— Скажи мне, Санни. Как я могу это исправить, если я не знаю, что не так?

Я смягчаюсь по отношению к моему большому мускулистому бывшему армейскому рейнджеру. Он всегда в режиме защитника, и я не могу сказать, что мне это не нравится.

— Я просто… — я делаю глубокий вдох, пытаясь собраться с мыслями. — Я боюсь, что все это сон, — признаюсь я. Это не совсем мой самый глубокий страх, но он достаточно близок, не выдавая слишком многого. — Я так давно хотела тебя…

— Санни, — бормочет Рул, целуя меня в висок. — Я знаю, что причинил тебе боль. Я был глуп. Эгоистичен. Я был сбит с толку, но я не должен был игнорировать тебя. Я должен был быть рядом с тобой, даже если это было больно.

Мое сердце подпрыгивает от его слов, мой кролик прыгает и крутится внутри меня, а его голубые глаза притягивают меня.

— Теперь ты здесь. Это все, что имеет значение.

Рул кивает, затем проводит губами по моему лбу, щекам и носу.

— Я знаю, что потребуется время, чтобы завоевать твое доверие ко мне, но я буду стараться. Ты моя пара, Санни. Позволь мне показать тебе, что это значит. Позволь мне показать, какой хорошей парой и партнером я могу быть.

Этот момент так дорог, так реален, что я еле сдерживаю слезы. С трудом сглотнув, я киваю, затем слегка ухмыляюсь.

— Ну тогда, конечно, вперед. Пара.

Рул

Я РЫЧУ и поднимаю Санни на руки и отношу в свою спальню, где у меня уже горит огонь в камине. Я все еще в бреду от того факта, что она здесь. Санни здесь, в моих объятиях, ждет, когда я заявлю на нее свои права.

Я ставлю свою пару на ноги и начинаю расстегивать пуговицы на платье, целуя каждый дюйм только что обнаженной кожи. Мои губы не отрываются от ее сочного тела, пока я стягиваю с нее одежду. Я снимаю с нее трусики, целуя гладкие ноги, когда снова встаю.

Мое прекрасное солнышко стоит передо мной в просто черном кружевном лифчике. Я наклоняюсь и дергаю зубами одну из чашечек, опуская ее вниз, чтобы пососать ее затвердевший сосок.

— Ой! — удивленно выдыхает она, заставляя меня стонать в ее мягкую плоть и кусать ровно настолько, чтобы оставить небольшой след. Моему волку это нравится, нравится знать, что она наша. Черт, я едва могу оторвать рот от ее кожи, чтобы снять с нее лифчик. Я хочу, чтобы мои отметки были повсюду.

Когда моя драгоценная, греховно сексуальная пара полностью обнажена, я отступаю назад и любуюсь ее великолепным телом. Я не могу поверить, что это прекрасное создание предлагает мне себя, отдавая мне свое тело, свою девственность и, надеюсь, свое сердце. Я знаю, что напортачил, держась подальше, но, может быть, если я сведу ее с ума от удовольствия, она захочет остаться.

Аккуратно уложив ее на кровать, я не тороплюсь, чтобы полюбоваться мягким отблеском огня на ее бледной коже.

— Боже, ты потрясающая, Санни. Так чертовски красива, пара, — мой волк ходит туда-сюда, соглашаясь с тем, что она богиня, и убеждая меня что-то с этим сделать.

Я заправляю ей волосы за ухо и провожу пальцами по подбородку, вниз по шее, между грудей и вниз по туловищу, обводя пупок. Она хихикает, ее маленький животик трясется от смеха, когда она извивается.

Я рычу и рву на себе одежду, внезапно нуждаясь в ее коже на моей, ее вкусе во рту, ее киске, обернутой вокруг моего члена. Я делаю глубокий вдох, пытаясь немного успокоиться.

Проползая по ее гибкому телу, я целую груди, ямку на шее, подбородок и, наконец, губы. Она обвивает меня ногами и покачивает бедрами вверх-вниз.

— Помедленнее, солнышко. Мне нужно убедиться, что ты готова ко мне, — бормочу я. Мои слова говорят одно, но тело не получает сообщения. Я двигаю бедрами в такт с ней, устраивая свой ноющий член вдоль ее щели и постукивая по клитору с каждым толчком.

— Я готова, — стонет она, откидывая голову назад. — Брачная луна… Боже, я чувствую себя такой пустой. Пожалуйста, Рул, пожалуйста…

Мне удается схватить ее за бедра и оторвать от себя ее ноги, чтобы я мог скользнуть вниз по ее телу и расположиться перед мокрой киской.

