— Да ну нет… — сморщился Паук.

Но эта тема его увлекла, и он даже на некоторое время забыл о наших разногласиях, с энтузиазмом включившись в разговор.

— Да ну да! — сказал я, — необязательно в троглодитов, а может быть в каких-нибудь существ… хотя идея именно с троглодитами мне очень нравится. Ты вот знаешь, откуда они появились? И существа ведь они очень непростые: невероятно живучие, хитрые, со способностью к трансформации… в общем, набор способностей нерядовой, и весьма мощный… с мозгами вот только не повезло, деградация налицо. Но, может быть, это такая побочка, а?

— Гипотеза очень интересная… вот только не имеющая под собой никаких оснований. Это же чистой воды домыслы. Фактов ноль, даже косвенных, — с лёгким разочарованием сказал Паук.

— Я и не говорил, что это обязательно должны быть троглодиты. Но наверняка не во всех случаях появились Демиурги. Кстати, а что было с животными, которым в темя попала «искра»? Может быть, они стали троглодитами? — спросил я,– а у людей побочка выразилась как-то иначе.

— Да чего ты прицепился к этим троглодитам? — вдруг удивился Паук, — дались они тебе?

— Интересно просто, — сказал я, — они меня всегда занимали. Возможно, если бы не эта их фобия, связанная с утюгами, меня бы они так не зацепили. Но утюги…

— Да, хрень интересная, но вряд ли мы когда-нибудь узнаем в чём дело, — сказал Паук, — магические девиации, лучшее объяснение. Не ищи смысла там, где его нет. Просто прими это как данность. Это как два магнита отталкиваются друг от друга. Просто троглодиты и утюги заряжены по-разному.

— Разные полюса, наоборот, притягиваются, это одинаковые отталкиваются, — возразил я.

— Да не цепляйся ты к словам, — отмахнулся Паук, — это не важно. Просто есть некий магический заряд, который друг от друга отталкивается. Утюг, как предмет неодушевлённый, этого не чувствует. А вот троглодит чувствует и потому испытывает панический ужас. Нормальная схема, прими её на вооружение и успокойся.

— Но что же тогда с несостоявшимися Демиургами? — спросил я и отхлебнул кофе, которое, кстати, уже начинало заканчиваться.

— Да не было таких, — сказал Паук, — это ведь всё тоже твои домыслы. Считай, что все Демиурги состоялись. А если и нет, то мы никогда не узнаем о тех неудачниках, кто не сумел воспользоваться своим шансом.

— Погоди, ещё один нюанс. Вот ты сам употребил выражение «искра в темя», получается, это попадание частицы было вполне себе физическим, верно? Что-то прилетело сверху и попало в человека, так? — спросил я.

— Ну, допустим, — нахмурился Паук, — к чему ты клонишь?

— А что, если попало не в темя… ну, вообще не в голову, а в плечо? — спросил я, — или человек лежал и получил «искру» в живот? Или в жопу? Или в член? Что тогда?

— Капец ты вопросы задаёшь! — уставился на меня Паук, — я думал, что это у меня пытливый ум, но оказалось, что до тебя мне далеко!

— Так что скажешь? — спросил я.

— Я скажу: забей! — развёл руками Паук, — никто точно не знает, как это случилось. Про «искру в темя» это же ведь образное выражение. Может быть, её можно было получить в любую часть тела, и результат будет один и тот же. А может, способности Демиургов отличаются как раз в зависимости от того, куда они получили «искрой».

— Хм… — задумался я, — а бывают Демиурги с одинаковыми способностями? Или они все уникальны?

— Не знаю, — признался Паук, — я вроде бы слышал только про разных… но кто знает, может быть, это просто здесь так сложилось, в нашем регионе. Их вообще мало, поэтому повторы тоже встретить трудно… а может, когда встречаются два одинаковых, то возникает драка и в результате должен остаться только один… а может, и нет… здесь опять нет данных, а одни догадки.

— Ну да, так всегда и бывает. Сначала догадки, потом к ним прилепляются факты, и в итоге возникает стройная картина мира, разве нет? — сказал я и допил остатки кофе.

Надо сказать, допил с сожалением. Где-то внутри себя я решил, что когда мой чудесный бодрящий напиток закончится, нужно будет переходить к активным действиям. И вот этот момент настал. Как бы мне ни хотелось обойтись без обострения, оно было неизбежно, и уж лучше было начать его самому, чтобы хоть немного контролировать процесс, чем потом плясать под чужую дудку.

— Ладно, — как будто почувствовав мой настрой, хлопнул в ладоши Паук, — Демиургов мы обсудили, пора вернуться к нашим делам. А они, с мёртвой точки, пока что не сдвинулись!

— С «мёртвой точки» — задумчиво повторил я, — хорошо сказано!

— Думаешь, кто-то должен умереть? — склонил голову набок Паук.

— Думаю, что сегодня многие умрут, — тяжело вздохнул я.

— В твоих силах этого не допустить! — подмигнул мне Паук.

— Иногда избежав жертв сегодня, можно получить их в два раза больше завтра, — сказал я, — так что, не всё так просто.

— Я сдержу слово, все, кого ты включишь в список, останутся целы. И люди, и места. Говорю же, это твой ресурс, который и делает тебя интересным Демиургу, — сказал Паук.

— Я не могу ставить людей на службу к кому-то неизвестному без их согласия. И уж тем более, не могу использовать их втёмную, — сказал я, — так что этот вариант не подходит.

— Экий ты щепетильный! — покачал головой Паук, — однако это будет для их же блага!

— Интересно! — улыбнулся я, — ты угрожаешь их убить и предлагаешь, как этого избежать. Но если я соглашаюсь на твои условия, эти люди против своей воли будут вынуждены служить некоей неведомой силе. Тебе не кажется, что в этой конструкции нет хорошего варианта для нас?

— Потому что не вы её создали. Любая конструкция должна приносить пользу своему создателю, а не кому-то другому, — улыбнулся мне в ответ Паук.

— Верно! — ещё шире улыбнулся я, — поэтому я не люблю чужие конструкции, а предпочитаю создавать свои.

— Я знал, что разговор не будет лёгким, — вдруг откинулся на спинку стула Паук, — некоторые его моменты я представлял совершенно иначе, но то, что пободаться придётся, было очевидно. Но мне почему-то кажется, что мы сейчас находимся в кульминационной точке. Допустим, ты предпочитаешь создавать собственные конструкции, но что ты можешь предпринять в этой ситуации? Здесь тебе ничего не светит. И твои засевшие в доме товарищи тоже тебе никак не помогут, им это просто не по силам. Получается, что бы ты там себе ни думал, сейчас ты играешь в нашу игру и повлиять на исход никак не сможешь. Однако, я уверен, что попытаешься! И, скорее всего, совсем скоро! Эта попытка будет носить трагические последствия для тебя и твоих друзей, хотя ты можешь верить, что всё обойдётся. Поверь, не обойдётся! Так что ты задумал и когда планируешь начать? — Паук пристально уставился на меня.

— Ты очень проницателен, — сказал я серьёзно, — дураком я тебя никогда не считал. Ты прав, точка невозврата уже пройдена. Мышка уже занесла свой хвостик.

— Какая на хрен мышка? — раздражённо сказал Паук.

— Та самая, не зря же я вспоминал про Курочку Рябу, — сказал я и подмигнул Пауку.

А потом бабахнуло!

Мощный взрыв раздался прямо в центре бурлящей совсем рядом с нами орды существ. Паук испуганно обернулся, посмотреть что произошло, а я слегка наклонился вперёд, спокойно протянул руку и взял со стола его револьвер.

Взрыв зелёного яйца был, естественно, неслучайным. Одна из моих заготовок. Я использовал старый и много раз проверенный метод. Послал туда крохотный, практически не видимый невооружённым глазом шарик плазмы.

Уверенности, что это сработает, у меня, естественно, не было. Слишком многое могло пойти не так, слишком многое мне было неизвестно.

Шарик могли заметить, могли нейтрализовать, он мог столкнуться с защитой… но, похоже, Орден так полагался на свою несметную армию существ, что дополнительной антимагической защитой изумрудного яйца не озаботился.

Чтобы Паук не заметил моих манипуляций, я заготовил этот шарик ещё до того, как подошёл к столу. Честно говоря, таких шариков было несколько, но сработал первый. Остальные так и оставались пока что в резерве.