Поддержим Марка в комментариях))

Глава 28

POV Фая

— Не знаете, где Марина? — подошёл к нам высокий Гоша, когда мы с девочками заканчивали обед.

Я с Анькой и Улей переглянулись.

— Ты же только что сам с ней и ушёл… — пролепетала Аня, а Уля в недоумении посмотрела на него.

И ведь это действительно так. Минуту назад Гоша уже подходил к нам и они с Маринкой ушли. Как говорилось в мультфильме «Простоквашино»: «С ума поодиночке сходят. Это только гриппом все вместе болеют», но кажется бывают исключения. Иначе, как объяснить то, что перед нашими глазами стоял именно этот самый Гоша.

— Кажется мы попали не в «Ласточкино гнездо», а в Хогвартсе. — прошептала Уля, широко распахнув глаза.

— А… Так вы, наверное, меня с братом перепутали. — улыбнулся парень и поспешил в сторону выхода из столовой.

Когда Маринка вернулась со свидания, мы с девчонками тут же набросились на неё с расспросами. Всё оказалось гораздо проще, чем мы себе нафантазировали. Никаким Хогвартсом здесь и не пахло! Просто Гриша и Гоша — близнецы.

— Гоша такой романтик, — мечтательно говорила Маринка, пока мы с девчонками переваривали услышанное. — Зато Гриша умеет меня рассмешить. Девочки, ну кого мне выбрать? Они оба мне нравятся.

Мы с девочками рассмеялись.

— Мне б твои проблемы… — проворчала Уля, которую мама заставляла повторять английский каждый день, чтоб не упал уровень её знаний. Судя по всему они готовили её в переводчики, не меньше.

— Ладно тебе, Улечка. Просто они оба классные! И не пойму кому отдать сердечко... — Маринка кокетливо поправила светлые волосы.

— Да? А мне показалось, что все твои мысли не о Грише или Гоше... — Уля теперь смотрела на подругу, слегка приподняв одну бровь.

— Не понимаю, о чём ты. — Маринка, схватив зеркальце, сделала вид, что поправляет макияж.

— Ой, а я думала, что мне показалось! Значит всё-таки нет. И кто он? Мариночка, ну расскажи! — Аня забралась с ногами на кровать к Соболевой и приобняла её.

Все мы, в ожидании сенсации уставились на Маринку.

— Да вы всё не так поняли! Нравится мне — Гоша! То есть — Гриша! На этом всё!

— Ладно, Марин, ну мы же никому не расскажем. Я ведь тоже видела, как ты переписываешься с кем-то ночи на пролет.

— Вы же всё равно не отстанете?

Мы уверенно закачали одновременно головой, подтверждая её догадки.

— В общем… Я написала Никите… Ну Климову.

Наши рты раскрылись от удивления.

— Ко-о-му?! — одновременно выкрикнули Аня с Улей.

— Ты же говорила держаться от него подальше! — возмутилась я. — А сама переписываешься?! Соболева, ты адекватная вообще?! Тогда почему мне нельзя общаться с его братом?! — кажется я раздувалась, как воздушный шар от распирающих меня эмоций.

— Девочки, ну честно! Это не то, что вы думаете! Я его троллю! Ну пишу всякие гадости… Как стыдно то. — Маринка закрыла лицо руками. — Он мне не нравится! Он же имбецил!

— Значит. — Ульяна медленно проговаривала, будто бы стараясь упорядочить информацию в своей голове. — Ты… пишешь гадости… самому обсуждаемому парню лагеря… Просто потому, что он тебе не нравится?! Ну да! Звучит логично, да девочки?

— Ой! Ну когда ты так говоришь, то всё выглядит ещё более глупо! И кстати! Он уже не самый обсуждаемый парень лагеря… Маркуша занял его место. — в подтверждение своих слов она открыла чат, в котором за последнее время действительно было слишком много фотографий Сладкова, из-за чего историю про Маринку и её пятна все забыли от слова «совсем». А вот мне это не нравилось. Не знаю почему, но у меня не получалось игнорировать фотографии с бессовестными карими глазами.

— Ну знаешь, Мариночка, как говорят: «От ненависти, до любви — один шаг». — скептически глядя на подругу, сказала Уля.

— Там не так говорится! — скривила гримасу Маринка. — Да девочки! Он правда мне не нравится! Ну почему вы мне не верите?! Вот! Смотрите что я ему пишу!

