— Вперед! Огонь на подавление! — прокричала Аврора, поведя за собой бойцов.

Только тут я заметил, что вслед за танком двигался крупный отряд вражеских солдат. Целая рота, если не больше. Так что я тоже побежал, вскинув свою винтовку. Вся улица осветилась от сгустков горячей плазмы и ярких энергетических болтов. А где-то мелькали и полноценные лучи, которые были весьма эффективны на средних дистанциях. Сама перестрелка длилась недолго, меньше минуты, но за этот короткий срок погибло около двух сотен разумных.

Вся улица была усеяна трупами солдат. К счастью, преимущественно вражескими. И если верить данным поступающим на мою нейросеть, мы в этом столкновении потеряли всего полтора десятка штурмовиков и восемь сервиторов. Еще около двадцати бойцов получили ранения. Тяжелых среди них было всего четверо и им уже оказывали помощь медики.

— Ты была великолепна! — произнес я, подойдя к Авроре, чей комбинезон все еще оставался чистым, несмотря на то, что мы уже третий день находимся на планете и сражаемся с противником.

— Я старалась, — ответила она, слегка улыбнувшись, — но и ты был хорош. Особенно когда позади тебя взорвался танк. Ты выглядел даже лучше героя боевиков в этот момент.

— Спасибо. Но лучше сосредоточимся на текущей задаче, — сказав это, я активировал карту, на которой были изображены ближайшие районы города, — нам осталось отбить два квартала и мы выйдем к центральной площади. Круг сужается.

Удерживая позицию, мы вызвали десантный бот, на который погрузили раненых, оружие и прочее снаряжение, которое нельзя было оставлять на улице без присмотра. После каждого уничтоженного отряда противника оставалось оружие. И это следовало учитывать. Чем больше этого оружия попадет в руки гражданских, тем тяжелее законникам и новой администрации будет навести здесь порядок. А население на планетах кельтов и так нельзя считать законопослушным.

Да, далеко не все жители Гегемонии были преступниками. Откровенно говоря, восемьдесят процентов разумных просто плыли по течению. Они были вынуждены работать на ящеров, поскольку не имели возможности покинуть пространство Гегемонии. А про многочисленных рабов даже говорить нечего. Но вскоре все это изменится и для жителей Гегемонии настанут лучшие времена. Даже для гоблинов, аббо и диких орков. Исключением были только Тонри, которых мы обязательно уничтожим.

Чем ближе мы приближались к центру столицы, тем отчетливее были слышны взрывы и крики умирающих. Почти два часа нам потребовалось, чтобы зачистить один квартал. Еще три часа ушло на следующий, несмотря на то, что в центре города практически не было жилых зданий. Если только небольшие особняки наиболее состоятельных граждан, но проверить их было несложно. Так что вскоре мы вышли на главную площадь, где кельты выстроили свою оборону.

— Что думаешь? — спросила Аврора, увидев баррикады и доты, которые возвели кельты, — там полно рабов.

— Нужен сильный электромагнитный импульс, чтобы временно вывести из строя ошейники. Уверен, рабы поддержат нас во время штурма.

— Согласна, — кивнула Аврора и связалась с мостиком Разящего. Согласовав наши действия, мы стали ждать.

Примерно через двадцать минут, когда к площади вышли все остальные подразделения, с орбиты по площади ударили ракетой, которая взорвалась в воздухе и вызвала мощный импульс, который повредил всю электронику в радиусе трех километров. В том числе и рабские ошейники. Сразу же после этого мы пошли на штурм. И как я предполагал, боевые рабы не стали по нам стрелять. Они повернули оружие против своих хозяев, что значительно упростило нам задачу. Но даже так, штурм укреплений превратился в настоящую бойню.

Не могу сказать, скольких солдат я убил при штурме. Я просто перестал считать, поскольку мне было не до этого. Я знал, что Аврора сильна, даже сильнее меня, но все равно старался ее прикрывать, особенно когда она попадала под плотный вражеский огонь. Она все это видела и лишь улыбалась, когда я в очередной раз прикрывал ее собой.

