Расширение масштабов производства сопровождалось привлечением новых рабочих кадров. Численность занятых рабочих значительно увеличилась: в текстильной промышленности — с 224 тыс. человек в 1921 г. до 566 тыс. в 1925 г., что составляло 79,8% довоенного уровня; в кожевенной промышленности — соответственно с 29 тыс. до 36 тыс. (257,1% довоенного уровня); в обувном производстве — с 18 тыс. до 20 тыс. человек (153,8% довоенного уровня)⁸⁴². К концу восстановительного периода в составе рабочих-текстильщиков сократился удельный вес мужчин и подростков мужского пола за счет роста занятости взрослых женщин, доля которых в 1925 г. составила 57,1% против 49,7% в 1913 г. В эти годы отмечался быстрый рост производительности труда в легкой промышленности. Производительность труда в основных отраслях легкой промышленности в 1926 г. не только достигла, но и превысила уровень 1913 г., составив в текстильной промышленности 106,7%, в том числе в хлопчатобумажной — 108,8, в шерстяной — 142,8, в льняной — 99,1, а в кожевенной — 139,8%⁸⁴³. Этому способствовало возвращение на предприятия квалифицированных рабочих, а также подготовка новых, молодых кадров рабочих, которые обучались на предприятиях в процессе работы и в школах фабрично-заводского ученичества при заводах и фабриках.

Важным фактором повышения производительности труда был переход на уплотненный режим работы, что выразилось в сокращении числа рабочих на обслуживание единицы оборудования, а также частичная механизация производственных процессов. Например, благодаря механизации ряда процессов на кожевенных заводах возросла годовая выработка одного рабочего с 320 штук (в переводе на крупные кожи) в 1922/23 г. до 466,9 штук в 1925/26 г. На кожевенном заводе «Коминтерн» механизация ряда операций привела к снижению стоимости обработки изделий более чем в 3 раза⁸⁴⁴.

Повышение производительности труда стимулировалось внедрением принципа оплаты по количеству и качеству труда, личной материальной заинтересованности трудящихся в результатах своего труда, ростом реальной заработной платы. Довоенный уровень реальной заработной платы во всех отраслях легкой промышленности был достигнут в 1923/24 г. Средняя месячная реальная заработная плата рабочих в цензовой хлопчатобумажной промышленности в 1923/24 г. составляла 17,47 руб. вместо 17,17 руб. в 1913 г., в шерстяной — 18,67 вместо 15,92, в льняной — 15,80 против 14,25, в обувной — 30,40 против 29,67, в кожевенно-меховой — 27,93 руб. против 22,33 руб. К концу восстановительного периода средняя реальная заработная плата рабочих в отраслях легкой промышленности превышала уровень 1913 г. на 21—67%⁸⁴⁵.

Для восстановления довоенного уровня производства легкой промышленности в целом потребовалось несколько меньше времени, чем для восстановления всей фабрично-заводской (цензовой) промышленности. Однако процесс восстановления по отдельным отраслям протекал не одинаково, о чем свидетельствуют данные табл. 9 о динамике валовой продукции легкой промышленности в 1913—1926 гг. (в неизменных ценах 1926/27 г.)⁸⁴⁶.

Таблица 9

Если текстильная промышленность к 1926 еще несколько отставала от уровня производства 1913 г., то кожевенная и обувная промышленность весьма значительно перекрывали этот уровень.

Представление о выпуске важнейших изделий легкой промышленности (цензовой) в натуральном выражении дают данные табл. 10⁸⁴⁷. В текстильной промышленности медленнее всего увеличивались объемы производства шерстяных и шелковых тканей, которые и по истечении восстановительного периода все еще отставали от уровня 1913 г. Хлопчатобумажная промышленность, наиболее развитая отрасль текстильной промышленности, полностью восстановила объем производства и даже несколько превысила дореволюционный уровень, производство льняных тканей значительно опередило уровень 1913 г. (на 35,6%).

Таблица 10