— Пожелай мне удачи.

— Удачи, — тут же сказал Микель.

Однако затем, сразу же, было названо и его имя.

В палатке было тихо.

Десять кандидатов расселись на небольших табуретах перед мужчиной в военной форме. Его лицо не выражало ни раздражения, ни дружелюбия. Он смотрел на людей так, словно перед ним находились не будущие солдаты, а просто набор инструментов, который предстояло проверить на прочность.

Правда, первое, что бросалось в глаза — его рост. Он даже сидя казался выше всех кандидатов на голову. Он был таким широким и «мощным», что если бы их действительно хотели избить… всех кандидатов вынесли бы из первой палатки вперёд ногами.

Они бы тут все подохли…

Однако, проглотив первый шок, Дарен обратил внимание на табуреты.

Они тоже были высокими. Чтобы сесть, приходилось приподниматься на носках, а ноги можно было поставить только на узкую металлическую подножку.

Не самое удобное место для долгого ожидания.

— Я отвечаю за проведение первого этапа отбора, — произнёс офицер. — Вам не нужно знать моего имени. Большинство из вас всё равно не пройдёт дальше.

Кто-то нервно усмехнулся.

Офицер даже не посмотрел в его сторону.

— Успешное прохождение испытаний не означает, что вы уже стали солдатами. Это лишь предварительный отбор. Если вы останетесь в программе, вам предстоит пройти обучение. И только после этого будет решаться вопрос о вашей службе.

Дарен прислушался внимательнее.

Он ожидал услышать о силе, выносливости, владении оружием. Возможно, о беге или подъёме тяжестей.

Вместо этого офицер указал на табуреты.

— Первое испытание простое. Поставьте ноги на подножки и сохраняйте положение в течение пяти минут. Вы не должны вставать, сходить с табурета или касаться ногами пола. Если нарушите любое из этих условий, испытание будет считаться проваленным.

Кандидаты переглянулись.

— И всё? — не удержался один из них.

На лице офицера появилась едва заметная улыбка.

— И всё.

Он сделал знак двум солдатам, стоявшим по сторонам помещения.

Те раздвинули плотные занавески.

Дарен увидел лишь странное оборудование за ними — магический камень, по сути. Большой такой, с изображением солнца.

Ещё один офицер глянул на кандидатов. Оскалился во все зубы, как будто испытывал удовольствие от процесса, а потом резко опустил руку на камень.

Затем пространство вокруг него вспыхнуло белым светом.

На мгновение Дарен решил, что ослеп.

А когда зрение вернулось, палатки больше не было.

Под ногами не было пола.

Вокруг простиралось огромное открытое небо, а далеко внизу лежала земля, покрытая яркими пятнами из лесов и полей. Ветер ударил в лицо. Облака проплывали совсем рядом, и на мгновение Дарен даже не понял, где находился.

А потом резко сообразил! Гора на севере! Город Зарева! Ещё дальше пустоши, да он же только в рассказах о тех местах слышал.

Мир вокруг него закружился. Он видел море!

Он падал вниз.

Нет!

Парень практически укусил себя за язык.

Он всё ещё был там!

Сидел на том табурете!

На самом обычном, пусть и дурацком стуле, который теперь каким-то образом парил высоко над землёй.

— А-а-а-а-а!

Крики раздались со всех сторон.

Кто-то попытался вскочить, кто-то судорожно вцепился в сиденье. Один из кандидатов замахал руками, будто мог таким образом удержать равновесие.

Дарен тоже хотел вскочить.

Инстинкты кричали, что он падает, что через несколько секунд разобьётся о землю и от него останется лишь кровавое пятно на земле.

Но стоило ему пошевелиться, как он почувствовал лёгкую дрожь табурета.

Он всё ещё сидел.

Он действительно сидел на табурете.

Но табурет действительно находился в небе.

— Что за…

Дарен не закончил фразу.

Облака вокруг него начали двигаться вверх.

Нет.

Это не облака поднимались.

Это он падал.

Земля стремительно приближалась. Ветер свистел в ушах, сердце билось так сильно, что казалось, вот-вот вырвется из груди. Разум требовал немедленно спасаться, но тело не могло найти опору, а руки цеплялись за обивку сидения.

Дарен зажмурился.

Перед глазами возникло лицо Лиоры.

Он вспомнил их старую, тесную хижину, холодные стены и то, как девушка радовалась даже простой яичной лепёшке. Вспомнил, как обещал, что однажды они точно смогут позволить себе нормальную жизнь.

— Я ещё не могу умереть.

Он крепче сжал края табурета.

И продолжил сидеть.

В какой-то момент ощущение падения стало настолько сильным, что Дарен уже не понимал, кричит он или просто пытается вдохнуть.

А потом всё исчезло.

Белый свет поглотил небо.

Когда Дарен снова смог видеть, перед ним оказалась палатка.

Он сидел на том же табурете.

Офицер стоял напротив и спокойно хлопал в ладоши.

— Неплохо. Вы прошли первое испытание. Эта группа справилась значительно лучше, чем предыдущая.

Дарен не ответил.

Его руки дрожали. Рубашка прилипла к спине от пота, а ноги казались ватными.

Он медленно повернул голову.

Половина табуретов была пуста.

Микеля среди оставшихся не было.

Дарен сглотнул.

— Он упал? Или потерял сознание?

Мысль о том, что друг мог погибнуть, оказалась неожиданно неприятной. Но размышлять об этом ему не позволили: солдат указал на соседнее помещение.

— Следующий этап. Прошу за мной.

Дарен поднялся с табурета.

И только тогда понял, что ноги у него едва держат вес собственного тела.

Вторая комната была почти такой же, как первая.

В центре находились десять табуретов, установленных на металлическом кольце. Под ним проходила узкая платформа, а по бокам виднелись рукояти, за которые можно было схватиться.

Дарен остановился у входа.

— Садитесь по порядку, — приказал другой офицер. — Правила те же. Сохраняйте положение до окончания испытания.

Никто не спросил, сколько оно продлится.

Кандидаты осторожно расселись. Дарен выбрал место и крепко ухватился за край сиденья.

Два солдата подошли к металлическому кольцу.

— Начать!

Они толкнули рукояти.

Сначала движение было медленным. Кольцо повернулось на небольшой угол, и Дарен почти ничего не почувствовал.

Затем скорость увеличилась.

Табуреты начали вращаться вокруг центра помещения.

Дарен стиснул зубы.

Ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что происходит. Кольцо вращалось всё быстрее, а помещение перед глазами начало расплываться. Светильники вытягивались в длинные полосы. Лица имперских служащих превращались в смутные пятна.

— Вот почему они выходили оттуда такими бледными…

Дарен попытался сосредоточиться на одной точке, но от этого стало только хуже.

Желудок сжался.

Голова закружилась так сильно, что он перестал понимать, где верх, а где низ. Ему хотелось закрыть глаза, но даже с закрытыми глазами вращение не прекращалось.

— Остановите! — крикнул кто-то.

Кольцо ускорилось ещё сильнее.

Дарен услышал рядом с собой сдавленный стон.

А затем его собственный желудок решил, что с него достаточно.

Он наклонился вперёд, резко сжал зубы и проглотил то, что должно было из него вырваться.

Бедняга по правую руку не был таким расторопным.

Запах мгновенно распространился по помещению. Один из кандидатов зажал рот ладонью, другой отвернулся, но через мгновение тоже не выдержал.

Палатку наполнили крики и звуки рвоты.

Дарен едва не рассмеялся от абсурдности происходящего.

— Вряд ли империя на нас новый вид пытки испытывает…

Он не знал ответа.

Но когда металлическое кольцо наконец остановилось, он всё ещё сидел на своём месте.

В комнате осталось трое кандидатов.

Офицер окинул их взглядом и впервые выглядел почти довольным.