На основании полученных данных Е.К. Краснушкин провел аналогию между исправительно-трудовыми учреждениями и психиатрической больницей, преследующими одинаковые цели – социальной защиты общества. Е.К. Краснушкин утверждал, что только 1/3 преступников являются полноценными личностями, остальные либо умственно отсталые, либо психопаты[167].
В 1923 г. Московский психоневрологический институт по инициативе В.М. Бехтерева совместно с Московским криминологическим кабинетом провел Первый Всероссийский съезд по психоневрологии. Два секционных заседания были посвящены криминальной психологии. В частности, были заслушаны доклады С.В. Познышева «Классификация преступников», Николая Владимирович Терзиева-Порошина (1890–1962) «Экзогенные преступники и их разновидности», И.И. Станкевич «Домовые воры с точки зрения криминальной психологии»[168].
В 1924 г. был создан Ленинградский криминологический кабинет. Это было первое научное учреждение, созданное при суде. Руководитель Ленинградского криминологического кабинета Лев Григорьевич Оршанский (1866–1937) определил следующие задачи:
а) установить благоприятные условия для действительного перевоспитания правонарушителя;
б) изучить социальную среду и обстановку в каждом отдельном случае как предпосылки правонарушения;
в) исследовать душевные и физические качества правонарушителя как следствие социального порядка;
г) анализировать коллективную массовую психологию как противопоставление индивидуальной психологии.
Результатом деятельности Ленинградского криминологического кабинета стала коллективная работа «Убийцы» (1928).
В 1926 г. был создан Ростовский криминологический кабинет в Ростове-на-Дону. Один из его создателей и руководителей Виктор Владимир Браиловский (1893–1942) обосновывал необходимость массового изучения преступников, причем в первую очередь их биологических особенностей, для чего он собирал данные об их биологических анализах, включая группы крови[169]. Впрочем, это уже был филиал Государственного института по изучению преступности и преступника, который начал свою работу 01.10.1925. Большая часть криминологических кабинетов были преобразованы в филиалы института, что было общей тенденций в развитии научных учреждений в то время.
Общими для всех криминологических кабинетов были следующие черты:
1) они создавались при здравотделах и главный акцент делался на практической востребованности результатов их деятельности – проведение психиатрических экспертиз преступников, подготовка аналитических материалов о преступности;
2) определяющими были неоломброзианские подходы в изучении личности преступника, особый интерес вызывали различные аномалии и отклонения;
3) возглавляли и руководили кабинетами чаще всего люди с медицинским образованием;
4) исследования проводились на внеклассовых подходах, поскольку считалось, что социальные причины преступности побеждены революцией;
5) результаты исследований публиковались в сборниках и докладывались на конференциях.
III. Во главе созданного Государственного института по изучению преступности и личности преступника стоял межведомственный Совет, в который входили: Ф.К. Траскович (от Народного комиссариата юстиции); П.И. Карпов (от Народного комиссариата просвещения); Н.Н. Спасокукоцкий (от Народного комиссариата здравоохранения); М.Н. Гернет как представитель института.
Первым и единственным директором института стал Евсей Густавич Ширвиндт (1891–1958), совмещавший должность начальника Главного управления местами заключения и представлявший одновременно Народный комиссариат внутренних дел.
Целями института стали:
1) выяснение причин и условий преступности;
2) разработка уголовной политики;
3) система и методы изучения личности заключенных;
4) изучение отдельных преступников;
5) изучение влияние отдельных мер исправительно-трудового воздействия.
В институт входило четыре секции: социально-экономическая; пенитенциарная; биопсихологическая; криминалистическая, а также статистическое бюро.
У Института в то время не было предшественников, не было опыта, на котором можно было учиться. Но были энтузиасты, верившие в совершенствование существующей действительности и стремящиеся к этому (М.Н. Гернет, Ю.Ю. Бехтерев, Е.К. Краснушкин, В.И. Куфаев, П.И. Люблинский, Б.С. Маньковский, С.В. Познышев, Н.В. Терзиев, А.Н. Трайнин, Е.Г. Ширвиндт, С.А. Укше и др.)[170]. На пути претворения в жизнь научных идей имели место ошибки, отступления от ранее задуманного, просчеты и поражения, что было неизбежно.
Нельзя не отметить, что уже в самом начале деятельности по изучению проблем преступности и личности преступника активное участие в этом принимала общественность, в том числе известный советский и российский филолог, культуролог, искусствовед Д.С. Лихачев.
Криминология была организована как междисциплинарная прикладная наука, которая ставила своей целью как сугубо исследовательские задачи, так и выработку конкретных задач в рамках пенитенциарной политики и борьбы с преступностью. Криминология тогда объединяла представителей различных социальных и биомедицинских наук. Здесь многое было впервые. В частности, практика начала научно-исследовательской деятельности Института привела к выводу о том, что некоторые особенности преступности определяются территориальными условиями, которые требуют особого научного внимания. В целях изучения специфики преступности и преступников в конкретных регионах страны Институтом были созданы специализированные научные подразделения (филиалы) – кабинеты в Ленинграде, Саратове, Ростове-на-Дону, Казани. Такие кабинеты (лаборатории) были основаны в других городах и в некоторых союзных республиках: Азербайджане, Белоруссии, Грузии.
По-видимому, наличие подобных подразделений на местах является определенной закономерностью для организации научного исследования проблем преступности. Свидетельством тому является последующее развитие криминологических исследований в этом направлении. Так, в конце XX в. рассматриваемый опыт организации изучения преступности использовал ВНИИ МВД СССР – в ряде городов СССР были учреждены его филиалы.
Именно Институт, возглавивший такую широкомасштабную исследовательскую работу в первой половине 1920-х годов, своей деятельностью показал перспективные направления изучения преступности и личности преступника, разработал соответствующие уникальные методики, обосновал методологические подходы к организации криминологических исследований на основе централизации (Института как криминологического центра) и децентрализации (сети региональных кабинетов-филиалов), заложил теоретические основы эмпирической криминологии.
Большое внимание продолжало уделяться изучению личности преступника. Например, С.В. Познышев издал работу «Криминальная психология: преступные типы» (1926)[171].
В то же время наметились изменения в направлении криминологических исследований. П.И. Люблинский в книге «Борьба с преступностью в детском и юношеском возрасте» предлагал в качестве мер воспитательного и исправительного воздействия: медико-педагогические меры; педагогические наказания; исправительное воспитание; реформатории и патронат[172].
Алексей Адольфович Герцензон (1902–1970) в работе «Борьба с преступностью в РСФСР» (1928) объяснял рост и снижение преступности в 1920-х годах исключительно с позиций изменения учета статистических данных и подходов правоохранительных органов.
Иван Семенович Кондурушкин (1882–1938) написал книгу «Частный капитал перед советским судом» (1927), в которой последовательно изложил собственное видение как младшего помощника прокурора Верховного Суда СССР причин преступности, вытекающих из негативного влияния частного капитала на экономику и общественные отношения.
