Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Передернул затвор и сменил место. Оттуда, где я только что сидел, выбило землю.

Семен уже был за корнями кедра. Под еловыми лапами едва различалось движение второго преследователя. Я выждал. Еще несколько шагов, и он получил бы возможность ударить нам в бок.

Из-за ствола показалось плечо, следом винтовка.

Я выстрелил.

Человек сложился и повалился на бок. Я дослал следующий патрон, когда совсем рядом, у обломанного конца кедра, хрустнула ветка.

Похоже, третий успел подойти, пока второй отвлекал нас стрельбой. Он протискивался между поваленным деревом и молодыми елками, куда мы хотели проскочить с Семеном. Двигался прямо ко мне, но меня, по всей видимости, не видел. Ступал осторожно, стараясь не шуметь, револьвер держал чуть впереди себя.

Я ударил цевьем по запястью и врезался в него плечом. Револьвер выпал, гулко ударившись о дерево. Чужак отскочил на шаг, в темноте мелькнуло лезвие. Я мог бы его пристрелить прямо сейчас, но он был последним живым из этой троицы.

Откинув винтовку в сторону, я успел перехватить правое запястье чужака. Нож прошел мимо ребер. Второй рукой забрал предплечье у локтя и прижал его к поваленному кедру.

Чужак сразу ударил свободной ладонью мне в подбородок. Я отвернул голову, удар скользнул по щеке. Вооруженную руку не отпустил: вдавил его кулак в дерево, отчего пальцы разжались. Правой перехватил рукоять и вывернул нож. Отбросил клинок за ствол.

Я еще только потянулся к его локтю, собираясь завести руку за спину, а он уже согнул ее и довернулся ко мне всем корпусом. Левой ладонью нажал у основания моего большого пальца, повернул свою кисть и выдернул ее из хватки. Тут же ударил освободившейся рукой в горло.

Я отбил удар предплечьем, ответил левой в челюсть. Чужак пригнул голову, пропуская кулак над плечом, и шагнул вплотную. Его рука легла мне на затылок, дернула вниз, навстречу поднятому колену.

Я успел выпрямиться и подставить локоть. Удар отдался до самого плеча. Пока чужак стоял на одной ноге, толкнул его от себя и сразу пошел следом, не давая отойти к брошенному оружию.

Тот удержался. Отступил всего на шаг, поставил ногу и встретил меня коротким ударом снизу. Я прикрыл подбородок, кулак врезался в предплечье.

Вот же юркая сволочь! Ни одного размашистого удара. Срывал захват и сразу бил, не оставляя времени прихватить его заново.

Слева показался Семен. Чужак заметил его и тут же сместился так, что я оказался между ними. Рыжий убрал револьвер и продолжил заходить сбоку. Противник повернулся вслед за ним, стараясь опять оставить нас на одной линии.

Я не дал.

Показал удар правой в лицо, вынудив его поднять левое предплечье. Вместо удара прихватил эту руку за запястье, второй рукой забрал у локтя и потянул на себя. Чужак шагнул следом, сохраняя равновесие, и развернул правое плечо для удара.

Но Рыжий уже оказался с другой стороны. Перехватил правую руку выше локтя, не дав разогнуть, и подбил сзади ногу, на которую чужак только что оперся. Я одновременно потянул захваченную левую руку вперед и вниз.

Колено противника коснулось земли. Подставить свободную ладонь он уже не мог: обе руки были у нас. Мы уложили его мордой в хвою, не давая перевернуться.

Я прижал левое плечо, согнул захваченную руку и отвел кисть за спину. Чужак попытался подтянуть колено под живот, но Рыжий удержал его за пояс и прижал к земле.

— Лежи, черт!

Я свел обе кисти над поясницей и держал, пока Семен доставал из моего ранца веревку. Чужак еще раз дернул ногами, заскреб носками землю, но вырваться из-под меня не смог. Рыжий стянул запястья и проверил узел.

Только тогда я ослабил хватку. Перевел дыхание, осторожно переставил ушибленную ногу. Колено ныло, под штаниной саднило содранную кожу.

— Держи его.

Пока Семен прижимал пленного к земле, я ощупал бока, проверил карманы, рукава и голенища. Другого револьвера или ножа не нащупал. Сдернул ткань, закрывавшую лицо. Тот отвернулся, прижимаясь щекой к земле.

Мы подняли его под руки и отвели за вывороченные корни. Там усадили спиной к кедру. Семен остался сбоку, снова вытащил Смит-Вессон и прислушался к лесу.

