Я задохнулась от возмущения так, что забыла и про пропасть, и про недавнее падение, и про обещание молчать.
— В наложницы?! Да вы вообще в своем уме? Я свободная женщина! Хозяйка заведения, у меня аренда, суд на носу, три капибары некормленые!
— Язык у тебя острый, — хмыкнул дракон. — Пожалуй, я склоняюсь к статуе.
Я прикусила язык, а дракон развернулся, распахнул крылья и камнем сорвался со скалы.
Меня прижалок уступу ударом воздуха, а когда я снова смогла дышать, древний был уже далеко, огромный черный силуэт на фоне бледного неба, и летел он в сторону города.
Я осталась на уступе одна, и первым делом отползла от края, вдоль стены, не отрывая спины от камня, и забралась в пещеру. Внутри было сухо и тихо, ветер сюда почти не долетал, и лишь вход светился бледным прямоугольником, за которым была только пустота и небо.
Пещера оказалась неглубокой и совершенно пустой: голый камень. Я принялась ходить от стены к стене, потому что сидеть на месте было невыносимо и откровенно холодно.
Надо было что-то придумать!
Спуститься вниз невозможно, стена отвесная, а у меня даже от вида из пещеры подкашивались колени. Позвать на помощь некого. Дракон вернется, когда захочет, и сделает со мной то, что решит.
А бабушка наверняка деру дала с награбленным. Не было и капи сомнений, что она бросила меня дракону, как кость, а сама сделала ноги.
Я остановилась посреди пещеры.
Двадцать лет я думала, что она заблудилась в лесу. Ругалась с мамой, что та не ведет поиски, что оставила бабулю на произвол судьбы, а похоже она просто что-то знала!
Солнце ушло за соседний хребет, и в пещеру пополз холод. Сначала потянуло сквозняком от входа, потом камень под ногами стал ледяным.
Я забилась в угол, подальше от входа, обхватила колени руками и натянула на них подол платья.
Зубы стучали так, что я прикусила язык.
Возможно, что я и правда стану статуей. Ледяной. И никакой магии не нужно, просто еще пару часов здесь. А ведь я хотела, как лучше!
Вот тут я и расплакалась, сначала тихо, уткнувшись лбом в колени, а потом навзрыд.
Плакала от холода и страха, от обиды на бабушку. И на себя злилась.
Снаружи раздался шорох, и я вжалась в угол, потому что звук был похож на удар крыла о камень, а значит, древний вернулся.
В бледном прямоугольнике входа появился человеческий силуэт. Я вскочила на ноги, боясь поверить своим глазам, но все было правдой.
— Микаэль?! — вырвалось у меня из груди.
— Дарья Сергеевна!
Я бросилась к нему так, что едва не сшибла с ног.
Микаэль поймал меня, прижал к себе, и я вцепилась в его рубашку обеими руками и уткнулась лицом куда-то в плечо. От него шел жар, как от нагретой печки, и вообще Микаэль казался сейчас самым прекрасным, что случалось со мной за всю жизнь.
— Живая, — выдохнул он куда-то мне в макушку. — Хвала небесам.
Я хотела погреться в его объятьях еще, но дракон отстранил меня и принялся деловито осматривать меня с ног до головы.
— Ничего не болит?
— Да нет! Ну, вернее, ног не чувствую, пальцы замерзли, кажется мне надуло шею.
Микаэль покачал головой, повернул мое лицо к свету, заглянул в глаза, осмотрел шею. Взял мои ладони, развернул к себе и нахмурился.
— Я в порядке, честно, — торопливо сказала я и тут же начала дрожать от холода снова.
Микаэль стянул с себя камзол и набросил мне на плечи. Камзол был тяжелый, теплый и пах нагретым камнем, и я немедленно завернулась в него по самый нос.
— Сядьте к стене, — велел дракон, — Я вас согрею.
Он усадил меня на песок, устроился рядом и положил ладонь на камень у моих ног. Было так хорошо, от того, что он рядом, что заботится обо мне.
Сначала я ничего не почувствовала, и лишь через полминуты от его руки по полу пещеры пошло тепло. Камень нагревался, как печной бок, и через минуту я перестала чувствовать сквозняк, а еще через пару вытянула ноги и блаженно застонала.
— Согрелись?
— Еще не совсем, но уже намного лучше.
