Услышав мои обвинения, брат перестал изображать удивление и непонимание. Эмоции с его лица исчезли, словно он надел какую-то маску. Впрочем, это было вполне привычное состояние для него. Но я видел по его глазам, что он все понял и что не видит смысла больше притворяться.
— И это говоришь мне ты? Ты? Тот, кто сделал все возможное, чтобы отдалиться от нас? — голос брата звучал как обвинение, а в его глазах я видел бушующую ярость, — у тебя нет права задавать мне подобные вопросы и как-то осуждать меня и мои поступки.
— Пусть так, — я кивнул, поскольку он был частично прав, — но я никогда не шел против семьи. Против родной крови. А ты сделал это, и я хочу поднять, почему, прежде чем ты понесешь заслуженное наказание.
— Ты не поймешь, — произнес Керон, достав из ножен свой клинок, — кто угодно, но только не ты. Папин любимчик!
Стало ясно, что разговора у нас не выйдет. Я видел, как мой кровный брат перешел в ускорение и побежал вперед, прямо на меня. Он сделал свой выбор, а значит, жалеть я его не стану. Я тоже выхватил свой клинок и ускорился, бросившись брату навстречу. Хватило всего одного мгновения, чтобы наши клинки столкнулись. Брат был быстрым. Даже быстрее, чем я этого от него ожидал, но я был сильнее. На моей стороне был огромный опыт, личная сила и многое другое. Даже мой клинок, который подарила мне Аврора, был лучше того, которым сражался Керон. И именно клинок стал главной причиной его поражения.
Его меч был выкован из крадия, самого лучшего металла для холодного оружия. У меня и у самого были такие клинки до того, как Аврора подарила мне новый. Он был лучше. Причем не только за счет металлов из другой Вселенной. Он был магическим артефактом, усиленным магией крепления. В какой-то момент клинок брата начал разрушаться и я просто лишил его оружия. А затем и лишних конечностей. Убивать его не было смысла, поскольку брат мог обладать ценной информацией, не говоря уже о том, что судьбу предателя должен будет решить отец. И никак иначе.
— Доставьте его на Разящий и поместите в криокапсулу, — приказал я подошедшим гвардейцам, — его судьбу решит глава рода Баал.
Сказав это, я отвернулся от лежащего на полу брата и вышел из зала. Даже видеть этого предателя было мне неприятно, словно это я допустил какую-то ошибку. И словно этого было мало, я увидел Милу. По ее щекам текли слезы, а сама она держалась обеими руками за свой живот. Она была беременна и судя по всему, находилась уже на шестом или седьмом месяце. Не сложно было догадаться, кто именно был отцом этого ребенка. И это было… плохо.
— Мне жаль, — произнес я, глядя ей прямо в глаза. Я не знал, что еще можно было сказать в подобной ситуации.
Я не знал о ее положении и о том, на каких условиях был зачат этот ребенок. Но я сильно сомневаюсь, что отец позволил бы еще одному ребенку уйти в род Айхоэ. Особенно если учесть наши с Керсаном договоренности. И теперь, Мила оказалась в очень непростом положении. Она потеряла того, кого полюбила и в ближайшем будущем потеряет еще и ребенка. Да, она сможет с ним видеться, но он будет воспитываться в чужом роду и она это никак не изменит.
Я хотел провести время с сыном, но задерживаться сейчас мы с Авророй не могли. Так что уже на следующий день мы покинули планету и систему. Нужно было доставить Керона на Андарию и обсудить с отцом другой, не менее важный вопрос. Вмешиваться в официальную войну Данов я все еще не мог, так что мы сосредоточимся на Красных Черепах. Мы знали, на какие системы они хотят напасть, так что без особых проблем могли перехватить один флот Черепов. Но это заботы Жнеца и Ра, а мы с Авророй направлялись на Андарию. Предстояло встретиться с отцом спустя столько лет…
Сам перелет прошел относительно спокойно. Экипаж выполнял свои обязанности, а мы с Авророй продолжили наши занятия. Думать о том, что на борту в стазисе лежит мой брат, который предал семью, я не хотел. При желании, мы могли бы проникнуть в его сознание и узнать всю правду, но тогда всем станет известно, на что способна Аврора. А этого допустить мы не могли. Единственная альтернатива — это его смерть…
— До выхода из гиперпространства десять секунд! — сообщил оператор мостика.
— Нервничаешь? — спросила Аврора, взяв меня за руку, — не могу понять, какие от тебя исходят эмоции. Какая-то каша.
— Именно она, — я кивнул, не отводя взгляда от обзорного иллюминатора, — каша. Я бы лучше не описал то, что сейчас испытываю. Не знаю, можно ли назвать эту систему моим домом или родиной, но именно тут я появился на свет и прожил большую часть своей нынешней жизни. Но все ощущается так, словно это было очень давно или даже не со мной, а с кем-то другим. А я лишь наблюдал за этим со стороны. Поэтому и не знаю, как себя вести.
— Делай что должно и будь, что будет, — произнесла Аврора и добавила, что так любит говорить Рыжий Макс.
И как ни странно, но я ее понял. Иногда не надо много думать и сомневаться. Надо просто делать то, что ты считаешь правильным. То, что ты можешь сделать конкретно в этот самый момент. И уже потом, получив какой-то результат, двигаться дальше. Именно так я и решил поступить в этом случае.
Разящий вышел из гиперпространства и мы с Авророй увидели систему, в которой я родился. Точнее, в которой меня создали. Это была развитая система с большим количеством планет и спутников. Все они были освоены и колонизированы. Не знаю точно, но вроде бы в этой системе проживало примерно полтора триллиона разумных и все они служили роду Баал. Посторонние сюда просто не могли попасть. Именно в этой системе находилось производство клонов, которыми занималась моя биологическая мать.
— Нас взяли на прицел! — сообщил один из операторов мостика. Его голос звучал слегка взволнованным, но паники я не ощущал. Только легкое беспокойство и собранность.
— Нас вызывают, — сообщил другой оператор и посмотрел на меня. Я лишь кивнул, давая понять, что буду говорить сам.
— Говорит Тайрус Баал, дредноут Разящий. Запрашиваю разрешение на проход. Мне нужно срочно встретиться с главой рода Баал.
— Ожидайте, — ответил нам неизвестный диспетчер.
Пришлось ждать около минуты, прежде чем нам разрешили приблизиться к планете Андария-3, на которой находилась главная резиденция рода Баал. Именно там прошла большая часть моего детства. И тут стоит отметить, что я не могу сказать, что это детство было счастливым. Нет, нас не обижали и не унижали, просто большую часть времени мы учились и тренировались. И так было до тех пор, пока мы с Кероном и Анджелой не отправились в Академию.
Точно не скажу, но за всю свою жизнь я видел отца вживую раз пятнадцать, от силы двадцать и чаще всего эти встречи были мимолетными. И я считал это нормальным, поскольку не испытывал какой-то потребности в общении. Я всегда знал, что покину этот род. Так что заводить крепкие связи не собирался. Да и не знал, как именно это надо делать. Только в Академии, попав в нормальный социум, я начал понимать, как правильно жить, когда твой организм подвержен эмоциям и даже зависит от них. Но все это было очень сложно и непривычно для меня.
Когда Разящий вышел на низкую орбиту, нам разрешили спуститься на поверхность планеты. Прямо в резиденцию, которая была размером с полноценный город. Но это так, детали. Мы с авророй прошли в ангар, где нас уже ждал десантный бот, на борт которого погрузили стазис капсулу с моим братом. Уверен, многие будут удивлены, когда увидят его.