Я не скрывал своих пси-способностей и вполне открыто ставил барьеры или бил противника молниями. И если барьеры я ставил при помощи пси-энергии, то атаковал преимущественно магией. Так было даже удобнее, поскольку тратил разные типы энергий на разные задачи. Это экономило силы и значительно упрощало мою работу. Аврора действовала несколько иначе. Атаковала она при помощи простого оружия, а вот своей магией и пси-энергией она защищала и лечила союзников.

По ее действиям было видно, что она прекрасно контролирует окружающее пространство, несмотря на весь хаос сражения. Она прикрывала наших бойцов небольшими барьерами, а если это требовалось, направляла в раненых солдат целительские плетения. Уверен, в этом бою она убила гораздо меньше противников, чем спасла союзников. И видя это, я всерьез задумался о том, какой удивительный у нее стиль боя. Ничего подобного я прежде не видел.

— Не отставай! — радостно прокричала Аврора и, пробежав десяток метров, нырнула в воронку, в которой прятались вражеские бойцы. Десятка два, не меньше.

Следуя за ней, я буквально влетел в эту воронку и, выхватив клинок, устроил там настоящую мясорубку. Клинок, который мне подарила Аврора, с легкостью резал плотную ткань, кости и даже тяжелую броню, которую носили дикие орки. Да, среди наших противников были и небольшие отряды диких орков, которые доставляли много проблем нашим бойцам. Но их было мало, так что мы все равно побеждали.

Не знаю как долго, но не меньше часа мы сражались за главную площадь вражеской столицы. Тысячи воинов погибли с обеих сторон. От нашего с Авророй отряда штурмовиков осталось всего тридцать два бойца, большинство из которых имели те или иные ранения, но площадь была наша. А значит, осталось захватить только дворцовый комплекс!

В этом комплексе сидела старшая мать всего клана и ее сестры. Мы предложили им сдаться, но они отказались, заявив, что лучше умрут, но не допустят такого позора. Это был их выбор, так что мы приступили к осаде. Не знаю, на что они надеялись, но спустя четырнадцать часов, когда от стен и прочих оборонительных укреплений почти ничего не осталось, мы пошли в атаку. Тысячи солдат схлестнулись в смертельном танце, не желая уступать противнику. Но несмотря на всю храбрость и самоотверженность ящеров, они проиграли.

Комнату с матерью и ее сестрами захватили мы с Авророй при поддержке дюжины сервиторов. Даже находясь лицом к лицу со своей гибелью, они не смирились со своим поражением и оказали сопротивление. Мы могли их пощадить, но в этом не было никакого смысла. Они были проблемой, а от проблем нужно избавляться. Достаточно того, что мы пленили детенышей, среди которых были и самочки. Если получится, мы их перевоспитаем. А если нет, их судьба незавидна. Мы будем поддерживать небольшую популяцию кельтов, чтобы иметь доноров для наших клонов. Но ничего более. Вся их культура, вся история их существования просто исчезнет.

— Ну вот и все, — сказал я, когда голова старшей самки упала на окровавленный пол, — а ведь могли бы сдаться.

— Некоторые виды просто не способны на это, — пожала плечами Аврора, — мне приходилось прежде работать с ящерами и должна сказать, что они всегда себе на уме. Они просто мыслят иначе и с этим ничего не поделать. Но ты и сам это прекрасно понимаешь.

Да, я это понимал, поскольку и сам был когда-то ящером, который не испытывал никаких чувств. Даже когда умирали мои дети, я не чувствовал практически ничего, разве что сожаление, поскольку погибали хорошие воины, которые могли наплодить еще больше хороших воинов. Даже когда погибали последние представители моей расы, я не сожалел о чем-то. У меня была лишь моя цель, к которой я тогда шел. Так что да, я могу понять кельтов и если это потребуется, полностью их уничтожу, отдавая дань уважения их культуре и жизненным ценностям.