Никаких спорт площадок, конечно, в деревне не было, и от бабушкиной кормежки я слегка потяжелел. Но когда работаешь в огороде по несколько часов в день, а потом катаешься на велике всё оставшееся время — мышцам тоже некогда отдыхать.

Не смотря на прохладные дни, мы с Тохой часто ходили на речку купаться. Вода там, как всегда, была холодной, но после Ладожского озера — считай парное молоко! С нами постоянно увязывалась Тохина сестра — Танька - ей было четырнадцать, и она считала себя уже взрослой, чем жутко веселила меня, и я постоянно подначивал её на этот счет. Как-то вечером мы сидели на брёвнах за заброшенным сараем. Тоха затягивался Беломором, который втихаря таскал у отца, а потом жутко кашлял, распугивая всех птиц в округе.

— Смотри, лёгкие не выплюнь. — постучал я друга по спине. — Зачем ты вообще это делаешь?

— Девчонкам нравится, когда парни постарше. Я так просто круче выгляжу, да Таньк? — толкнул он плечом сестру, которая сидела между нами, натянув капюшон на голову в надежде спрятаться от назойливых комаров.

— Ты выглядел как лошара всегда, а теперь как лошара с папироской. — опустила с небес на землю его Танька и повернулась ко мне.

— Вот Марк - другое дело... Он заботливый, бабушке помогает. А ещё мне. Помнишь, как в том году ты меня от собаки защитил? — с этими словами девчонка придвинулась ко мне.

— Да ладно. — отмахнулся я. — Делов-то! Она не такая и большая была.

— Я собак жуть боюсь, а она так лаяла на меня, что я растерялась... А ты тогда не испугался её. Я до сих пор тот день вспоминаю...

— А я уже и забыл. — сказал я, рассмеявшись.

Тогда Танька подскочила, чуть не улетев с бревен и, не попрощавшись, пошагала в сторону дома.

— Чего это с ней? — удивился я.

— Да втюрилась в тебя дуреха. — сказала Тоха, закашлявшись в очередной раз.

Я промолчал, понимая, что не хотел задеть чувства Таньки.

— Она же ещё ребенок... — вздохнул я.

— Да забей! Пройдет. Ты мне лучше расскажи какие у вас девчонки были в лагере. Замутил с кем-то или снова у Аськи под каблуком плясал? —- Тоха рассмеялся.

Мне не хотелось рассказывать о своем побеге из лагеря, о Фаине и о том, что я до сих пор вспоминаю её голубые глаза.

Поэтому я просто сказал:

— Ага. Её звали Лиса. Тебе бы понравилась. Напористая.

— Эх... люблю таких. — завистливо вздохнул Тоха. — Везёт же тебе. А я вот ни разу в лагере не был.

До начала учебы оставалась неделя, за мной приехали родители и я собирался домой. Когда все вещи уже были загружены в машину, калитка забора скрипнула и я увидел Таньку. Светлые волосы выбивались из-под панамы. Худенькие ноги с разбитыми коленками и щёки, все искусанные комарами. Она протянула мне руку с пластиковым стаканчиком. Её пальцы были окрашены в розовый цвет. Я взял протянутый мне стаканчик, который до краев был заполнен брусникой.

— Спасибо. — растерянно глядя на девчонку я не знал, как себя вести.

— Ну, до следующего года? — она несмело улыбнулась и щёки её покраснели.

— До следующего года. — кивнул я.

И она, развернувшись, убежала вверх по дороге.

Середина сентября наступила почти незаметно, словно тихо опавший лист с ветки дерева. Я думал, что в городе мы с Вовчиком и Никитосом будем видеться чаще, но у них постоянно не было времени. Вовчик подписался проводить спортивные тренировки для малышни и теперь три раза в неделю на них пропадал, прогуливая музыкалку чаще, чем обычно. Никитос же ссылался на то, что в их гимназии последний год учёбы начался зверски, и теперь он только и делает, что целыми днями учится. Но мне почему-то верилось в это с трудом. Скорее всего у него на примете появилась очередная девчонка, которая не велась на приёмчики Климова, отчего он и бросил туда все силы. Это можно было ещё понять из того, что обычно брат во всех красках рассказывает о своих достижениях, а тут тишина. Поэтому, когда он позвал меня на тусовку у какого-то его одноклассника дома — я сразу согласился.