Я забрал свою винтовку и ранец. Достал свечу со спичками и пригнулся между корнями, прикрывая огонек от леса и ветра. Со второй спички свеча занялась.

Поднес ее к лицу пленного и замер.

Перед нами сидела девушка. Молодая, лет двадцати, со скуластым лицом и узкими темными глазами. Из-под сбившейся шапки выбилась прядь волос.

Семен повернул голову, пригляделся.

— Девка, — удивленно выдохнул он.

Я удивился не меньше. Кто бы подумал после такой драки?

Куртка и широкие штаны напоминали хунхузскую одежду. Но ткань оказалась плотной, швы ровными, пояс добротным. И кобура была хорошей работы. Снарядили ее на славу.

Я поставил свечу в углубление между корнями.

— Кто вас послал?

Девушка смотрела мне в лицо.

— Зачем за нами шли? Сколько еще ваших в лесу?

Ответа не было. Ни слова, ни кивка.

— Троих на тракте нашли. Это ваши с ними расправились?

Уголки ее губ поползли вверх. Девушка улыбнулась. Плечи мелко затряслись.

Она хихикнула, потом еще раз.

— Полоумная, ты чего? Неужто так приложили, что умом тронулась? — Рыжий ударил ее по щеке, пытаясь привести в чувство. Но та смеялась все громче, а потом широко раскрыла рот. При свете свечи я увидел: языка у нее не было. На его месте виднелось давно зажившее увечье.

— Твою ж мать, — выругался Семен.

— Писать умеешь? — спросил я.

Девушка резко качнулась вперед.

Сперва показалось, что она хочет снова вырваться. Семен прижал ее к дереву. Но взгляд девушки уже ушел мимо меня, глаза закатились. Семен подхватил ее за плечо, не дав удариться лицом о корень.

Оскал оставался, только теперь рот перекосило сильнее.

— Андрюха, ей худо!

Я переставил свечу и помог опустить девушку на землю. С тех пор как скрутили, прошло всего несколько минут.

Ее тело вдруг вытянулось, затем забилось в судорогах. У губ выступила пена.

Падучая? Из памяти Добрецова всплыло другое название: эпилепсия. Но сейчас не названия болезней нужны.

— Путы режь, Сема.

Рыжий перерезал веревку на руках. Мы повернули девушку на бок, я подложил ей под голову ранец. Судороги не удерживал, только следил, чтобы она не билась о корни.

— Дыши, слышишь?

Грудь еще несколько раз поднялась. Девушка судорожно втянула воздух и обмякла.

Я приложил пальцы к ее шее, пытаясь нащупать пульс. Перевернул ее на спину и принялся давить на грудь, вспоминая, как это делал Добрецов.

Семен сидел рядом, то следил за моими руками, то оборачивался к лесу.

Я снова проверил пульс. Ничего.

Продолжил. Девушка лежала неподвижно. Ни вздоха, ни движения. Через несколько минут я отнял руки и еще раз прижал пальцы к ее шее.

Не вытащил.

— Все? — негромко спросил Рыжий.

Я кивнул и потянулся поправить подвернувшуюся под бок кисть девушки.

В ладони что-то блеснуло.

— Свечу ниже, Сема. Только руками не трогай.

Между согнутыми пальцами лежала тонкая игла. Рядом на коже виднелся крошечный прокол.

Глава 2

Не женское это дело

Я придержал девушку за руку и осмотрел внимательнее. Потом перевернул тело и проверил пояс сзади. Под нахлестом нашел узкий потайной карман. Он был пустой.

Как раз до туда она могла достать связанными руками.

— Похоже, эта игла здесь и была припасена.

— Достала, наверно, когда мы ее усаживали.

Я снова посмотрел на ладонь. Момента укола мы не видели, но игла, ранка и этот потайной кармашек…

— Сама себя, выходит? — Рыжий перевел взгляд на лицо девушки.

— Думаю, да. На конце иглы, скорее всего, яд. Так что, Семен, с ней очень аккуратно.

Рыжий поставил свечу между корнями и повернулся к лесу. Я снял с пояса девушки узкий чехол, двумя щепками подхватил иглу и уложил внутрь. Ткань, которой она закрывала лицо, нашлась рядом. Завернул в нее чехол и убрал в отдельный карман ранца, подальше от харчей и перевязки.

3
{"b":"982695","o":1}