С этими словами Маринка протянула Уле телефон с перепиской. И мы все столпились вокруг, чтобы убедиться в своей правоте.

В большинстве своём там были сообщения, где Маринка называла Климова не самыми приятными словами. Тот в свою очередь, кажется, не обижался на неё, а даже воспринимал всё как веселую игру.

Вечером мы с Мариной сидели и проверяли друг друга на точность выученных стихов. Тех самых, которые собирались зачитывать на конкурсе «Королевы ласточек». Аня постоянно говорила, что у нас ничего не получится, и что «вредные девчонки» нас раскусят ещё до того, как мы поднимемся на сцену. А Уля вообще была загружена учёбой и даже не пыталась репетировать вместе с нами.

— Ой, девочки, я так волнуюсь. — сказала Маринка. — Меня же попросили быть ведущей на «Любовь-Морковь»! А я ещё ни разу не вела мероприятие. Так страшно!

— А почему не «Королеву Всея Руси» Асю «Самооценка Зашкаливает» Вешнякову? Интересно, с какой целью она будет в зрительном зале? — задумалась Уля.

— Марина! У тебя получится! Ты же лучше всех! — решила подбодрить я подругу.

— Спасибо, девочки, что вы у меня есть!

— Ой, всё! Сейчас слезу пущу! Завязывай! — поверх очков Уля посмотрела на Соболеву, явно подтрунивая над ней.

Я повторяла письмо Татьяны к Онегину, а Маринка выбрала стихи Ф. Тютчева: «Она сидела на полу».

— Как там дальше Фая? Я снова сбилась?

— «О, сколько жизни было тут,

Невозвратимо пережитой!»

— «О, сколько радостных минут

Любви и радости забитой!».

— Сама ты «забитой»! «Убитой»! Ну одно и то же! Может другой выучишь? Ты его и на уроке литературы плохо прочитала… Помнишь, как учительница смеялась, когда ты вместо: «Она сидела на полу», прочла: «Она сидела на столу»?

— Это потому, что ты плохо подсказывала!

— Нет, Марин. Это потому, что у тебя бананы в ушах…

Тут в дверь постучались и на пороге появилась девочка, которую я, кажется, где-то уже видела.

— Девочки, привет. А я с гостинцем. Наверное, по сладенькому соскучились? Вот ко мне папа приезжал. Кексики, рулетики, а ещё батончики шоколадные привез. — и с этими словами она протянула нам пакетик с содержимым, которое я тут же захотела ухватить.

— Лена, с чего бы такая щедрость? -Вы же с нами враждуете? — остановила меня Маринка, когда моя рука уже была на полпути к сладостям.

Точно! Это же одна из подружен Аси! Самая неприметная. Вечно молчит и бредёт позади всех. И с чего это они и вправду решили с нами поделиться? Я посмотрела на Аню, которая, кажется, тоже с трудом сдерживалась, чтоб не наброситься на угощенье.

— Да вы что! Мы же с вами столько лет знакомы!

— Вот именно! И ни разу за это время вы нас ничем не угощали… Ещё и книгу Улькину спёрли в том году! А тут вдруг — такая щедрость! — Маринка подозрительно прищурилась на бледную Лену.

— Книгу мы не брали! Да я просто так! От души, можно сказать. Ведь мы, считай, коллеги.

— Чего? Какие коллеги? О чем ты вообще?! — тут Маринка не выдержала и спрыгнула с кровати.

— А-а! — Уля встала и подошла в Лене, которая сделала шаг назад, но улыбаться не перестала. — Я догадалась! Они отравлены? Вы в них слабительно подсыпали? Или ещё что-то? Может они с мёдом?! Чтобы нашу Мариночку снова в ваших чатах обсуждали?!

— Чат не наш! Ну вы, конечно, больные! Правильно Ася говорит, что вам до королев как до Китая! — и поняв, что сболтнула лишнего, она бросила пакет на пустую кровать и выбежала из комнаты.

Мы с девочками переглянулись.

— Кажется, теперь придется бороться в открытую. Они всё знают… — выдала свой вердикт Маринка и мы с ней согласились.

Ночью я проснулась от странного звука. Спросонья, мне почудилось что под кроватью сидит мышь и что-то грызет.

— Ой, мамочки. — пропищала я, укрываясь одеялом с головой.

— Прости что разбудила. — послышался голос Ани, и я тут же вынырнула из-под своего укрытия.