Ну интересно же посмотреть, кто так изводит Климова, что у него на меня не осталось времени. Приехав по нужному адресу, я позвонил в дверь, из-за которой разносилась громкая музыка. Никто не спешил мне открывать и я потянул ручку на себя. Дверь оказалась незапертой, и я очутился в просторном коридоре квартиры. В прихожей было немалое количество выставленной в хаотичном порядке обуви. Я скинул свои ботинки в общую кучу и двинулся вперёд на поиски брата. Вечеринка была в самом разгаре. Нарядные девчонки танцевали, а парни расселись в ряд на диване, словно жюри на конкурсе. Несколько парней рубились в приставку, не замечая ничего вокруг. Я пожал руку незнакомым парням, стараясь понять, кто же из них хозяин квартиры.

Если б я устроил подобное дома, мама мне голову снесла за такое. Дверь балкона постоянно то открывалась, то закрывалась, и в комнате появлялись всё новые лица. Климова нигде видно не было, и я пристроился у подоконника.

Я набрал брату, но он сбросил вызов. И прислал сообщение: «Скоро буду. Присмотри пока себе кого-нибудь». Что ещё можно было ожидать от Никитоса! Ладно, раз уж пришел, и правда можно попробовать с кем-нибудь познакомиться. Тут в комнату вошла девочка со светлыми волнистыми волосами, собранными в два хвостика. На щеках у неё были блёстки, а в руках рожок с мороженым. При её появлении девчонки перестали танцевать и с визгом бросились обнимать девчонку. Заметив меня, она облизала мороженое и двинулась, как я уже думал ко мне, но она вышла на балкон. А затем, выглянув с него спросила, глядя мне в глаза:

— Ты идёшь?

— Я? — удивленно уставившись на неё — ткнул себя пальцем в грудь.

— Ты глупышка! Или не ожидал, что ты мог мне понравится? — она подмигнула мне, и я нерешительно двинулся к балкону.

Когда я вышел на открытый балкон, то ощутил осеннюю прохладу вечера. Конечно, ещё не было особо холодно, но воздух уже пах по-осеннему.

— Будешь? — спросила меня девушка, протягивая мне мороженое, а я, немного поколебавшись, взял пломбир из её рук и осторожно облизнул сливочный край.

— Ты такой чудной. — рассмеялась она, а я даже немного обиделся.

Почему за три минуты нашего знакомства она меня уже несколько раз назвала не самыми приятными сравнениями? Судя по тому, как встрепенулись все парни при её появлении, она довольно популярна в этой компании.

Видимо она не любила долгих знакомств, потому что приблизилась ко мне и заглянула в мои глаза.

— У тебя глаза такие красивые. — весёлым голосом произнесла она, а я уже не понимал — издевается она или говорит серьезно.

Я хотел заглянуть в её глаза в ответ, но знакомый силуэт внизу на улице привлёк мое внимание. При свете уличных фонарей Никита шёл спиной вперед. Немного позади него была девушка. Её силуэт мне показался знакомым, и я присмотрелся получше.

— Не может быть… — прошептал я.

— Да ладно тебе. Ты симпатичный, вот и обратила на тебя внимание. — приняв на свой счёт, девчонка снова звонко рассмеялась.

Там внизу вместе с братом шла подруга Фаины! Сомнений быть не могло. Это точно Марина! Но откуда она здесь?

— Эй! Чудик! У тебя мороженое течёт. — сказала девчонка с хвостиками и только тут я заметил, что растаявшие белые капли стекали вниз по моим пальцам на пол.

Знаю, что глава вышла слишком длинной. Но, простите автора... Мне очень не хотелось заканчивать книгу 40-ковой главой. И да, следующая глава - последняя)

Глава 39

POV Фая

Вернувшись домой, я поначалу грустила и даже пыталась не выходить из дома, но бабушка так громко смотрела телевизор, что хочешь - не хочешь, а на улицу всё-таки выберешься.

В один такой вечер мы с Маринкой сидели на скамейке у моего подъезда, ведь сегодня очередная развязка в сюжете турецкого сериала бабули, а я эти мелодрамы не то что видеть — слышать уже не могу. Нет! Ну где они в жизни видели, чтоб люди так общались: