Новый «Молот» оставался под охраной в закрытом доке — тащить неповоротливый завод в пекло Корвин не собирался. Зато оба боевых корабля стояли в полной готовности: на «Буре-0» блестела свежая броня, в ангарах авианосца ждали вылета беспилотники, а погреба доверху набили снарядами. Возле пульта Рагна придержала его за рукав:

— Ограничители на двигателях крейсера открытыми оставил?

— Оставил, конечно. Выжмешь из реактора краткий сверхфорсаж, только учти — совсем ненадолго, — кивнул он.

— На сколько же мне этого хватит?

— Даже десяти минут не обещаю: после такой гонки моторы придётся перебирать с нуля.

Рагна приняла расчёт к сведению, а Корвин напомнил про фугасные снаряды с дистанционным подрывом.

— Ты уж постарайся вернуть мне двигатели в одном куске, — с улыбкой попросил он.

— Между прочим, в прошлый раз я вернула тебе весь корабль целиком.

— Ну вот давай и сегодня начнём с этого же плана.

Ответившая на звонок Кларисса предложила подняться к ним в контору для оформления контракта, но Корвин покосился на соседний экран, где по палубам уже разбегались боевые смены, и покачал головой:

— Присылайте договор прямо ко мне на мостик, а то пока мы будем ходить по кабинетам, транспорты улетят к разлому раньше нас.

— Награду за вылет только что подняли до семисот тысяч крон. Пятьсот тысяч даёт флот и ещё двести тысяч доплачивает от себя наш порт, — сразу сообщила она.

— Это плата за само прикрытие. А взятая в бою добыча, право свободно собирать любой битый лом на орбите и неприкосновенность наших доков в порту идут отдельной строкой?

Кларисса отключила звук на полминуты, связываясь с начальством, и вернулась с согласием. Чиновники наверху легко махнули рукой на пункт про битое железо и горелые туши тварей, решив, что залитые кислотой обломки на брошенной орбите никому в здравом уме не сдались. Корвин проверил проект договора и потребовал чётко вписать их право сразу отойти, как только транспорты заберут с поверхности последних людей. Когда Кларисса прислала исправленный бланк, Лилит сверила пункт о беспошлинном ввозе любого лома от К-417, и Корвин заверил договор личным ключом.

Для общей связи он записал отряд под именем флота «Чёрный дракон». В банковском реестре стояло его настоящее имя, но кричать на весь сектор про Драконий Предел при каждом выходе в эфир было ни к чему.

В это же время наверху в зале управления один из приглашённых вольных капитанов брезгливо оттолкнул планшет с контрактом даже после того, как награду подняли до семисот тысяч:

— У меня и без вашей мясорубки у разлома дел хватает, — отрезал он, поднимаясь с дивана.

Но тут к столу начальника порта подошёл секретарь и тихо доложил, что подряд на прикрытие только что забрали. Вольный капитан с удивлением обернулся у дверей и спросил, кто это нашёлся такой смелый. Имя «Чёрный дракон» не сказало ему ничего, а услышав про два вымпела, он только рассмеялся. Обозвать громким словом пару посудин большого ума не надо, а вот вернуться живыми из-под Роя — совсем другое дело.

Корпус «Бури-0», куда старшим связистом отрядили Весту, тем временем плавно вышел из ворот дока следом за «Королевой роя». Лилит переслала на мостик Рагны координаты точки разгона, и Корвин скомандовал уходить в прыжок.

***

Короткий прыжок закончился резким толчком, а дальше до самого планетоида предстояло идти своим ходом. Скоба соседнего противоперегрузочного кресла поднялась на миг раньше остальных: Лилит выбралась наружу первой и сразу запустила проверку по кораблям. Когда Корвин сел в кресло на мостике авианосца, зелёные строчки уже выстроились на её экране. Она перекинула сводку на главный стол, но своё окно закрывать не стала.

— Что там ещё осталось? — спросил он, заметив заминку.

— Из машинного пришёл ответ без одной строчки по нагреву, я послала повторный запрос, — ровно ответила она, не отрывая взгляда от бегущих цифр.

Через пару секунд цифра появилась на месте, и только тогда Лилит закрыла лист. Для неё это был первый боевой выход на новой должности в рубке, и лезть к ней под руку Корвин не стал.

