— Вам не нужна удача. — Приблизившись, он взял её за руку. — Тем не менее береги себя, хорошо?
Она моргнула, словно он чем-то её обидел. Отступив, она отдёрнула руку от его прикосновения.
— Хорошо.
Какого…
«Не здесь, — резко сказала она через их мысленную связь. — Ты хочешь, чтобы капитан нас разлучила?» — В глазах Меры мелькнула искренняя тревога, и через их связь эхом отозвалась холодная боль.
Часть Баста знала, что она права, что в вопросах логики он должен слушать её. Однако другая часть шептала, что она не любит его, не принимает их связь. Что она отвергла его.
Жестокая сирена раздавит его сердце голыми руками, тьма знала это. Его ночь видела её насквозь, сквозь ту ложь, которую она ему говорила.
«Тебе стыдно за нас», — констатировал он очевидное.
«Никогда! Но мы не можем говорить другим, что мы вместе, иначе нас переведут. Люди и так слишком подозрительны. Мы должны быть осторожны».
Он взглянул на Джулиана.
«Скажи хотя бы ему. Раз он твой давний друг. Скажи ему, если ты доверяешь ему так, как утверждаешь».
«Баст, перестань вести себя как ребенок».
Красная ярость смешалась с его страхом — опасная комбинация, но Басту было всё равно.
«Это не я веду себя как ребенок».
«Я не хочу тебя потерять, болван. Неужели это так трудно понять? — Она смотрела на него с подозрением. — Ты сам на себя не похож. Всё в порядке?»
Да, он был на себя не похож, но в то же время совершенно уверен в себе. Его кровь шипела, как всегда, когда тьма овладевала им.
«Контролируй её», — эхом отозвался в его сознании голос Леона, но ночная кровь кипела в его венах, и её голос был громче голоса Старшего Брата.
Некоторые говорили, что физическое закрепление связи может вызвать приступы ревности, первобытную потребность закрепить территорию. Это звучало ужасно по-звериному, и всё же… не поэтому ли его тьма ревела под кожей?
Он понятия не имел, но это не имело значения. Его ночь шептала, что Мера должна доказать ему свою верность, и она докажет. Она должна.
«Скажи ему, Мера».
«Нет!» — Она раздраженно фыркнула. — Сейчас не время.
«Ты отвергла меня. — Он сглотнул, и осознание больно ударило, хотя и не должно было. Это была неправда. Рациональная сторона знала это, но в тот момент его здравый рассудок казался таким далёким. — Мин харт, ту эссес нуун».
«Конечно, я твоя харт! Баст, о чём, чёрт возьми, ты говоришь?»
Он не стал объяснять. Ему нужно было убраться оттуда, сосредоточиться на чём-то другом.
Перестать подпитывать безумие.
Без предупреждения, не попрощавшись, он просеялся из участка.
Глава 20
— Ты в порядке? — спросил Джулиан, когда они направлялись в девятый округ, одно из главных гнёзд Подземного мира и место, где, по словам Эммы, можно было найти Роба. — Вы с фейри обменялись такими мрачными взглядами в участке.
— У нас все в порядке, — солгала она.
Ночная кровь Баста взяла верх, в этом нет сомнений, но Мере нужно было убедиться, что с ним всё хорошо. По пути в девятый округ она отчаянно дёргала их связь, пытаясь скрыть панику от Джулиана, но Баст не отвечал.
«Ответь, придурок!»
Она вспомнила его брата Леона, а затем самого Баста — глаза угольно-чёрные, белые волосы дико развеваются, и он скалится, обнажая острые клыки.
Демон ночи.
Она отогнала эту мысль.
«Баст! Лучше ответь, а то хуже будет!»
Он не поддался на провокацию.
— Ты уверена, что всё в порядке? — настаивал Джулиан. — Вы с Себастьяном выглядели взволнованными. К тому же он как-то неподобающе тебя коснулся.
— Неподобающе? — Она остановилась и повернулась к нему, и перед глазами все заволокло красным, от ярости. — Себастьян Дэй может касаться меня как, чёрт возьми, захочет. И хочу напомнить тебе, что мы с тобой целовались. Насколько это было неподобающе, Джулиан?
Он уставился на неё, открыв рот.
