Нет, не только я — мы все здесь стали другими.

Спасибо тебе «Ласточкино гнездо» и прощай!

Эх... Лето... Ну что ж ты такое короткое...

Глава 38

POV Марк

Месяц на даче тянулся словно три, а с повреждённой рукой и за все четыре. Мы с ба каждый день трудились в огороде — то снимали колорадских жуков с картошки, то пололи грядки. Возились с удобрением, от которого у меня был знатный рвотный рефлекс, в отличие от бабули, которая, казалось, вообще не ощущает этих испарений. Вторая часть лета выдалась по-Питерски холодной. Небо часто было затянуто дождевыми облаками, и порой дожди заряжали по несколько дней. Что, конечно, не шло на пользу урожаю, с которым мы столько возились — плодов было мало — кривых и недоспелых. В общем печальное зрелище. Ягоды в этом году тоже выдались особенно кислыми, будто им не хватило солнышка, чтоб напитаться сладостью. Я их понимал как никто другой. Мне тоже не хватало света, подпитывающего меня вкусом к каждому дню. Такому, чтоб ночью было не уснуть из-за переполняющих чувств, а утром хотелось первым делом схватить мобильник и строчить сообщение: «Доброе утро, Солнышко».

Конечно в деревне были девчонки несколько городских, которые провели все каникулы, не поднимая лиц от телефонов, и несколько местных с которыми лучше было не связываться. Вот как раз из-за одной местной я и повредил свою руку, при чём, к сожалению, левую. С учетом того, что я левша это было мучительно неудобно.

В соседней деревне по выходным устраивали дискотеки, и мой друг Тоха, который как раз был из местных, конечно же постоянно меня туда зазывал. Я сомневался, что дискотека в здании, напоминающем большой сарай, может быть хорошей идеей, но Тоха уверял, что здесь «лучшие дискачи на ближайшую сотню километров». В деревянном сооружении стояла старенькая аппаратура, да и песни тоже включали из репертуара девяностых и двухтысячных. Здесь была вся округа, от мелкоты до взрослых парней, явно работающих в ближайшей округе трактористами или на грейдере. Зачем я туда в итоге пошёл? Кто знает, наверное думал, что этот день возможно что-то изменит в моей жизни, правда не таким образом, как всё в итоге обернулось.

Тоха отошел на пять минут и не возвращался уже четверть часа, потому что потерял в толпе сестру Таньку, которая вечно за нами увязывалась, а ему приходилось следить, чтобы никто к ней не приставал. Объявили медляк, и я понадеялся услышать что-то приличное, как в лагере у Дэнчика, но из колонок разнеслось хриплое звучание: «В этот серый скучный вечер я тебя случайно встретил. Я позвал тебя с собою и назвал своей судьбою.»

Парочки появлялись в центре танцплощадки, словно грибы после дождя. Я увидел, как на меня смотрит девчонка с хвостиком на бок. Поймав мой взгляд, она мне улыбнулась. Я, не будь дураком, улыбнулся ей в ответ и уже хотел отвести взгляд, как она направилась в мою сторону.

Да где же носит этого пройдоху Тоху?! Оглядевшись и не увидев его по близости, я решил, что терять мне нечего ( о, как я заблуждался!), и тоже сделал шаг на встречу девчонки с хвостиком. Худенькие открытые плечи, длинные ноги и открытый живот. Темный топ, странная короткая юбка и огромный тяжёлый браслет на запястье — вот всё, что нужно знать о ней. И разве что симпатичные черты личика. На вид мы были ровесниками, поэтому я протянул ей ладонь, и она молча приняла моё приглашение, взмахнув тяжелыми ресницами. Мы начали медленно танцевать.

— Это мой любимый момент. — сказала девчонка, когда начался припев: «Сегодня в белом танце кружимся. Наверно мы с тобой подружимся. И ночью мы вдвоем останемся. А утром навсегда расстанемся».

Я кивнул, будто бы этот момент и мой любимый, хотя вовсе не испытывал каких-либо чувств к этой песне.

— Я — Юля. — притянув меня за шею, на ухо сказала она.

— Марк. — ответил я, всё ещё не понимая, что я здесь надеялся найти. Может быть «Дачную девушку»? Ася бы одобрила такой вариант. А что?! «Лагерная девушка», «Дачная девушка», «Городская девушка» — отличный набор получается! Никитос бы мной гордился.

