— Я не могу в это поверить! Я думала написать и узнать, где вы в Колорадо.

— Я — Клара, сестра Рула, — начинает моя лучшая подруга, и я улыбаюсь.

— Точно, извини. Клара, это Магнолия и Хейвен. Хейвен была моей соседкой по комнате в Южной Каролине, а Магнолия жила по соседству с нами, — говорю я ей. — Клара была моей лучшей подругой с самого рождения.

— Это Хани, пара Клиффа, — говорит Хейвен, и я улыбаюсь женщине, которую еще не видела.

— Приятно познакомиться, — говорю я, слегка машу ей рукой и чуть не шлепаю Клару по лицу.

— Жаль, что при таких обстоятельствах, — говорит Хани с улыбкой, и она мне сразу нравится.

— Вы что-нибудь видели, когда были там? — спрашивает Клара. Я задерживаю дыхание, пытаясь понять, насколько все плохо.

Моя крольчиха царапается внутри меня. Все это беспокойство мешает нам обеим. Мое сердце бешено бьется, что говорит о многом для кролика-перевертыша. Мои руки влажные, и мне приходится сосредоточиться на глубоких вдохах.

— Они выстраивались в линию, когда мы шли через поле, но это было все, что я видела. Берк пытался оградить меня от большей части этого, — говорит Хейвен. Остальные девушки кивают.

— Может быть, они смогут обсудить это с ними? — Хани предполагает. Моя надежда растет.

Она права. Рул и остальные могли бы просто поговорить об этом и прийти к какому-то пониманию. Это не обязательно должна быть война.

Хейвен мрачно качает головой, и у меня сжимается желудок.

— Я слышала, как Берк звонил своему брату Арчеру. Он везет Романа и Страйкера и, судя по всему, их стаи.

Магнолия кивает.

— Я слышала, как Уэллс разговаривал с альфами какой-то северной стаи. Он рассказывал им, что происходит, и они тоже направляются сюда. Они в Монтане, так что могут прибыть не скоро, но они на нашей стороне.

Интересно, хороший это знак или нет? Конечно, у нас есть подкрепление, но перевертышам, прибывающим из Монтаны, потребуется не менее часа, чтобы добраться до нас, даже если они будут двигаться на максимальной скорости. К тому же, если они действительно думают, что им нужно больше переветышей, это означает, что угроза еще хуже, чем я думала.

Мы все молчим какое-то время, позволяя этому усвоиться.

— Как вы с Рулом наконец сошлись? — спрашивает Хейвен. Я благодарна за отвлечение.

Клара смотрит на меня с ухмылкой.

— Да, я тоже хотела бы это знать, — говорит она.

— Он зарегистрировался в агентстве знакомств «Любовные укусы». Они нашли меня и сказали, что он моя пара. Потом я поехала в Колорадо, чтобы быть с ним.

Я внимательно наблюдаю за Кларой, когда говорю, задаваясь вопросом, действительно ли она в порядке, оттого что мы с Рулом вместе. Она все время улыбается, но я знаю ее лучше, чем кто-либо другой, и вижу намек на грусть в ее глазах.

— Прости, что не сказала тебе раньше, — шепчу я ей. Она отмахивается от меня.

— О, пожалуйста. Я знаю, что вы с Рулом любили друг друга с детства. Я только хотела бы, чтобы вы были честны в своих чувствах раньше. И теперь я немного завидую, потому что до сих пор не нашла свою пару.

— Найдешь, — обещаю я ей, и она грустно мне улыбается.

Мы переглядываемся, и она кивает, стряхивая грусть. Я улыбаюсь ей, и тогда мы слышим это.

Снаружи хижины доносится рычание и вой, и моя крольчиха прыгает внутри меня. Она не может перестать беспокоиться о нашей паре, и я тоже. Рул приказал мне оставаться здесь, но я не могу бросить его. Мне просто нужно взглянуть на то, что там происходит. Мне нужно пойти к нему и убедиться, что он в порядке. Я не могу ждать ни минуты.

— Я пойду проверю Рула, — шепчу я, собираясь встать, но Клара и Хейвен тянутся ко мне.

— Тебе туда нельзя, — строго говорит мне Клара, но я стряхиваю их.

— Я просто пойду посмотрю в окно.

Никого из девушек это не убедило, и я вздыхаю.

