— Да я же не отговариваю и не осуждаю! — сказал я, — но просто, чтобы получилось что-то, подобное Барбинизатору, нужно приложить усилия. Там девочки бросили вызов Ордену и сражались за право так жить.
— Можешь мне не рассказывать, — пожала плечами Амина.
— Я помню, что ты была там, но это уже продолжение борьбы. Сложнее всего начать, бросить вызов, сделать первый шаг! Тут будет не хуже, когда всё разовьётся, а может, даже и лучше! — сказал я.
— Это всё понятно! — легкомысленно отмахнулась Амина, — но дело ведь в другом! Мы с тобой люди другого склада, покой нам только снится! Мы не любим сидеть на одном месте, нас не интересует спокойная сытая жизнь… мы хотим прокачаться, стать сильнее, ведь так? — и она с улыбкой кивнула на египетскую принцессу.
— Так, — не стал спорить я, — но я хочу это сделать не для себя, а чтобы перестать терять людей. Чтобы любой враг, каким бы сильным он ни был, не мог бросить нам вызов.
— Вот видишь! — подняла указательный палец вверх Амина, — ТЫ хочешь стать сильным, чтобы ТЫ не терял людей, и ТЫ мог противостоять любому врагу. Это всё тоже удовлетворение твоих желаний, просто сами желания у тебя лучше, чем у других.
— Ну да, — пожал я плечами, — бессмысленный спор. Ну что, переместим нашу принцессу на какое-нибудь нормальное спальное место?
Но только я прикоснулся к девушке, как она вздрогнула и застонала.
— Хм, — сказала Амина, — удивительно! Очень энергичный экземпляр! Никто так быстро в себя не приходит… а она ведь сотни лет была мертва… или нет? А вдруг её недавно сюда закатали? — внезапно оживилась Амина, — может же такое быть? Вдруг это всё хитрая подстава, и девочка умерла не так уж и давно?
— Вряд ли, — задумался я, — тряпки вон, вроде бы старые… да и зачем кому-то такое проворачивать?
— Если мы не знаем зачем, то это не значит, что делать такое вообще незачем! — сказала Амина, — может быть, просто наших знаний для этого не хватает!
Принцесса вдруг резко села и уставилась на нас. Она несколько раз открыла рот, видимо, желая что-то сказать, но не могла произнести ни звука. Её попытки делали её похожей на рыбу, вытащенную из воды.
— Ладно! — сказала Амина и двинулась к принцессе, но та попыталась вскочить, — подержи её, а то снова смоется! — быстро сказала мне воскресительница.
Я подскочил к принцессе и обнял её сзади, крепко сжав в объятиях. Она трепыхалась, пыталась вывернуться, но я удерживал её крепко. Амина взяла её за виски двумя руками и приложила свой лоб к её лбу.
Сначала принцесса начала вырываться более активно, но потом вдруг обмякла, как будто процесс её заинтересовал.
Через некоторое время Амина отстранилась, посмотрела внимательно на девушку и спросила:
— Ты сейчас понимаешь, что я говорю?
Я почувствовал, как девушка напряглась в моих руках, услышав слова Амины, некоторое время о чём-то раздумывала, после чего неуверенно кивнула.
— Он тебя сейчас отпустит, только ты не убегай, ладно? Мы не желаем тебе зла, но если ты заблудишься в этом тумане, то можешь умереть, — сказала Амина.
Девушка снова выдержала паузу и кивнула.
Я разжал объятия и, обойдя девушку, уселся напротив неё, рядом с Аминой.
— Это что, заклинание перевода? — удивился я.
— Нет, лучше! Это заклинание языковой адаптации! — сказала Амина, — оно у меня уже очень давно, но вот сейчас впервые пригодилось. Она должна сейчас воспринимать русский, как свой язык. Не переводить, а именно думать и говорить на нём.
— Говорить? — сказала девушка неожиданно ясным и чистым голосом.
— Да, говорить, — кивнула Амина, — видишь ли, мы не знаем, что ты помнишь о себе и не сможем в двух слова рассказать, что происходит, потому что… потому что всё невероятно сложно!
— Сложно? — спросила девушка всё таким же чистым голосом. И не скажешь, что совсем недавно она лежала мумией.
— Ты помнишь о себе хоть что-нибудь? — спросила Амина, — кто ты? Откуда? Как тебя зовут?
