Так мы и шли. Агата всхлипывала. Я придерживала ее, невидящим взглядом уставившись на приближающийся лес. Пока, наконец, не оказались на опушке возле раскидистого дерева. Женщина тяжело осела на землю, касаясь пальцами промерзлой земли.

– Здесь это было.

Я кивнула, ощупывая это место магией. Догадка подтвердилась.

Пошедший вдруг снег стал неожиданностью. Крупные белые хлопья повалились сплошной стеной, пряча нас от всего мира.

– Я… исполню ваше желание. – Произнесла я слегка охрипшим голосом, протягивая ей руку. – Если вы того желаете.

– О чем ты, милая? – Агата посмотрела на меня снизу вверх, на ее лице замешательство.

– Хотите еще раз обнять своего ребенка? Даже если это будет стоить вам жизни. Она кивнула, размазывая слезы по щекам.

– Все отдам, моя хорошая. Даже если ты бог Зла в человечьем обличье, забирай все, что у меня есть. – Прохрипела она, хватая мою ладонь.

– Мне ничего не надо. Только обнимайте его так крепко, как только можете. За все те годы, что вы были порознь. – Прошептала я, глядя в бесцветные глаза, в которых зажглось какое-то необъяснимое чувство. Священный ужас. Благоговение. Надежда. Понимание.

Я потянулась к силе — уже не своей. Сфера жизни получилась дрожащей, словно мыльный пузырь, который вот-вот лопнет.

Я увидела Агату малышкой. Девушкой, которую обнимал высокий парень. Женщину, держащую на руках своего первенца.

Видела весь ее тяжелый путь, полный лишений. Бесконечное одиночество в конце.

И она называла меня сильной.

Нужное воспоминание нашла быстро. Толкнула женщину в него — прямо на свежий снег возле покосившейся хижины. А после бессильно рухнула на землю, чувствуя, как из носа идет кровь.

Я осталась одна.

А Агата попала в собственное прошлое — то самое, где ее сын мечется в лихорадке, готовый отдать душу богам. Я исполнила ее заветное желание. Дала в последний раз подержать на руках свое дитя. Не позволила умереть в одиночестве. Ее жизнь оставит светлый след и надежду в чьей-то душе, даже если это ее собственная.

Я села, опершись спиной о дерево, чувствуя, как внутри что-то обрывается. Шел первый снег, припорашивая мои волосы.

Горячие дорожки слез стекали по щекам, а внутри все сжималось в болезненный комок.

Я обнимала себя изо всех сил, цепляясь озябшими пальцами в ребра. Маленькая девочка внутри меня металась по сожженному саду, но внезапно на ее пути появилась я. Упала на колени, крепко обняла. Пообещала, что больше никогда не оставлю.

Столько времени я искала якорь, маяк, опору во мраке. Боялась заглянуть внутрь себя и узреть наконец-то главное. Я сама —

маяк, что разгоняет тьму. Я сама могу быть себе опорой.

Я сидела так почти целый час, кутаясь в плащ. В голове было пусто. Легко.

Начало смеркаться. Пожалуй, сегодня стоит переночевать в хижине Агаты, а уже завтра принять решение, куда двинуться дальше.

Я поднялась и зашагала по сухой траве, припорошенной снегом, в сторону деревни. И лишь на подходе к дому увидела ту, кого меньше всего ожидала.

Встреча

Эмили довольно настойчиво стучалась в покосившуюся дверь дома Агаты. Выглядела девушка иначе — я даже не сразу ее узнала. Волосы убраны в косу, заплетенную вокруг головы. Теплая накидка расстегнута. Простое платье темно-зеленого цвета с белыми вставками. На руке — нашивка принадлежности к лекарям.

– Что вы здесь делаете? – Резко спросила я. Девушка вздрогнула от звука моего голоса. Повернулась.

– Вы — Агата? – Спросила она, окидывая меня облегченным взглядом. Не узнала.

– Я ей помогаю. А вы…?

– Я ищу знахарку. Мне нужно пополнить запас целебных отваров для отряда. Большой заказ. Плачу золотом.

Я смотрела на нее немигающим взглядом несколько секунд. Был большой соблазн отказать ей — сказать, что Агата уехала, а без нее отвары сварить не получится. Но любопытство победило.

Я отворила дверь и приглашающе махнула рукой. Кинула быстрый взгляд на окружающие дома. Землю довольно быстро заносило снегом. Буря усиливалась с каждым часом.

Кажется, уйти завтра будет не так уж и просто.

Эмили оглядывала внутреннее убранство с умеренным любопытством, обратив особое внимание на ровный ряд склянок на узкой деревянной полке.

– Что вам нужно? – Я зашла следом, отряхнула в проеме плащ и повесила его на гвоздь за капюшон. Снег, попавший внутрь, стремительно таял, оставляя влажные следы на полу.

Эмили вытащила из кармана свернутый несколько раз лист бумаги и принялась зачитывать его содержимое:

– Заживляющая мазь, жаропонижающее, средства от простуды…

Список оказался внушительным — если готовить это все с нуля, то займет несколько часов.

– Должно быть, это очень большой отряд. – Ровным голосом произнесла я, старательно скрывая любопытство. Эмили несколько замялась.

– Двадцать человек. Мы разбили лагерь в десяти минутах от деревни. Возможно, вы не слышали, но после захода солнца будет важное объявление для всех жителей. Приказ короля. Всем необходимо собраться на площади.

Площади здесь не было, лишь перекресток двух главных дорог, на котором недавно и сожгли ведьму.

Мое сердце невольно забилось быстрее при упоминании Эйдена. И что такого он мог приказать, что специальный отряд развозит эту весть даже по самым отдаленным селам вместо того, чтобы прибить указ к главному столбу?

– Не слышала. – Коротко бросила я. – Ходила в лес.

Я принялась собирать указанные лекарства, держа список перед глазами. Часть отдала из запасов Агаты, предварительно понюхав и убедившись, что отвар еще рабочий. Закралась мысль, что придется всю ночь не спать и сделать хоть какой-то запас зелий для местных жителей. Зима началась и без знахарки им придется туго.

– Это все, что есть. – Произнесла я. – За остальным приходите завтра утром.

– Мы отправляемся на рассвете. – Предупредила Эмили, складывая их в холщовую сумку. Положила пару золотых монет на стол — намного больше, чем они стоили для местных жителей.

– На рассвете будет готово. – Кивнула я, разглядывая лицо блондинки. Какая-то нереальность происходящего затопила меня. Словно это какая-то другая жизнь. Мы с ней больше не дамы в королевском дворце. Не носим шикарные платья, не боремся за одного мужчину…

– Вы не похожи на лекаря. – Сама не знаю, зачем это произнесла. Наверно, хотела больше разузнать о случившемся. Эмили подняла удивленный взгляд, и я поняла, что нужно было дать какой-то аргумент. – Ваши руки… слишком мягкие. Словно не знали труда.

– Вы правы. – Она криво улыбнулась. – Это новая для меня роль. Но мой отец был военным, его кровь течет в моих венах. Я справлюсь.

Неужели она все же вняла совету и принялась строить свою собственную жизнь? Или ЭЙден все же изгнал ее из замка? В любом случае этому цветочку нужно было покинуть свою теплицу и встретиться с внешним миром. Я вдруг посмотрела на нее иными глазами, испытывая какую-то тень симпатии.