— Не знаю. Но лучше, чтобы были и чернила.
— А Мастер, часом, писал не пером альбатроса, которого семь лет поили свежей росой? — не выдержала Мира.
— Нет, бамбуковой палочкой. Вот такой, — Каэр достала коробочку, показала. Надо же, удивилась Лас, настоящий чернильный прибор! Ну да, чему удивляться, в таком месте работает…
— Стой, тогда у тебя и чернила есть! — обрадовалась Мира.
— Синтетические, — вздохнула Каэр. — Настоящие только в покоях Её Величества и в Библиотеке. И их можно хранить только в бронзовой чернильнице.
— Приехали, — Мира вздохнула. — Ещё и бронзовую чернильницу. Сейчас, слетаю на Сердце Мира! Что вы так уставились? Есть где ближе?
— Бронзу я сделаю, — заверил Хорёк. — Спокойно, Мира. Всё найдётся.
— Ладно, пусть пчёлки поищут свечи, а я пошла рыбу ловить, — Мира застегнула куртку и побежала вниз по лестнице.
— Никогда бы не подумала, что доживу до такого, — покачала Вейс головой. — Мы перебираемся на фабрику, да? Но там же только башня, остальное почти всё рухнуло!
— Попросим пчёлок поискать убежище, — Стайен склонился над экраном. — Они уже там. Что нибудь да отыщем.
Из «спальной» вышли Тесан и Эверан.
— Ну я выспалась, на всю жизнь! — заявила Тесан. — А где Мира? И где тут можно…
— Идём, провожу. Вери, а ты тут постой! — приказала Вейс. — Мы быстро.
* * *
— Я никуда не поеду, — повторила Тесан и Эверан последовал её примеру. — Если это взаправду, от неё всё равно не спрятаться! Что я могу сделать? Не хочу просто сидеть и смотреть!
— Мира принесла рыбу, — напомнил Стайен. — Во-первых, нужно вытопить жир и приготовить из него стеарин. Во-вторых, остальное можно пожарить или сварить. А Эверан поможет мне с бронзой, да?
— С удовольствием! — парень обрадовался.
— Я сварю, — вызвалась Вейс. — Было бы в чём!
— Вот опреснитель, — Хорёк протянул ей нечто, очень похожее на сито. — Как только рассол поднимется вот до этой черты, просто слейте его. Котелки и фляги есть на кухне, но лучше взять из машины.
Остров Эртон, Вассео 21, 19:50
— Бабушка, ты прелесть! — уха была с «сушёной картошкой», как её пренебрежительно называла Вейс, но всё равно все ели с удовольствием.
— Добавить? — улыбнулась Вейс. — Стайену спасибо, а то ели бы консервы.
— Добавить! Что там со свечами?
— Есть две дюжины, — сообщил Хорёк. — Только из натуральных материалов. Не стал рисковать. Каждая свеча должна гореть минут тридцать, не меньше.
— О, как здорово! — Каэр, за неимением другого занятия, всматривалась вместе с Лас в свиток, но там было написано уже вовсе невесть что. Лучше не читать, — заключила Лас, — посмотрим, как он поведёт себя при свете свечей.
— Ну что же, вот карта, — Стайен жестом позвал всех к экрану. — Вот тут подземные коммуникации. Есть выходы — здесь, здесь и здесь. Пчёлы проверили, там достаточно безопасно. Вот по этому проходу мы можем вернуться в школу, через подвалы. Там полно хлама, но его можно распылить или расчистить.
— Я займусь, — Мира поднялась. — Мы с Вессен. Заодно установим периметр.
— Вы как воевать собрались! — удивилась Вейс. — Не наигрались ещё?
Лас взяла её за руку.
— Вейс… а если она в самом деле явится? Что тогда?
— Ладно, молчу, — проворчала Вейс. — Да не злюсь я, пусти! Посуду помою!
— Вейс, это всё из пластика! В поглотитель их, и всё!
— Умная больно, — Вейс собрала тарелки и ушла.
— Вот только ссориться не нужно! — Тесан посмотрела в лицо няне и помчалась следом за бабушкой.
— Эверан, что там у тебя? — позвал Хорёк.
— У меня вот что, — парень вышел из комнатки, в которой Хорёк устроил мастерскую, и протянул Лас чернильницу.
— Вот это да! — восхитилась та, держа вещицу на ладони. — Это же…
— Третья династия, императорская чернильница, — пояснил Хорёк. — Я нашёл картинки в Сети. Ну, остальное — заслуга вашего внука.
