Хвост змея всколыхнулся, разрубая помост пополам.

Черт с ней, с развязкой! – Нервно подумала я, выпуская свою силу. Нужна всего лишь пара минут — вновь попасть в тот момент, когда эта тварь появилась. Время уже почти привычно пошло вспять, а я ринулась к Эмили, до смерти напугав мелькнувшим почти перед самым ее носом кинжалом.

– Стража, спасите! – Завизжала она в истерике, глядя на меня расширившимися от ужаса глазами. – Ведьма хочет меня убить!

На вылезшую из-под платья змею она едва ли обратила внимание. Я занесла кинжал как раз в тот момент, когда блондинка обмякла на своем кресле, видимо, лишившись чувств от переживаний.

Лезвие воткнулось в блестящий бок рептилии, мне на лицо что-то брызнуло, а голова твари извернулась и впилась мне в руку. Все тело, от макушки до кончиков пальцев на ногах обожгло огнем, словно вместо яда из ее зубов вырывалась лава. Я закричала, пытаясь стряхнуть змею, что, как и в прошлый раз, начала увеличиваться в размерах.

Она меня сожрет или раздавит. – Промелькнуло осознание в перерывах между вспышками нестерпимой боли.

Чья-то смазанная фигура возникла рядом. Эйден, чьи белые торжественные одеяния были запачканы кровью, размахнулся мечом и со всей силы ударил по монстру.

Зубы разжались, выпуская мою онемевшую руку. Змея нацелилась на короля, испуская мерзкий шипящий звук. Я воспользовалась моментом, чтобы ударить ее тьмой, но…

Ничего не вышло.

Все мое тело пульсировало в такт биению сердца, пытаясь вывести из крови остатки жгучего яда. Отголоски боли заставляли мышцы конвульсивно сжиматься. Магия не отзывалась, словно на мне вновь были ненавистные антимагические браслеты.

Монстр явно об этом знал, потому что моментально сбросил меня со счетов, переключившись на менее сговорчивую добычу. Теперь все его внимание сосредоточилось на Эйдене, держащем перед собою меч. Учитывая, что переломить и самого Эйдена, и его меч не составило бы особого труда, было странно, отчего эта тварь медлит.

– Магии нет. – Тяжело дыша, сообщила я, неуверенная, что король услышит хоть что-то в этом гаме.

– Сними кольцо переноса с Эмили и выбирайся за пределы тумана. – Напряженным голосом ответил Эйден, не спуская глаз с гипнотизирующего взгляда змеи. – Быстро!

Настроение геройствовать закончилось, поэтому предложение мне понравилось. Я стащила все кольца, включая помолвочное, с ее по-прежнему безвольной руки — целых пять штук! — после чего начала торопливо выискивать нужное, отмеченное особой руной. Остальные покатились по деревянным ступеням, теряясь в темном провале между досок.

Я попыталась подняться на дрожащих ногах, но змей не готов был так просто отпускать свою добычу. Гибкий хвост обхватил меня за талию так сильно, что я едва могла сделать вдох. Я забилась в стальной хватке, цепляясь ногтями за золотую чешую и раздирая руки до крови.

Эйден сжал зубы, поза напряжена до предела, руки, сжимающие меч, побелели. Меч, что бесполезен против шкуры этого монстра, в тумане, где не работает светлый дар подчиненных ему магов.

Легкие разрывало от недостатка воздуха, и я из последних сил воззвала к своей тьме. То ли действие яда ослабевало, то ли обещанный выброс способностей перед смертью сработал, но она откликнулась. Тонкие щупальца впились в шкуру змеи подобно когтям, раздирая плоть. Выступила черная жидкость, напоминавшая по густоте кровь, но тварь будто бы и не заметила моих слабых потугов.

Эйден бросился вперед, пытаясь атаковать морду. Вместо того чтобы пронзить золотую чешую, меч раскололся на множество частей, лишая его последнего оружия.

А дальше произошло то, чему я не могла найти ни одного правдоподобного объяснения.