Девушка задумалась. Думала напряжённо, так что даже начала морщить лобик… но в результате только растерянно посмотрела на нас.
— Ничего не помню! — сказала она, — совсем ничего!
— Даже как тебя зовут? Имя своё хоть помнишь? — спросил я.
Девушка снова задумалась, но в итоге лишь отрицательно покачала головой.
— Ты нас больше не боишься? — спросила Амина.
— Я не знаю! — сказала девушка и вдруг поёжилась, после чего посмотрела на себя, — что это со мной? — удивилась она, — я одета совсем не так, как вы!
— Не знаю, поймёшь ты или нет… — начала Амина, — но, судя по всему, ты египетская принцесса и ты долго была мертва. Лежала в каменном ящике. Возможно, что сотни лет! Я тебя воскресила, потому что обладаю уникальным даром… но ты никому про это не рассказывай, хорошо?
— А почему я умерла? — серьёзно спросила девушка.
— Понятия не имеем! — сказала Амина, — если просто, то к нам в руки попал твой саркофаг с телом, и мы решили попробовать тебя воскресить.
— Зачем? — задала резонный вопрос принцесса.
— Причины были, их несколько, одна, это моё желание проверить предел своих возможностей. Могу ли я оживить человека, который умер настолько давно!
— Получилось? — искренне спросила принцесса.
— Как видишь! — улыбнулась Амина.
— Ой! — принцесса прикрыла рот ладонью, поняв, что речь идёт про неё.
— Язык языком, но странно, что ты понимаешь всё, что мы говорим! — сказал я, — в твоё время и в твоей стране многих понятий вообще могло не быть!
— Я же тебе сказала, что это не переводчик, это языковая адаптация. Она вместе с языком и культурный слой впитала. Не удивлюсь, что даже цитаты из советских фильмов ей знакомы, только вот сами фильмы она, естественно, никогда не видела.
— Фильмы? — удивлённо сказала принцесса, — а-а-а-а, фильмы! — тут же расплылась в улыбке она.
— В общем, так, — сказала Амина, — здесь есть не только мы, другие люди тоже. Но ты сейчас будешь находиться под моей опекой. Я тебя воскресила, поэтому чувствую ответственность. Держись всё время рядом, я тебя в обиду не дам, со всеми познакомлю и постепенно введу в курс дела. Раз уж ты теперь жива, то придётся жить. Единственный способ всё это прекратить, так это снова умереть, но не думаю, что ты этого хочешь.
— Не хочу! — уверенно сказала девушка.
— Тогда придётся постепенно осваиваться, — сказала Амина, — нравится тебе это или нет, но в ближайшее время мы с тобой будем связаны, пока ты окончательно не адаптируешься и не поймёшь сама, где хочешь жить и чем заниматься.
— Адаптируешься? — нахмурилась девушка, — а-а-а-а-а, адаптируюсь! — улыбнулась она.
— Похоже, некоторые слова всплывают не сразу, но со временем процесс наверняка ускорится. Чем больше ты будешь общаться, тем увереннее себя будешь чувствовать в нашем мире.
— В вашем мире? — испугалась девушка, — это другой мир?
— Нет, мир тот же, но другое время и другое место… в общем, мир просто сильно изменился, — сказала Амина, — не знаю, поверишь ты или нет, но в мир пришла магия!
— Пришла? — удивилась принцесса, — а разве она не всегда здесь была?
— Удивительно! — сказал я, — ведь я сам через это прошёл, но так и не могу понять, как это работает. Как можно ничего не помнить, но в то же время всё понимать? Это просто удивительно!
— Сам прошёл? — удивилась девушка, — ты тоже из другого места и времени?
— Нет, я из этого, но просто мне тоже довелось умереть, — вздохнул я.
— Ужас! — сказала принцесса, — вы говорили про какой-то саркофаг, можно мне на него взглянуть? — сказала она и в очередной раз поёжилась.
— Можно, — сказала Амина, — накинь на себя одеяло, чего ты трясёшься? Надо тебе одежду подобрать. Лучше у Маши, наверное, спросить, да? — повернулась она ко мне.
— Да, здесь делать точно нечего, — сказал я, вставая, — пойдёмте к обжитым местам.
По пути мы всё же завернули в фургон и показали девушке её саркофаг. Она заглянула внутрь, нагнулась, некоторое время перебирала руками тряпки и хмурилась. Потом подошла и уставилась на крышку. Некоторое время смотрела и вдруг сказала:
