Давненько я не видел битв. Последний раз это было, когда мы все были за границей. В памяти всплывает мысль о нападении в бескрайней пустыне, затем я перескакиваю вперед к Уэллсу, взорванному придорожной бомбой.

Рычание справа вырывает меня из мыслей, и я без колебаний бросаюсь к угрозе. Мои когти вонзаются ему в спину, когда я катаю его по земле подо мной. Звук грохочущих ног достигает меня, когда я вонзаю зубы в шею противника. Я поднимаю взгляд и вижу, что Роман, Арчер, Страйкер и их стаи бросаются в нашу сторону.

Похоже, подмога наконец-то здесь.

Я знаю, что стаи «Ясеневая гора», «Красный хребет» или «Черная река» тоже направляются сюда, но пройдет еще не менее двадцати минут, прежде чем они прибудут на помощь.

Знание того, что они придут, было тем, что поддерживало наши надежды на протяжении всей этой битвы. Я никогда не перестану бороться за безопасность Санни, но у нас вчетвером против ста пятидесяти, ну, у нас ни единого шанса. Даже со всеми нашими навыками, полученными во время службы в армии.

Мой волк воет, когда другие стаи присоединяются к нам в бою, и я оглядываюсь на дом, пытаясь увидеть, спряталась ли туда Санни. Ее не видно, и я поворачиваюсь назад, полностью сосредоточившись на битве.

Я замечаю, что многие из стаи «Черного Леса», которые держались позади во время боя, теперь поджимают хвост и убегают. Уверен, что помощь наших друзей, отпугивает их, ведь так и должно быть.

Тот, кто не откажется от этой борьбы, будет убит. Это единственный способ обезопасить наши пары. Интересно, думают ли Берк и Арчер так же, как и я. Интересно, беспокоятся ли они об убийстве своего брата или родителей, но, когда я вижу, как Арчер бежит прямо на Люка, у меня возникает ощущение, что ответ отрицательный.

Берк дерется со своим отцом, и я вижу, как Уэллс сражается с парой Люка, Шелли, на дальнем конце поля.

Я ищу, с кем бы сразиться, но со стаями Романа, Арчера и Страйкера эта война почти окончена. Все больше и больше членов стаи «Черного Леса» останавливаются или сразу убегают. Мой волк улыбается.

Я рад, что наконец-то покончил с беспорядком и угрозами со стороны стаи «Черный Лес». По крайней мере, я знаю, что после всего этого Санни, мои друзья и я будем в безопасности.

Вскоре остались только Люк, его пара Шелли и его родители. Мы все кружим вокруг них, тесним их вместе, пока они не оказываются спиной к спине, и выхода нет. Люк скалит на меня зубы, но я вижу страх в его глазах.

«Может быть, нам следует быть с ними помягче», — думаю я, но потом я вспоминаю, как все они обращались с Арчером и Берком, когда мы были моложе. Я помню, как они угрожали нам. Как они пытались сжечь гараж Берка и ульи Хани. Я помню, как они преследовали Уэллса и Магнолию всего месяц назад, и я знаю, что мы не можем проявлять пощады. Они вернутся.

Мы все снова превращаемся в людей, и я смотрю на Арчера и Берка.

— Они ваша семья. Это ваш выбор, — говорю я им, и они кивают, переглядываясь.

— Они умрут, — говорит Арчер. Я не удивлен.

— Подождите! — Люк кричит, и я смотрю, как он пытается придумать выход из этой неразберихи. — Вы не можете этого сделать.

— И почему же? — спрашивает Берк, скрещивая руки на голой груди.

— Мы семья, — бормочет их отец, и я изо всех сил стараюсь сдержать смех.

— Вы пытались убить нас в последние несколько месяцев. Вы буквально начали эту борьбу сегодня. Мы не семья, — плюет на них Арчер.

— Вам не стоило покупать эту землю. Вы знали, что я ее хотел! — Люк наполовину скулит, наполовину кричит.

— Ты себя слышишь? — спрашивает Клифф, и он выглядит искренне обеспокоенным психическим состоянием Люка.

— Иди к черту! — он бурлит.

— После тебя, — говорит Берк. При этом он и Арчер перекидываются и бросаются к своей семье.

Остальные наши друзья изменяются и поворачиваются, чтобы вернуться к дороге, откуда они пришли, но Роман, Страйкер, Клифф, Уэллс и я стоим и смотрим, как братья дерутся со своей семьей.

Я уверен, что для них двоих — это катарсис, наконец, покончить с душевной болью и беспорядком, которые были в их семье и бывшей стае. Им не придется беспокоиться о том, что они появятся однажды ни с того ни с сего, захотят чего-то или каким-то образом отомстят, как только они перегруппируются.