— Вы не можете сказать мне, что не умираете от желания узнать, как идут дела, — говорю я. Они все смотрят друг на друга, и я знаю, что у меня есть небольшая точка опоры. — Я буду скрытна.

Не дожидаясь ответа, я встаю и выбегаю из кладовки. Сначала я подхожу к окну спальни, но вижу только деревья. Мне нужно найти другой угол, другую возможность оценить происходящее. Я снова оглядываюсь на кладовку, но знаю, что все там только попытаются отговорить меня от этого.

Я все еще слышу рычание, но теперь оно звучит далеко. Ползя по коридору, моя крольчиха скачет внутри меня кругами. Она хочет выйти. Она знает, что мы могли бы быть более скрытными, будучи кроликом, чем я, но мне нужно иметь возможность взглянуть в окно. Я осматриваю гостиную, прежде чем двигаться к большим эркерным окнам. До сих пор нет признаков какого-либо движения, но я слышу поблизости звуки боя.

Мое сердце начинает бешено колотиться, когда я напрягаю глаза в поисках признаков движения, но все, что я могу разглядеть, это какие-то тени за линией деревьев. Сколько там перевертышей? Что произойдет, если стая «Черный лес» захватит власть? Боже, что я буду делать, если Рул пострадает? Или если он… нет, я не могу позволить себе думать об этом. Я не потеряю Рула. Не тогда, когда я только что заполучила его.

Спрятавшись в тени, я обдумываю свои варианты. Я не ближе к выяснению того, что происходит, чем, когда начала. Мне нужен обрывок информации, какой-нибудь знак того, что все будет хорошо. Все должно быть в порядке.

Я смотрю на входную дверь, колеблясь всего секунду.

Рул разозлится на меня, если узнает, что я вышла на улицу, когда он сказал мне этого не делать, но я ничего не могу поделать. Я бросаюсь к входной двери и открываю ее прежде, чем успеваю отговорить себя. Вой раненых, лязг зубов и сердитое рычание здесь еще громче. Я вздрагиваю, когда слышу, как один болезненный звук внезапно обрывается.

Мои глаза привыкают к темноте, и я вижу, как животные рвут друг друга, сверкая белыми клыками, лапы и пасти в крови.

Рул был прав. Я не должна быть здесь.

Я делаю шаг назад к входной двери, когда мое внимание привлекает вспышка меха, и запах моей пары доносится до меня. Рул. Я задерживаю дыхание, с ужасом наблюдая, как он бросается на серого волка.

Они падают на землю с глухим стуком, затем катаются, царапая друг друга. Из месива меха и крови доносится громоподобный рев, и Рул поднимает глаза, словно чувствует, что я стою там. Я знаю момент, когда он замечает меня. Он выглядит разъяренным, голубые глаза его волка темнеют, когда он молча приказывает мне войти внутрь. Моя крольчиха реагирует прежде, чем я успеваю.

Мы поворачиваемся, мчимся обратно внутрь и захлопываем за собой дверь. Я знаю, что это мне не поможет. Рул будет в ярости, что я ослушалась, и мне надерут задницу докрасна, как только битва закончится.

Если он выживет, думаю я, возвращаясь к кладовке.

Мой желудок сжимается при этой мысли, и я, не говоря ни слова, заползаю обратно в помещение к друзьям.

Рул

Я СМОТРЮ, как Санни бросается обратно внутрь, а затем использую этот гнев, чтобы развернуться и сбить моего противника. Вонзая зубы в его шею, и он обмякает подо мной. Одно движение головой, и я чувствую, как ломается его шея. Я бросаю его тело, прежде чем развернуться, чтобы блокировать еще одну атаку.

Кажется, это не имеет значения.

Стая «Черный лес» редела с каждым нападением на нас, но они по-прежнему превосходят нас четверых в десять раз. Нам нужна поддержка, и мне не нужно оглядываться на своих друзей, чтобы понять, что они думают о том же.

К первому присоединяется еще один волк из стаи «Черный лес», и оба намерены убить меня. Размечтались. Мне нужно выжить, чтобы я мог наказать свою маленькую девочку, а затем заездить ее, пока мы оба не успокоимся.

Я перепрыгиваю через двух волков, затем разворачиваюсь и нападаю на обоих, прежде чем они успевают среагировать. Я попадаю первому волку прямо в морду, и он скулит, убегая прочь. Слабак. Со вторым волком сложнее, но я повалил его на землю и прикончил.