— Можно? Как вы это сделали?! — поразилась Каэр, которая вертела чернильницу в пальцах и не могла отвести взгляда.
— Вот этим, — Эверан протянул ей резец. — Осторожно, очень острый. Если нажать вот сюда, то металл будет мяться, как глина. Всё просто.
— Ничего не просто! — убеждённо возразила Каэр. — Нужно ещё быть художником!
— О, как мило! — Мира появилась, просто возникла из ничего. — Классная штука! Лас, мы там нашли кое-какую мебель. Стулья, табуретки. Оставить? Есть даже стол, правда, его починить нужно.
— Починим, — Хорёк встал из-за стола, Эверан взял его за руку.
— Можно я?
— Давай! — Хорёк протянул ему ящичек. — Весь нужный инструмент! — подмигнул он.
— Пошли-пошли, — Мира взяла его за руку, потащила за собой.
* * *
— Где они? — поинтересовалась Вейс. — В башне?
— В башне, — подтвердила Мира. Она лежала прямо на полу — на циновках — смотрела в потолок и насвистывала песню. — Не бойся, там всё прочно, проверили. И датчики кругом. Мышь не проскользнёт.
— Угу, я это уже где-то слышала, — проворчала Вейс. — Погулять тут можно?
— Давай я с тобой! — Мира вскочила на ноги. — Всё спокойнее будет. Тесан? Эверан?
— Я тут подожду, — отказалась девушка. Брат молча уселся рядом, обнял её. — Мне что-то не по себе.
— Нервы, — заключила Мира. — Нормально, не дрейфь! У меня после первых операций тоже всё весь день из рук валилось и ноги тряслись. Просто посиди. Попробуй заснуть.
— Ой нет! — содрогнулась Тесан. — Только не это. Вери. Вери-и-и-и… сделай мне чай, а? У них же есть, я знаю!
— Так, — Хорёк догнал их обеих. — Вот возьмите. Это вместо плаща. Завернитесь, мне спокойнее будет.
— Это ещё зачем? — Вейс принюхалась — от плащей пахло грозой.
— Защита. На всякий случай. И не выключайте телефоны!
— Не нуди, не маленькие, — огрызнулась Мира. — Спасибо, милый! — чмокнула Хорька в щёку. — Не сердись! Пойду тоже прогуляюсь. Весс, скажешь, когда тебя сменить.
Остров Эртон, Вассео 21, 21:00
— Я так и знала, — Каэр указала. Они занавесили все окна в башне, и темноту разгоняли два желтоватых огонька. Я уже забыла, как пахнут свечи на рыбьем жире, подумала Лас. В детстве терпеть не могла, а сейчас нет ничего приятнее.
Текст на свитке стал совсем другим. Привычным, похожим на тот, что во всех копиях.
— А вот это… — Каэр посмотрела в глаза Лас. — Слушайте… это слово всемогущества? Да? Я помню точно, тут было всё стёрто! Почти до дыры! А потом закрашено чернилами!
Лас посмотрела на Каэр, потом на свиток. Она могла бы быть моей дочерью, подумалось неожиданно. Неважно, какого цвета кожа и какой разрез глаз… Мне кажется, что мы с ней родственники.
— Вы только не сердитесь, — Каэр взяла её за руку. — Я сейчас скажу, только не сердитесь! Знаете, мне последние два часа кажется, что вы… моя мама, — прошептала она. — Не знаю, почему такое чувство!
— У меня тоже, — призналась Лас. — И тоже не знаю, почему.
— Мне это нравится, — Каэр сжала ладонь Лас. — Простите! Хотите, я прочту? Вы ведь боитесь?
— Боюсь, — призналась Лас. — Я помню сказку. Никому это слово не принесло счастья. Лучше бы его никогда не было.
Каэр смотрела на надпись, и в конце концов закрыла лицо ладонью.
— Если его прочесть, оно пропадёт со страниц и его будет знать только тот, кто прочтёт, — заключила она. — Прочтите! Пожалуйста! Я могу не выдержать!
— Каэр, успокойся! — Лас взяла её за руку.
— Оно подталкивает меня, — Каэр закрыла глаза. — Я очень много хочу, Лас, и оно это знает.
Лас смотрела на свиток. Королева, в сказке, нашла это слово, и слово соблазнило её, заставило прочесть себя. Это было единственное испытание, которое Королева не прошла. И дорого за это заплатила.
Я всё уже получила, подумала Лас. Я уже умирала. Это вовсе не страшно. А боль можно и вытерпеть. Каэр, напротив, стиснула зубы — видимо, чтобы не сказать вслух.