— Не видела тебя здесь раньше. Ты не отсюда? — прощебетала девчонка, погладив меня по плечу, отчего браслеты на её руках забренчали.

— Нет. Я из города. — подтвердил её догадки я, пытаясь понять приятны ли мне её прикосновения.

— Городской значит... Заберешь меня с собой? — неожиданно спросила Юля, придвинувшись очень близко к моему лицу - я даже опешил от такого напора.

— Эм... Я с родителями вообще-то живу. — сказал я, чувствуя себя уже не очень уютно в её обществе. Нет, она, конечно, симпатичная и всё такое, но к такому повороту событий я не был готов.

— Жаль... я думала ты старше. А родители точно против будут? Я вообще-то хозяйственная. Если надо, могу рано вставать по дому помогать. — принялась перечислять свои достоинства Юля.

Я просто не знал, что на это ответить. Представляю лицо мамы, когда я приеду в город с девчонкой из деревни. Я крикну с порога родительского дома:

— Привет, мам, это Юля, теперь она будет жить с нами!

Вещи, чемодан, вокзал — деревня. Занавес.

— У меня строгие родители. — соврал я. — Не поймут.

— Жаль. — снова повторила она.

А я уже думал — поскорей бы закончился танец, чтоб я мог тихонечко двинуть к выходу, пока у нас дома не появился ещё один жилец.

И тут меня кто-то толкнул в плечо. Я обернулся, и в это же мгновенье чей-то кулак прилетел мне в лицо. От неожиданности я не удержал равновесие и повалился на деревянный пол. На меня тут же навалился короткостриженый парень и начал лупасить руками по лицу. Я несколько раз не успел увернуться и боль прорезала скулу.

Послышался женский крик и я увидел, как на спину парню прыгнула Юля. Она колотила его по плечам и что-то верещала. Парень отвлекся и я, не медля ни секунды, скинул его с себя и поднялся на ноги, ощущая как горит лицо.

— Ты что, коза?! Меня на этого упыря променять решила?! — кричал парень на девушку с хвостиком.

— Васёк, ну что ты ко мне пристал?! С кем хочу с тем и танцую! Он вообще может меня в город с собой позвал! — кричала на пацана девчонка.

От возмущения у меня перехватило дух.

— Что? — только и успел спросить я, как парень снова набросился на меня.

— Да я тебя! — крикнул он, наваливаясь на меня, но в этот раз я устоял.

Он казался ниже меня и не таким крепким, но куда нужно ударять, видимо точно знал, потому что от нескольких ударов я согнулся пополам, пытаясь вдохнуть воздух ртом. Сзади кто-то подбежал и с силой заломил мне руки.

— Держи его пацаны! Он Юльку мою увезти собрался! — и парень, словно разъярённый бык, снова бросился на меня. — Щас я покажу этому городскому, где раки зимуют!

Не так я представлял их зимовку. Ох не так!

А ведь я даже не успел объяснить, что никого увозить с собой не собираюсь и вообще мне бы домой — к бабуле. Мог бы сейчас преспокойно есть бабушкины пирожки с грибами, запивая сладким кефиром и смотреть на то, как, потрескивая, тлеет в печи полено.

Толпа обратила на нас внимание. Кто-то отбегал, испуганно оглядываясь, остальные же продолжали танцевать, как ни в чём небывало.

Я постарался вырваться, но руку заломили ещё сильнее, и плечо пронзила резкая боль. В поисках поддержки я искал глазами Тоху, которого, как назло, нигде не было видно, но в толпе мелькнула его сестра. Не знаю, чем бы всё дело закончилось, если бы не раздался пронзительный свист.

— Васёк! Дружинники! Валим! — крикнул один из парней у меня над ухом и, толкнув меня вперёд, прямо на мужчину со свистком, парни быстро понеслись к выходу.

— Вот голубчик и попался! Мирных граждан беспокоишь почём зря. — теперь уже двое мужчин схватили меня и потащили к выходу.

— Так это не я! Это они! Держите их! — выкрикнул я, но мужчины держали меня под руки.

— Ничего. Ничего. Ты нам сейчас всё расскажешь, а завтра с утречка в участок повезем. — сказал один из них, и у меня сердце ушло в пятки.