Во взгляде короля вдруг появились искры яркого серебристого цвета. Почти такие же, как бывают у магов. Туман вокруг нас начал стремительно отступать, словно наткнувшись на невидимый барьер. Эта странная магия… или, точнее, антимагия, начала расходится во все стороны, подобно кругам на воде, разрушая любые наложенные чары.

Змей безвольно обрушился на мостовую, алые глаза погасли, а массивное тело принялось разрушаться на глазах, оборачиваясь черным пеплом. Я упала на колени, жадно вдыхая воздух и придерживая сдавленные ребра. В паре метров от нас блеснула золотая брошь – все, что осталось от внушительного монстра.

Эйден шагнул ко мне. На его лице ясно читалось, что он и сам не понял, что именно произошло. Эмили пошевелилась и приоткрыла глаза. Увидела меня на коленях. Эйдена, нависающего над моей сгорбившейся фигурой.

– Любимый, ты спас меня. – Слабо выдохнула она, явно поняв сцену превратно. Желание украсить площадь ее трупом стало просто невыносимым.

– Наверно. – Подтвердил он в замешательстве, глядя на меня с беспокойством. – Ассия, регенерация.

Теперь понятно, почему он не спешил приближаться: боялся, что рядом с ним магией пользоваться не смогу. Тьма все же отозвалась, чему я несказанно обрадовалась. В боку что-то щелкнуло: кажется, сломанное ребро встало на место.

– Арестовать… надо арестовать… – Невнятно бормотала Эмили, глядя прямо на меня. Боги, если она не заткнется, я за себя не ручаюсь. Объяснять произошедшее было некому: все случайные зрители покинули трибуны, как только рядом объявился змей, я просто не видела в этом смысла, а Эйден, кажется, даже не понял ее лепет.

Избавившись от боли, а заодно от остальных последствий схватки, я перевела взгляд на продолжающееся на площади сражение. К счастью, большинству все же удалось найти выход с площади, а вот некоторым не повезло стать живым щитом в руках мятежников. Они и сейчас ими прикрывались, неумолимо следуя в сторону городских улиц.

Мой взгляд остановился на беременной девушке, которую держал в руках лорд Берок, отец Айса. Лезвие меча было плотно прижато к ее шее, а множественные неглубокие порезы говорили о том, что рука его не так тверда.

Мне хватило одного взгляда на эту картину, чтобы тьма заполнила собой каждый уголок души. Ненависть, черная и удушающая, сдавила мне горло. Я больше не берегла силу — она выскользнула за пределы тела, вычисляя каждого, кто должен был сегодня погибнуть на этой виселице.

Достаточно просто завладеть их сознанием. Достаточно просто отдать приказ.

Их жизни прерывались с негромкими вскриками, раздающимися со всех сторон. Тьма свирепствовала, словно сводила личные счеты с каждым. Люди сбегали, не зная, кого стоит бояться больше: мятежников или меня.

Все закончилось в тот момент, когда последний из них упал на мостовую, окрашивая ее своей кровью. А тьма распахнула приветливые объятья свои.

Нападение

Очнулась я под вечер. В своей комнате, под одеялом, что было настолько тяжелым, что казалось могильной плитой.

Попыталась сесть и откинуть его в сторону, но это простое движение было встречено темнотой в глазах.

– Госпожа. – На стуле рядом с кроватью сидела София. При моем пробуждении она встрепенулась и вскочила со своего места, окидывая меня беспокойным взглядом. Усталость на ее лице разбавилась едва заметным облегчением. – Я сейчас же доложу, что вы очнулись.

Я проследила за ее стремительно удаляющейся фигурой и потянулась к предусмотрительно наполненному стакану с водой. Руки едва заметно подрагивали, но в теле боли не было. Тьма слабо пульсировала по венам, а попытки ее призвать закончились кровотечением из носа.

Кажется, там на площади я перестаралась. Поддалась эмоциям и использовала все силы, что у меня были. Даже не так: тьма буквально вырвалась из меня, словно что-то послужило спусковым крючком. Какой-то мощный триггер…

Додумать эту мысль я не успела — появление Софии было столь же стремительным, как и исчезновение.