— Черт, ты готова. Такая чертовски мокрая для меня.

Санни отчаянно кивает, невольно двигая бедрами. Я облизываю ее снизу-вверх, посасывая набухший комочек нервов. Она уже трясется и тяжело дышит из-за меня, и я могу сказать, что она на грани. Я протягиваю руку и щипаю ее сосок, мягко прикусывая клитор.

Она извергается на меня, отдавая все свое освобождение, пока я жадно слизываю каждую каплю. Санни хватает меня за волосы и тянет вверх, темный взгляд ее глаз дает мне понять, что ей нужно больше. Я ползу обратно вверх по ее телу, оставляя небрежные поцелуи открытым ртом на бедрах, животе, груди. Она извивается подо мной, а затем стонет, когда я глубоко целую ее. Мой волк одобрительно рычит, мои зубы вытягиваются прежде, чем я успеваю остановить их.

— Собираюсь отметить тебя с твоим сладким вкусом во рту, солнышко. Это то, что ты хочешь?

— Боже, да, Рул, перестань меня дразнить. Ты мне нужен, — хнычет она.

Я посасываю ее шею, смачивая место, где будет мой след. Протянув руку между нами, я ввожу два пальца в ее маленькую узкую дырочку, растягивая ее для себя. Я легко нахожу ее точку G, она стонет, пульсируя вокруг меня и кричит. Я глажу чувствительный участок кожи снова и снова, пока ее ноги не начинают трястись, и она едва может дышать. Прямо перед тем, как она кончит, я убираю пальцы и одним длинным толчком погружаюсь в нее на десять дюймов.

Мои зубы разрывают нежную кожу на ее шее, вонзаясь в ее плоть и отмечая ее как мою. Я посасываю ее шею, слизывая кровь и запечатывая след поцелуем.

— Рул! — кричит она, кончая мгновенно. Я держусь неподвижно, чувствуя, как ее оргазм пульсирует вокруг моего члена. Она цепляется за меня и скулит, прерывисто дыша, пока ее мышцы наконец не расслабляются.

— Ты в порядке, пара? — бормочу я, упираясь своим лбом в ее. Я хочу вдолбить ее в матрас, но лучше умру, чем причиню Санни еще больше боли, чем уже причинил.

— Так хорошо, — выдыхает она, все еще покачивая бедрами. — Мне нужно больше, пара. Мне нужно все это.

Я отступаю, а затем погружаюсь глубже. Она стонет, ее глаза закрываются, когда я двигаюсь в ней, втирая свой член в ее сладкую киску и чувствуя каждый дюйм ее спелых, влажных небес. Как только я чувствую, как ее внутренние стенки пульсируют и просят еще, мой контроль полностью теряется.

Мои бедра ударяются о ее бедра, и я стону, когда вижу ее идеальные круглые сиськи, подпрыгивающие в такт моим толчкам. Влажные шлепки наших тел наполняют комнату вместе с прекрасным звуком моего имени на ее губах. Она проводит ногтями по моим рукам и запрокидывает голову, полностью отдаваясь наслаждению.

Я опускаю голову и прижимаюсь щекой к ее щеке, снова и снова ударяя по этому месту, наслаждаясь звуком ее хриплых стонов возле моего уха.

— Я… я…

— Я знаю, солнышко, я чувствую тебя. Кончи для меня. Намочи весь член своей пары.

Все ее тело выгибается и напрягается, расширяясь, прежде чем она сжимается в клубок и кричит мне в шею, кусая, пока ее оргазм опустошает ее соблазнительное маленькое тело. Зная, что мы отметили друг друга, что мы связаны на все времена… Бля, я стискиваю зубы, когда сперма поднимается вверх по моему члену, наблюдая, как ее голова откидывается назад и стон за стоном льется с ее опухших губ. Я проникаю в нее, чувствуя, как она испускает еще одну волну влаги по всему моему члену.

Я сцепляю руки и смотрю вниз, где мы связаны. Я чувствую, что мы уже не отдельные люди, а одно целое. Эта мысль выбивает меня из колеи, заставляя впасть в интенсивный оргазм, от которого у меня перехватывает дыхание и силы.

Мои руки подгибаются, и я падаю на нее сверху. Я переворачиваюсь и тащу ее за собой, не разрывая нашей связи, когда она оседлала меня. Санни всхлипывает с каждым выдохом, ее киска все еще дрожит вокруг меня с небольшими спазмами.