— Нам придется убрать кровь и тела, — шепчу я Уэллсу, и он кивает.

— Да, я не могу допустить, чтобы Магнолия увидела это, — соглашается он.

Берк и Арчер возвращаются назад, их лица и грудь в крови. Я хлопаю в ладоши.

— Давайте уберемся, — говорю я, и все кивают и приступают к работе.

Мы очистили поле от крови и убитых или раненых за полтора часа, и я не могу дождаться, чтобы увидеть свою пару. Я знаю, что она в порядке, но я не могу успокоить своего волка, пока мы не увидим ее своими глазами.

Несколько членов ныне мертвой стаи «Черный Лес» возвращаются и извиняются, но я оставляю это Берку, Уэллсу и Клиффу. Мне нужно увидеть мою пару.

Я мчусь обратно в свою хижину и в нашу спальню. Дверь все еще закрыта, и я зову ее по имени, прежде чем открыть.

— Ты в порядке, — говорит Санни, бросаясь мне в объятия. Боже, я скучал по ней. Я расстроен тем, что моя маленькая девочка не слушалась меня, но чертовски рад, что она прижалась ко мне, прямо там, где ей и место.

— Ага. Мы все в порядке, — говорю я другим женщинам, пока они смотрят на меня.

Они вздыхают с облегчением, направляясь к входной двери. Клара следует за ними, пока я обнимаю Санни.

— Я так испугалась, — шепчет она мне в шею, и я киваю. Санни дрожит с головы до ног, и я чувствую ее бешеное сердцебиение.

— Я знаю, но я в порядке, — успокаиваю я ее. Пытаясь отвлечь Санни, я бормочу: — О, и не думай, что я забыл о твоем наказании, — она прячет лицо у меня на шее, и я вздыхаю, прижимая ее ближе к себе. — Нам нужно вернуться туда. Мне все еще нужно помочь с остальными вещами. Ты можешь получить наказание за выход на улицу позже.

Она кивает, отпуская меня, чтобы я мог одеться. Я беру ее за руку и вывожу обратно на поле. Она идет рядом со мной, и я обнимаю ее за плечи.

— Теперь все в порядке, маленькая девочка. Папочка всегда будет охранять тебя, — обещаю я ей, и она кивает, улыбаясь мне.

— Я знаю. Я люблю тебя, папочка, — шепчет она.

— Я тоже люблю тебя, малышка.

Я быстро целую ее, позволяя ей почувствовать вкус того, что будет сегодня вечером, когда я останусь с ней наедине, прежде чем мы отправимся на встречу с нашими друзьями.

Через несколько часов все вернулись в свои хижины, чтобы прийти в себя и отдохнуть после насыщенного событиями дня. Клара крепко спит в гостевой комнате. Я только что вышел из душа и, одевшись, брожу по гостиной, пытаясь найти свою пару.

Санни вышла на заднее крыльцо, выглядя как всегда соблазнительно.

Я подхожу к ней сзади, обвивая руками ее талию и уткнувшись носом в шею.

— Санни, — шепчу я, вдыхая ее цветочный аромат, смешанный с запахом соленого океана. Все в этом моменте опьяняющее и совершенно.

— Папочка, — стонет она, прижимаясь задницей к моему и без того болезненно твердому члену. Я рычу и сосу ее точку пульса.

— Тебе что-то нужно от меня, малышка?

— Все, — шепчет она, затаив дыхание. Я знаю, что она имеет в виду. Мне тоже нужно от нее все. Ее сердце, ее тело, ее мечты, ее любовь, ее проклятая душа. Мне нужно все это, и мне это нужно прямо сейчас.

— Хочешь, чтобы я наполнил эту нуждающуюся маленькую киску? — я царапаю раковину ее уха, скользя рукой вниз по ее животу и обхватывая холмик сквозь одежду. Санни кивает и трется об меня, давая почувствовать ее тепло.

— Да, — выдыхает она. — Прямо сейчас ты мне нужен…

Я убираю руку и шлепаю ее по заднице, посмеиваясь, когда она подпрыгивает.

— Попроси меня вежливо.

— Пожалуйста, мне это нужно, — стонет она.

Я прикрываю ее рот одной рукой, а другой стягиваю ее леггинсы.

— Ты собираешься позволить папочке трахнуть тебя здесь, на крыльце, где все могут видеть? — она скулит мне в руку и кивает головой. — Тебе придется вести себя тихо, — шепчу я, прежде чем слизать пот с ее затылка. — Ты можешь это сделать? Можешь быть хорошей девочкой и взять мой большой член, не издавая ни звука?