Дед Тофаны уже приподнялся. Внучка придерживала его за плечи. Видя, что я пришёл в себя, она сжала его рукав. Старик подался вперёд. Стоявший за ними Харченко тоже был на нервах.

Я улыбнулся.

— Ну всё, с проклятьем разобрался. Теперь хочется получить ответы на мои вопросы. — Я встретился с неверящим взглядом деда. — Заодно и познакомимся.

— Как? — выдавил дед.

— Странное имя. — Я задумчиво покачал головой.

Немудрёная шутка сработала — все выдохнули.

— Князь Лев Львович, — криво усмехнулся дед Тофаны. — С тобой знаком заочно.

Я приподнял бровь.

— Сегодня мне сообщили, что на этой станции может появиться убийца моей внучки.

Он умолк, уставившись в одну точку.

— Кто сообщил? И каким образом? — спросил я.

Он вздрогнул, словно очнувшись.

— Не знаю… — Он замолчал, растирая лоб.

Мне самому от такого ответа захотелось повторить этот жест.

Тофана встрепенулась.

— Деда, ты артефакт ментальной блокировки носишь?

Львов вытащил из-за пазухи кулон. Тофана провела над ним рукой.

— Он полностью разряжен, — вынесла она вердикт.

— Тогда следующий вопрос, — поняв, что на первый ответа не получу, сказал я. — Где мы? И когда мы?

Лев Львович тряхнул головой, отгоняя мысль о наведённой на него порче.

— Станция Мостовой. Восьмое ноября, — он на секунду запнулся, а потом добавил: — Две тысячи двадцать шестой год.

Оставалось десять дней до прихода Хаоса.

Название станции мне ни о чём не говорило.

— Мы далеко от Улан-Удэ? И известно ли, где сейчас поезд «Золотой кречет»?

Харченко, услышав «Улан-Удэ», немного расслабился и теперь ждал ответа про свой поезд. Меж тем Лев Львович продолжил:

— Мы сейчас на окраине Улан-Удэ. Насчёт поезда — его пригнали на центральный вокзал. Весь персонал арестован до выяснения обстоятельств нарушения целостности состава и исчезновения пассажиров. Но мы их разместили со всем комфортом в ближайшей тюрьме.

— Немедленно выдвигаемся к вокзалу! — засуетился Харченко.

Мне самому хотелось вскочить и действовать. Но весь мой прошлый опыт кричал: прежде чем куда-то бежать, нужно знать, что и кто ждёт на финише. Очень вероятно, там человек с ружьём.

— Что тут за люди в дырявых халатах бегали? — спросил я, не вставая с оторванной лапы технократа, и даже откинулся на его корпус.

— Банда «Кривого Лиса», — сообщил Лев Львович и замолчал, как будто это всё объясняло.

Я нерадостно усмехнулся.

— Я в местных реалиях не разбираюсь.

Если коротко, расклад был такой. После смерти старого князя Медведева управление уделом нашего рода перешло под временный патронаж Львова. Из Китая через монгольскую степь постоянно идут отряды бандитов. Причём китайцев в них нет. Доказательств, что за ними стоит Китай, тоже нет.

Один из таких отрядов и напал на нас. Гвардия Львова сейчас держит периметр и вылавливает бандитов. Он в одиночку прорвался на запасные пути. Его ранг и артефакты рода это позволяли. Ну а дальше мы видели, что случилось.

Пока он всё это рассказывал, я чувствовал чужое давление на сознание. Кто-то невидимый пытался пробраться в мой внутренний парк и пока не находил бреши.

Решив подстраховаться, я сделал вид, что мне нехорошо. Обратился ко всем сразу:

— Мне нужно полчаса для отдыха. — Изобразить усталость не составило труда. Я действительно устал. — Прошу меня не беспокоить. В случае экстренной эвакуации выносите на руках.

Тофана забеспокоилась, попросила Харченко позаботиться о дедушке, а сама села ко мне, снова перебирая артефакты.

Закрывая глаза, я ещё успел удивиться бездонности её инвентаря.

Я снова оказался в парке сознания возле джакузи. На бортике спиной ко мне сидели котейка и симпатичная девчушка лет пятнадцати-шестнадцати. Да уж, внешне проклятье изменилось очень сильно. Они мило мяукали, общаясь между собой.

