РУЧЕЙ Он пробирается сквозь лес Среди таинственных чудес, Журча мечтательно и нежно, Зимой под пеленою снежной. Но возвращается весна — Он полон сил, задора, воли. Он просыпается от сна И вырывается на поле. Звенит, спешит… Куда? К реке, Что голубеет вдалеке. Бурля желаньем и тоской, Ручей стремится стать рекой. Притоки свежих сил любя, Река берет его в себя. Торжественно течет река, Оберегая берега, Что, как нефритовый сосуд, Ее почтительно несут. Благословенье и почет Повсюду, где она течет. Куда? Сыта своей судьбой, Река устала быть собой И после всех далеких стран — В самозабвенье! В океан! Покой? Но нет и там покоя. И даже может быть такое: Частицы вод из океана Поднимутся стеной тумана, И ветер их отправит в путь, Даже не дав передохнуть. Куда? Бывают чудеса! Да в те же самые леса И в тот рябиновый лесок, Откуда рвался ручеек. На тот скалистый водоем, Где засыхал, томясь, орешник. Там утомленный ветер-вождь Решит прилечь, сказавши: «Дождь!» И дождь прольется, а с дождем И ручеек, наш блудный грешник, Опять вернется в отчий дом. Но только вспомнит ли о том? Вот я вам сказку рассказала, Но можно начинать сначала, Как говорится — «от крыльца», И не добраться до конца. Быть может, после кутерьмы — Так возвращаемся и мы. «Люблю ли я жизнь? Ну конечно!..»
Люблю ли я жизнь? Ну конечно! И как! Вот эти деревья, вот эта река — А больше всего я люблю синеву, И тучи, и дождик, и эту траву. Босыми ногами в зеленом ковре! Отнимутся ноги — я буду смотреть. Глаза помутятся — дотронусь рукой. Вот так — неотступной любовью такой. «Я еще не изведала горя…» Я еще не изведала горя, Я еще молода и резва, И живу я у самого моря — Предо мной, надо мной — синева! Я еще никого не любила, Никого не теряла, любя, И ничья дорогая могила Не отнимет меня у тебя. Я росла для тебя. Между нами Даже тени не встанут тайком. Я ребенком играла с волнами, С золотым побережным песком. От песка этих кос позолота, И от волн синева этих глаз. Говорят, на спине кашалота Приплыла я в полуденный час. Это смуглое гибкое тело, Как жемчужину, я берегла… Так ему я сказать бы хотела, Если б заново жить начала. «Лучше жизнь безбрежная…» Лучше жизнь безбрежная, И я не умерла. Я — радужная, нежная, Нежнее, чем была. По-прежнему я вечером С тобою, у тебя. По-прежнему доверчиво, По-прежнему любя. Меж нами лишь неверия Туманная стена. Не плачь, усни, и двери я Найду в просветах сна. Серебряною лестницей В серебряном саду, Небесной светлой вестницей, Невестою приду. «Спи, мой друг. Близок час. Тишина…» Спи, мой друг. Близок час. Тишина Подошла и стоит у порога. Выплывает большая луна Осветить на прощанье дорогу. Спи… Печали уйдут навсегда, Лишь лучистая радость приснится. Только раз проскользнет, как звезда, И погаснет слеза на ресницах. Ты увидишь: ты встала, летишь Мимо нас и знакомого места. В Синеву, в запредельную тишь Невесомою светлой невестой… Чей-то голос окликнул тебя, Чей-то взор засветился знакомый… Ты взошла, трепеща и любя, На порог долгожданного дома… Нет, не слушай рыданий земли! Им — и время, и место — пределы. Просто люди еще не смогли Разлюбить опустевшее тело. Мы поплачем, но встретимся вновь После столь мимолетной разлуки! И с улыбкою вспомним те муки, Что всерьез называли — Любовь. «Целый день бушевала толпа…» Целый день бушевала толпа, Полоскался назойливый флаг над крыльцом, Кто-то что-то кричал у столба, Вздув лицо черноротой распяленной маской… И кого-то вязали, человека с лицом В пепле страха, застывшем замазкой. Но потом отпустили. Устали. Ушли. Не хватило ни крика, ни силы. Да еще, как назло, моросило. Флаг раскис, позакрылись «воле» [28], Разбрелись крикуны, разлетелись слова, Никого не осталось на мокрой земле… Шелестя тишиною, пришла Синева. Та «моя Синева», что не просто цвет, А неведомый зов, и обет, и завет… Тихий свет, что ведет за собой в глубину По ступеням — ко сну. К тем внезапным провалам меж явью и сном, Где мерцает догадка о счастье ином. Сквозь туман, где мы бредим, Сквозь леса, где мы бродим, Где ушедшего друга так просто находим. Сквозь разлуку, и время, и смерть, и запреты, Где для встреч не нужны никакие кареты, Где совсем не нужны никакие слова… Где звенит Синева. |
