупа. Пол бетонный, значит, есть шанс что-нибудь найти. По своим прошлым делам Брюстер знала, что после пожара иногда остаются фрагменты кожи и одежды трупа. В том месте, где тело прижато к полу, недостаток кислорода не дает огню разгореться и часть тканей может сохраниться.

Билли посмотрела на маленькое тельце рядом с трупом. Вся кожа и шерсть на нем сгорела. В голове тоже зияла рана. Брюстер несколько секунд спокойно разглядывала макаку, потом встала.

— Если хотите увидеть других обезьян, в задних комнатах их целая гора, — предложил судебный эксперт.

— Нет. — Форбус подавил зевок.

Билли не удивило, что напарник не проявил большого интереса к загадочному делу. Зик хороший полицейский, уже отработавший свое и накопивший достаточно денег, чтобы безбедно прожить остаток дней. Последний раз она видела его немного оживившимся на службе пару недель назад, когда они расследовали убийство в стрип-клубе. Но Билли по-прежнему привлекало все новое и необычное, а ей давно не встречалось таких странных дел.

Детектив прошла по коридору. Комнаты для обезьян были открыты, и она остановилась на пороге, разглядывая клетки. Обезьяны умирали тяжело, и Билли от души пожалела бедняг. Смерть от огня всегда мучительна. Она поежилась и пошла обратно.

Судебно-медицинская экспертиза штата Орегон размещалась в красном кирпичном доме на Нотт-стрит, где раньше находились помещения для гражданских панихид. Портик с белыми колоннами прятался в зарослях темной туи, клена и другой зелени. Кейт оставила машину на стоянке и подошла к входной двери. Билли Брюстер уже ждала ее в приемной.

— Спасибо, что разрешила мне приехать, — улыбнулась Кейт.

— Тебе повезло, что Зик в суде. Будь он здесь, у меня бы ничего не вышло.

— Еще раз спасибо.

Кейт прошла вместе с Билли в заднюю часть здания. В прозекторской они увидели старшего эксперта Салли Грэйс и доктора Джека Форестера, судебного патологоанатома. Оба врача стояли у тележки, которую кто-то вкатил между двумя железными столами. На тележке лежал доставленный из лаборатории труп. Перед отъездом Брюстер помощник судебного эксперта и несколько пожарных, надев резиновые перчатки, подняли тело с помощью найденных в доме мешковин и поместили его в пластиковый пакет. Найденные в комнате фрагменты черепа отвезли вместе с трупом в лабораторию медицинской экспертизы. Сюда же доставили тело обезьяны и осколки ее черепа. Мертвая макака лежала на другой тележке.

— Привет, Билли, — произнесла доктор Грэйс. — Ты немного опоздала. Мы почти закончили.

— Прости, задержалась в суде.

— А кто с тобой? — поинтересовался патологоанатом.

— Это Кейт Росс, наша бывшая сотрудница, теперь следователь юридической фирмы «Рид, Бриггс». Убитый был важным свидетелем в судебном процессе, который они ведут. Кейт помогает нам в расследовании.

— Ладно, мы люди компанейские, — весело отозвалась доктор Грэйс и снова повернулась к трупу.

На врачах были синие непромокаемые халаты, маски, очки и черные фартуки из плотной резины. Прежде чем присоединиться к ним, Кейт и Брюстер облачились в такую же экипировку.

— Мы нашли кое-что интересное, — заметил Форестер. — Это макака-резус. Они часто используются в различных опытах. На ее теле и зубах обнаружены остатки крови, и мы отдали ее на анализ ДНК, чтобы сравнить с кровью трупа. Самое удивительное — как погибла обезьяна.

— И как же?

— Ее застрелили, — ответил доктор Форестер. — На месте преступления нашли гильзу от пули сорок пятого калибра, и реконструкция черепа подтвердила огнестрельное ранение.

— А как насчет этого? Его тоже застрелили? — Билли кивнула на другие носилки.

— Сначала и я так подумал, — покачал головой Форестер. — Учитывая выбитые мозги и все такое… Но похоже, у нашего парня другой случай.

— Значит, это все-таки мужчина? — спросила Кейт.

— Похоже на то, — кивнула доктор Грэйс.

— Мужские кости крупнее женских, поскольку к ним крепятся более мощные мышцы, — объяснил Форестер. — Поэтому мы имеем дело с мужчиной среднего роста… или с женщиной-культуристкой.

Патологоанатом указал на пах убитого. В этом месте на трупе не осталось ни клочка мяса.

— Обычно пол человека легко определяется по его тазовым костям. В женском тазе есть выемка и большое пространство для родовых путей. Мужской таз более изогнут. Это определенно таз мужчины.

— Плюс отсутствие матки и яичников, — с улыбкой добавила доктор Грэйс. — Здесь трудно ошибиться.

Билли рассмеялась.

— Так что стало с нашим парнем?

— Во-первых, он умер раньше, чем сгорел, — заметил судебный врач. — В его сердце осталась кровь. Она была темно-багровая, а не красная или розовая, значит, он не дышал угарным газом. Анализы подтвердили мою догадку. Если бы он умер от огня, в его крови нашли бы угарный газ.

— К тому же в дыхательных путях не было следов копоти, — добавила доктор Грэйс.

Она наклонилась над трупом.

— Видите эти отметины? — Врач показала зазубрины на одном из ребер. — Это следы ножа. Ребро повреждено рядом с сердцем. К счастью, он лежал на бетонном полу и передняя часть тела была более или менее защищена, так что сердце осталось незатронутым. Но наличие зазубрин говорит о колотых ранах. То же самое подтверждает кровь, найденная в левой части груди и околосердечной сумке.

— А как насчет черепа? Обезьяну застрелили. Похоже, пуля пробила и череп жертвы, — сказала Билли.

— Идите сюда.

Доктор Грэйс пригласила группу к накрытому простыней секционному столу, помещавшемуся между раковиной и железной стойкой. На белой ткани лежали фрагменты черепа, которые помощник судебного эксперта нашел на месте преступления. Их аккуратно сложили вместе.