Дорога от порта занимала около трёх часов. «Королева роя» и «Буря-0» шли борт о борт и уже на подходе к планетоиду нагнали растянувшуюся цепочку транспортов. Пузатые суда типа «Морской конёк» еле ползли на малом маневровом ходу, хотя исправные маршевые сопла позволяли идти куда резвее. По знаку Корвина Лилит вызвала головной корабль, и на экране показалось помятое лицо капитана Кроу в расстёгнутой куртке.

— Да поломки у нас в машинах. Вы что, сами по приборам не видите? Летите себе вперёд, у вас корабли военные, — буркнул тот, даже не представившись по форме.

— Назовите номера судов, которым нужна помощь, и укажите, что именно сломалось, — холодно потребовал Корвин. Кроу только криво ухмыльнулся в камеру:

— А вы у нас кто такие будете, летучая мастерская?

— Я из тех, кто будет держать небо над вашей головой, пока вы грузите людей в трюмы.

Транспортник вальяжно развалился в кресле и сквозь зубы спросил, кто дал право наёмному извозчику проверять его караван, а когда Корвин повторил требование, просто выключил связь.

Лилит тут же вывела на карту показатели всех его судов. Ни один «Морской конёк» не терял мощность и не просил ремонта: по указке своих хозяев из синдиката Кроу нарочно тянул резину, чтобы не лезть под огонь тварей раньше подхода главных сил и не рисковать дорогими транспортами.

— Господин барон, они уже опоздали к расчётному часу. Показания приборов и запись разговора с Кроу я убрала под печать, — доложила Лилит.

— Вот и отлично, пригодится для трибунала. Рагна, а ну-ка пройдись у них прямо перед носом, — велел Корвин, переключая связь на крейсер.

— С большим удовольствием, — коротко отозвалась тигрица.

Её «Буря-0» ударила главным факелом, по широкой дуге обошла ленивую колонну, встречным плевком носовых сопел погасила ход и развернулась поперёк курса головного транспорта — прямо жерлом главного калибра в окна рубки. Корвин снова набрал вызов. Теперь Кроу смотрел не столько на него, сколько в тёмный ствол крейсера, наглухо перегородившего дорогу.

— Немедленно уберите своё корыто с пути! Клянусь, как только мы вернёмся в порт, я лично отберу у вас лицензию! — заорал транспортник, багровея от злости.

— До моей лицензии будете добираться после рейса, а прямо сейчас вы даёте полный ход, — отрезал Корвин.

Кроу набрал в грудь воздуха, чтобы снова завести песню про влиятельную родню в порту, но слушать эту болтовню Корвин не стал. Он просто глянул на соседний экран — и бортовые пушки крейсера полоснули темноту прямо перед носом транспорта. Очередь прошла в десятке метров от окон рубки. Обшивку не задело, но на мостике «Морского конька» разом взвыли все сирены.

— В следующем ответе я хочу услышать от вас только две цифры, капитан: вашу новую скорость и время подхода к планетоиду К-417, — тихо сказал Корвин.

На мостике у Кроу надрывно ревела тревога, а его старпом с матом хлопал себя по рукаву, уронив горящую сигару на китель. До капитана наконец дошло: во второй раз этот барон уговаривать не станет, и следующий снаряд прилетит прямо в лобовое стекло.

— Полный вперёд! Всем судам прибавить ход, мать вашу! — сквозь зубы выдавил он рулевым.

***

А в главной рубке линкора «Огненный леопард» обстановка накалялась. Полковник Виктория Вард читала у карты сводку с поверхности К-417: с начала боя на орбиту подняли только восемьсот тысяч человек, ещё три миллиона ждали внизу у шахтных стволов. Помощница Элла шагнула вплотную и тихо напомнила: опоздают транспорты ещё на час — твари сомкнут кольцо, и внучке двух герцогов пора готовить коридор отхода для самого линкора.

— В нашем строю стоят двадцать шесть кораблей, лейтенант. И ты будешь считать отход для всех двадцати шести без всяких исключений, — холодно оборвала её Виктория.

Тут же правый фланг на карте замигал красным: подбитый фрегат «Страж» потерял ход, и десятки крылатых тварей проскочили сквозь заградительный огонь, вцепившись в броню в мёртвой зоне башен. Вдруг вахтенный у радара звонко крикнул, что за спиной эскадры появилась группа быстрых целей, идущая на полном ходу к «Стражу».