Микаэль опустился на колени у моих ног, обхватил мои лодыжки и их его ладоней полилось тепло, которое медленно ползло выше, согревало, но когда волна забралась мне под юбку стало даже неловко. Я вздрогнула и посмотрела на Микаэля.
— Все хорошо? — уточнил он.
Вот тут меня и прорвало.
— Нет! Не хорошо! Какое тут хорошо?!
Я была на грани нервного срыва. рассказывала все подряд: про книгу, которую принес Вирен, про кристаллы в погребе, про сокровищницу с зеркалами и клеткой, про бабушку. Особенно про бабушку, которая откупилась мной, будто я вещь! И что это ужасно обидно, ведь я приложила столько усилий, чтобы ее спасти. А дракон играл мной, словно я кукла.
— Она сказала: возьми внучку вместо меня, — всхлипнула я. — Так спокойно сказала, Микаэль. Как будто мешок картошки на рынке продавала. Даже не посмотрела в мою сторону. Двадцать лет я думала, что она заблудилась в лесу, я с мамой ругалась из-за нее! А она меня продала за полминуты.
Дракон осторожно притянул меня к себе и позволил реветь в свое плечо, и рубашка у него на груди очень быстро промокла.
— Я знаю, как это больно, — сказал он наконец, — когда близкие вместо поддержки бросают вас в огонь. Предательство семьи ранит глубже чужого, потому что чужому мы не открываем спину, — Микаэль смотрел на вход в пещеру, где начинался закат. — Поэтому всегда очень тяжело подпускать кого-то близко…
Я вытерла лицо рукавом, шмыгнула носом и вдруг опомнилась. Я вскочила на ноги так резко, что закружилась голова.
— Чего же мы расселись?! Надо уходить! Прямо сейчас, пока дракон не вернулся!
Микаэль поднялся следом, но к выходу не двинулся.
— Мы не можем уйти, — сказал он спокойно, взяв меня за руки.
— В смысле? — я замерла. — Подождите, я думала, вы пришли меня спасать!
— Я пришел вас спасать, — спокойно ответил он. — Но если я просто унесу вас с этой горы, то ничего не изменится. По древнему закону вы остаетесь собственностью дракона. А от дракона не сбежать. Менять надо ваш статус.
Я выдохнула и на секунду даже успокоилась, потому что это звучало как нечто знакомое и понятное.
— Ясно. Это ведь трехуровневая магическая система права, да? Гражданский уровень, магический и фундаментальный, я помню. Значит, будем оспаривать сделку на третьем уровне? Как это делается, нужны бумаги? Вероника сможет?
— Нет, — сказал Микаэль. — Это могу и сделаю я. Брошу ему вызов.
Я моргнула, решив, что ослышалась.
— Что?!
Микаэль спокойно и буднично пояснил.
— Чтобы освободить вас, я должен бросить ему вызов и победить. В бою.
— В юридическом? — спросила я со слабой надеждой.
Микаэль посмотрел на меня совершенно серьезно и покачал головой, отчего у меня оборвалось сердце.
— Никакой дуэли! С ума сошли?!, — я вцепилась в его рукав обеими руками. — Ты, то есть вы, ты его вообще видел? Он же вдвое больше! Древний, здоровенный, тысячу лет спал и силы копил!
Микаэль покачал головой:
— Смею вас заверить, что в бою решает не размер, — мне показалось, что мои опасения задели гордость Морлэйта, но мне было не до этого.
— Выкупить! Вот! Вы можете меня выкупить, у вас же есть деньги. Он получит компенсацию и успокоится. А я уже потом отработаю…
— Не думаю, что вопрос решается деньгами, — Микаэль усмехнулся одним уголком рта. — Дарья Сергеевна, можете для начала хоть немного успокоиться и позволить мне решить этот вопрос самостоятельно.
— И что тогда? Вы будете драться, и... — голос у меня сел. — А если проиграете? Это что, насмерть?
Он положил руки мне на плечи и чуть погладил.
— Все будет хорошо. Я найду способ его одолеть.
Прозвучало это так уверенно, что я на секунду даже успокоилась.
Микаэль стоял передо мной в одной рубашке, потому что камзол свой отдал мне, и на плече у него расплывалось мокрое пятно от моих слез. Волосы дракона растрепались, но он даже с этой легкой небрежностью умудрялся сохранять строгий вид. Микаэль вообще умел выглядеть невозмутимым в любых ситуациях.