— Привет! Как… — закончить я не успел.

Пришлось уворачиваться от кистеня, которым меня с испугу попыталась огреть девочка-проклятье. Котейка, выпрыгнув из джакузи, куда она успела занырнуть, разразилась серией явно нелестного мяуканья.

— Ты чего подкрадываешься? — чуть успокоившись, прозвенела девчушка.

Объяснять, что это вообще-то мой парк, посчитал лишним. Поэтому перешёл сразу к делу.

Я уже понял, что прорваться в моё сознание пытался технократ, и теперь хотел узнать, можно ли вытащить из него что-нибудь полезное. О чём я и спросил девочку-проклятье.

Та, теребя свою губу, задумалась.

— Есть вариант, — наконец сказала она, — но тебе придётся удерживать его здесь, не убивая. Пока я не вернусь.

Я вспомнил шутку про поймавшего медведя охотника, которому говорят друзья: «Тащи его сюда». Тот отвечает: «Он меня не пускает».

План сложился, и мы взялись за дело.

Площадку для игр с технократом подобрал ближе к стволу головного мозга. Растущие здесь реликтовые великаны отвечали за глубинные рефлексы организма, поэтому имели самую мощную защиту.

Маледико, как представилась девочка-проклятье, утверждала, что технократ появится возле источника. Поэтому его ещё надо было заманить на мою площадку. Роль убегающей мышки поручили котейке.

Всё было готово.

Как выглядит основа, на которую технократы навешивают свои протезы, я видел и думал, что справлюсь легко. Играть в салки с рахитичным гуманоидом среди десятка мощных стволов — не проблема.

Поэтому, когда мимо пролетела котейка с выпученными от ужаса глазами, я удивился. Затем одно из деревьев вздрогнуло. Я непроизвольно сглотнул.

На площадку вместо рахита вышел исполин, ступающий с грацией пантеры. Гладкая серебристая поверхность лица треснула, изображая злобный оскал с частоколом зубов.

— Ну здравствуй, дедушка писец. Ты подарок мне принёс… — вырвалось у меня.

В следующий миг я сорвался в ускорение, петляя между деревьев. Через пару минут меня догнали.

Удар в спину был силён и отправил в полёт, распластав на одном из десятка стволов. Зрение начало выписывать непредсказуемые кульбиты.

Я сел возле дерева, развернувшись к технократу, нависавшему надо мной. Похоже, в этот раз я переоценил свои силы.

Технократ трансформировал руку в меч.

Сказать, что мне было плохо, — это ещё мягко сказано. Мне с трудом удалось откатиться в сторону. Силы закончились. Зрение после удара о дерево снова сыграло против меня, заливая ярким светом всё вокруг.

Интересно, что произойдёт, если меня убьют в моём парке сознания?

Через пару секунд зрение вернулось в норму. Бегущие вокруг нанопаучки приводили в порядок поляну и десяток деревьев. Вместо исполина на поляне лежало зерно гречки размером с кулак. Похоже, Маледико успела вовремя.

Гречку я ел с удовольствием. Но эта порция из одного зерна настораживала.

Я аккуратно прикоснулся к нему. Тело прошил разряд, и перед глазами вспыхнула надпись:

Вы получили способность техномага «Формирование брони».

Длительность действия зависит от запаса вашей энергии.

На поляну вышли котейка и Маледико. Девочка радостно сообщила:

— Я только по каналу проекции в мозг к нему полезла, а он взял и самоуничтожился. Ты не подумай плохого! Я не сбежать хотела, а посмотреть. — Она обиженно засопела. — Спасти успела только последние два дня. Я их списала.

И, просто лучась довольством, стукнула ладонью мне в лоб, не обращая внимания на истошный мяв котейки.

Я считал, что мне очень плохо. Но после того как воспоминания технократа влились в меня, я осознал, что до этого мне было хорошо.

Боль скрутила и выкинула во внешний мир.

Именно там я отчётливо понял, что с площадкой я промахнулся.

Пострадали деревья, отвечающие в этом теле за рефлексы: мигательный, слезоотделения, кашлевой, рвотный и самое неприятное — рефлекс отдёргивания, который предохраняет организм от разных раздражителей. Поэтому нежные руки Тофаны, удерживающие мою голову, я воспринимал как раскалённые ножи.