— Да, мастер Алекс?

— А ты, случайно, не выяснил, как эту хреновину с меня снять? Или… — внутренне обмер я, — это в инструкции по эксплуатации не предусмотрено?

— С чего вы взяли, сэр? — удивился Искин. — Да, алгоритм деактивации периферийного устройства в полном моём распоряжении. И я могу в любой момент его активировать. Если, разумеется, вы прикажете, мастер Алекс.

— Считай, что приказал!

— Но… — растерялся Санёк, — зачем?..

— Проверить хочу! Убедиться! — рявкнул я. — Только давай не весь, а… скажем, с правой ладони убери.

— Процесс активирован, мастер Алекс…

Ха! А ведь реально! Стоило лишь мне того пожелать, и «паутинки» на правой грабле начали весьма стремительно съеживаться и укорачиваться — от кончиков пальцев через фаланги и дальше к ладони. Прямо как реальная татуировка под лазером! И ощущения… специфические. Мне татушки сводить как-то не доводилось, впрочем, как и набивать, но я сильно подозреваю, что эти два процесса очень схожи по природе своей.

— Ладно, хорош! — велел я, как только «паутинки» с пальцев втянулись в чуть более толстые «нити» на тыльной стороне ладони. — Возвращай обратно.

— Процесс завершён, сэр… обратно?

— Ну да! Как было!

— Как скажете, сударь. Процесс активирован…

— Ну и это, следующую дозу тоже давай!

Как говорит в таких случаях папка, кто не рискует, тот не пьёт шампанского. Хотя, как по мне, оно та ещё гадость! И навязанный бретонцами стереотип.

— Слушай, Сань… а ведь в этот раз вообще тяжко пошло?.. — озадачился я вслух после очередного искиновского «процесс завершён». — Сколько там?

— Сто двадцать процентов ровно, сэр, — немного, как мне показалось, растерянно доложил мой электронный помощник. — Хотя, по моим прикидкам, должно быть чуть больше, не хватает порядка семнадцати-девятнадцати сотых процента.

— А… почему?.. — продолжил я допытываться, силясь понять, нормально мне, или всё-таки… хреновато?

Странное ощущение, доложу я вам. Щекотка вкупе с холодком по спине, и «отлёжанный» зуд во всём теле. Реально во всём, в буквальном смысле слова. И, что характерно, затихать даже и не собирается…

— Я, кажется, понял, в чём дело, сударь, — обрадовал меня Искин. — Это встроенный механизм ограничения, своеобразный «предохранительный клапан». Он и «слил» излишек миотеина.

— А «ячейки»?

— «Ячейки» интегрировались штатно, сэр. С соответствующим влиянием на структуру миотеиновых волокон у вас на голове, мастер Алекс.

— Ещё больше «контактов» отрастили, что ли?

— Ответ положительный, сэр. А вы разве… не чувствуете?

— Представь себе, нет! — огрызнулся я. — У меня сейчас по всей тушке ощущения совершенно одинаковые. Как будто сенсорика забилась. Ну, знаешь, как с мышцами бывает, когда перегрузишь? А у меня сейчас так с осязанием.

— А остальные чувства работают штатно?

— Более-менее, — поморщился я.

— Любопытно! — оживился Санёк. — Можете описать подробнее? В чём заключается отклонение от нормы?

— В ушах гул, — принялся перечислять я, — да в глазах мельтешит. Не пятна цветовые, как когда жмуришься, а, такое ощущение, с гаммой проблемы — никак не настроится. То темнее, то светлее, то вообще ничего не видать… а вот с нюхом полный порядок!

— Интересно… а можете, э-э-э, присмотреться, сэр?

— К чему? — хмыкнул я. — Картинка нормальная, вот это вот всё, что вокруг! Только, говорю же, гамма скачет… упс…

— Получилось?

— Типа того… а сам не видишь, что ли?

— А должен, сэр?

— Ну, не знаю… так-то твоё периферийное устройство, в смысле, «Экзот»! По ходу, сам мышей не ловишь, а, Сань?

— Присмотритесь повнимательней, мастер Алекс, и постарайтесь сфокусироваться на том, что видите. Кстати, где именно видите? В «дополненной реальности», или в собственном воображении?

— Да хрен тут разберёшь! — раздражённо буркнул я, но просьбу Искина выполнил.