— Не будь лицемером, — продолжила она. — Ты постоянно твердишь, что мне не следует быть с Бастом, потому что он мой официальный напарник. Ну так и с тобой мне тоже не следует быть! Ты был моим напарником в прошлом, и ты мой напарник сейчас. Никакой разницы, твою ж мать! Значит, мне можно вести себя неподобающе с тобой, но если я веду себя так же с Бастом, это неправильно? К чёрту всё это!
— Я просто хотел сказать…
— Ты ничего не хотел сказать! — отрезала Мера, и правда её слов обрушилась на неё в один миг. Глубоко вздохнув, она сжала переносицу. — Слушай, всё сложно, и я не хочу об этом говорить, ясно?
Джулиан моргнул и напрягся, будто пытался проглотить что-то горькое.
— Вы с Бастом — лучшие детективы Холлоуклиффа. То, что лежит на ваших плечах…
— Тебя это не касается.
Разумеется, если у них с Бастом всё пойдёт прахом, последствия будут неизмеримо хуже, чем если бы она выбрала Джулиана. И всё же Мера не могла вызвать чувство, которого больше не существовало. Это было нечестно ни по отношению к нему, ни к ней самой.
Она всплеснула руками, понимая, что Джулиан был абсолютно прав. Многое действительно лежало на плечах лучших детективов Холлоуклиффа.
— Может, я и совершаю ошибки, но они мои, Джулс. Не твои.
— Понял. — Он с трудом сглотнул. — Но как друг я должен предупредить тебя, что быть с ним — плохая идея.
— Я знаю. Ужасная идея. — Приблизившись, она положила руку ему на плечо. — В Ликаннии есть поговорка о том, что люди каждый день сбрасывают кожу, постоянно превращаясь в кого-то нового.
— К чему ты клонишь?
— Меры, которую ты когда-то любил, больше нет. Ты тоже больше не тот Джулиан, которого любила я. Но ты всегда будешь моим другом, даже если ненавидишь меня за то, что я была полной сволочью по отношению к тебе.
— Я никогда не смогу тебя ненавидеть, Мера. — Он накрыл её руку своей и с теплотой посмотрел на неё. — Я тоже вёл себя как козёл. Между нами ничего не вышло, но мы все еще есть друг у друга, несмотря ни на что. Обещаю.
Они стояли так мгновение, пока запах старой клубники и мускусного красного вина не коснулся её ноздрей.
— Я не помешала? — спросил томный голос.
Мера обернулась и увидела Эмму, закутанную в длинный чёрный плащ с головы до ног. Вампирша носила маленькие круглые очки, которые были бы модны в эпоху индустриализации, а её светлые волосы собраны в элегантный низкий хвост.
Отстранившись от Меры, Джулиан кашлянул.
— Рад, что ты смогла прийти. — Он кивнул на дорогу впереди, что вела в просторный бетонный двор.
Люди сновали туда-сюда, фотографируя прекрасный день и набережную, другие гуляли по всей площади. Кто-то наслаждался солнцем, кто-то ел свой обед и оживлённо беседовал.
Доки, как называли девятый округ, были заброшены после модернизации города. Так же, как и десятый округ. Теперь большинство портов находилось в западной части города, на противоположной стороне реки Тигрис.
Старая башня — сооружение из чёрного кирпича ранней постройки — стояла у входа во двор, словно страж. Острая крыша обрушилась много лет назад, остался лишь массивный чёрный куб.
Один мужчина прислонился спиной к основанию башни и наблюдал за проходящими мимо людьми. Худой и неопрятный, с оливковой кожей и редеющими каштановыми волосами.
Иногда он делал шаг вперёд и что-то бормотал прохожим, затем доставал из кармана маленький пластиковый пакетик. Однако те, к кому он обращался, лишь качали головами и поспешно уходили.
Эмма указала на него рукой в чёрное перчатке.
— Это Роб.
— Пытается вести дела средь бела дня? — Джулиан нахмурился. — Это глупо.
— Хэтчфорд изгнал этого идиота со своей территории, но его люди появляются здесь только после шести. Думаю, Роб нашёл лазейку в договоре.
— Вся эта площадь — территория Хэтчфорда? — спросила Мера.
Вампирша одарила её злой улыбкой, и её белые зубы контрастировали с чёрной помадой.
— Пока что, да.
Мера догадывалась, что Эмма не позволит этой территории оставаться его владением долго.