Ну, насколько это в принципе было возможно. Впрочем, оказалось, что вполне достаточно, потому что Санёк уже через пару мгновений объявил:

— Всё, поймал сигнал! Спасибо, сэр.

— Ну и что это?

— «Экзот» транслирует визуальные образы прямиком вам в глазные нервы, мастер Алекс. Но я этот канал локализовал, и теперь могу интегрировать изображение в привычную «дополненную реальность».

— Ну и фигли ты ждёшь⁈ — возмутился я.

Честно говоря, напряжно этак вот глаза ломать. Да и толку почти никакого, потому что всё, чего я смог добиться самостоятельно — это «оконтурить» передаваемую картинку. А также понять, что это, скорее всего, строчки текста.

— Разрешите приступать, сэр?

— Бегом!

— Процесс активирован… процесс завершён. Ну, что скажете, сударь, лучше?

— А это с какой стороны посмотреть, — скрипнул я зубами.

Не от злости, нет. Скорее, с досады. Потому что насчёт текста я как в воду глядел — это всего лишь строка состояния периферийного устройства, сиречь «Экзота». Но вот её содержание…

— «Внимание, критическая разбалансировка системы!» — прочёл Санёк вслух доклад миоскелета. — Хм… похоже, я понял, в чём дело, сэр.

— Ну и в чем же? И ты это уже говорил, кстати.

— Рассинхрон, мастер Алекс.

— Да ладно! Типа, «Экзот» функционирует в каком-то ином временно́м потоке⁈

— Нет, конечно, сэр. Дело всего лишь в рассогласовании скорости подачи миотеина и возможности системы к его, э-э-э, усвоению. Помните, вы мне сами сказали: наесться впрок не стоит и стараться?

— Типа, костюмчик… «обожрался»⁈ — прифигел я.

— Грубо приблизительно, сэр. Теперь ему необходимо какое-то время, чтобы перераспределить ресурсы, и снова сбалансировать систему.

— А сколько, не пишет?

— Сейчас, попробую внутренние логи поднять… процесс активирован… процесс завершён! — доложил Санёк. — Так… прямого указания нигде нет, но, думаю, суток будет более чем достаточно.

— А потом можно будет ещё разок? Ну, «пожрать»?

— Вошли во «вкус», сэр? — подпустил шпильку Искин.

Вот ведь зар-раза! Зато втирал: не понимаю я вашего юмора! А сам⁈ Впрочем, пофиг.

— От меня что-то ещё требуется, или мне нужно его просто… носить? — уточнил я на всякий случай.

— Думаю, вам всё же следует немного потренироваться, мастер Алекс. Восстановленные логические связи открыли доступ к консоли управления периферийного устройства. Возможно, там обнаружится что-то интересное.

— Дополнительные настройки? — воодушевился я. — Чит-коды?

— Скорее, последнее, — подтвердил Санёк. — Мы можем поэкспериментировать с чувствительностью сенсоров, и тогда я точнее подстроюсь под интерфейс «Экзота».

— Так-то не вопрос… — задумался я вслух. — Хуже явно не будет… а в целом мы как?

— Полагаю, даже без принудительного задействования миоскелета, так сказать, в фоновом режиме, вы получили двадцатипроцентную прибавку к собственным скоростным и силовым показателям, сэр.

— Фига се! — присвистнул я. — То есть, типа, поднатужусь, и готово?

— Ответ положительный, сэр.

— А мышцы-то выдержат? — спохватился я. — Сухожилия? Костяк, в конце концов?

— Кратковременные перегрузки — вполне, сударь. Но всё же неплохо бы разжиться дополнительной информацией.

— Предлагаешь выждать сутки, и «пожрать» ещё разок? — легко раскусил я не самый мудрёный план Искина.

— А что мы теряем, сэр? Всего лишь сутки времени. Зато мы сможем лучше подготовиться к действиям в автономном режиме.

— Ну, так-то и начальство не особо подгоняло, — припомнил я. — Логично.

— Но?.. — правильно понял меня Санёк.

— Стрёмно. И сцыкотно. Смотри, как «нитки» поменялись! — повертел я для пущей наглядности правой ладонью у себя перед глазами. — Раньше тонюсенькие были, и почти незаметные. А теперь, вон, конкретная такая «татуха»! На роже-то хоть нет?

— Ответ отрицательный, сэр. Данное ограничение прописано в алгоритмах «Экзота» программно.

— И на том спасибо! — с изрядным облегчением выдохнул я. — Чёрт, как же зудит-то всё!