— А теперь фу! — преувеличенно надулась Алиса, — забираю свои слова про мастера обратно. Ты растерял все заработанные очки галантного кавалера.

— Во, опять! — обрадовался Петя, — галантный кавалер! Точно, она от нас что-то скрывает!

— Не советую тыкать в меня палкой, — сказала Алиса строго, — я ведь, как-никак, фурия. Вдруг психану?

— Понял, умолкаю! — тут же сказал Петя и заговорщицки переглянулся со мной.

Мы снова шли некоторое время молча.

— Пить хочу! — вдруг заявила Алиса.

— Чего это вдруг? — удивился я.

— В смысле? — посмотрела она на меня, — думаешь, я не могу испытывать жажду?

— Можешь, но ты как-то очень требовательно нам это сообщала, — пожал я плечами.

— Давайте остановимся ненадолго, — сказал Петя, — я принесу воды из кармана.

Поскольку Петя, а следовательно, и все запасы кармана были с нами, шли мы налегке, не обременяя себя никаким грузом. У меня разве что клюшка для гольфа висела на поясе, да ещё несколько артефактов было рассовано по карманам. Но ни воды, ни еды мы на себе не тащили.

Мы уселись на чудом уцелевшую лавочку возле подъезда ближайшего дома, после чего Петя тут же исчез в кармане. Собаки прибежали и улеглись вокруг нас.

— Охрана! — пренебрежительно хмыкнула Алиса.

— Не нужно их недооценивать, — сказал я.

Алиса ещё не видела, как мои адские гончие умеют трансформироваться. Впрочем, вообще, мало кто это видел. Ну ничего, сюрприз будет!

Вернулся Петя не один. С ним пришли Тао и Амина.

— Мы пойдём с вами, — сказала воскресительница, — наша теплолюбивая принцесса плохо переносит холод. Похоже, что в самом деле родом из Египта. Даже наши шубы не помогают, страдает бедняжка.

— Я не страдаю, мне просто не нравится, — возмутилась Таосетра, — и если надо, могу находиться там и дальше.

— Это её королевская кровь бунтует против того, чтобы к ней проявляли жалость, — улыбнулась Амина, — чем больше её узнаю, тем больше верю, что она настоящая принцесса.

— А что, до этого сомневалась? — удивился я, — саркофаг тебя недостаточно убедил?

— Так-то в саркофаг можно уложить кого угодно, — сказала Амина, — ну так что, как здесь дела?

— Всё в порядке, — сказал я, — мы не ошиблись и впереди, в самом деле, находится отряд Шторма. Алиса уже слетала к ним и сказала, что нужно делать. Они сейчас идут нам навстречу, и скоро мы объединимся.

— А Орден? — спросила Амина.

— Без изменений, — вздохнул я, — движется сюда, но, хорошо, что медленно. Похоже, их что-то сдерживает, но это нам только на руку. В принципе их скорость совпадает с их планами. Ведь возле Барбинизатора они должны быть только завтра… или послезавтра. Это зависит от того, считать ли последний день.

Тао стояла и с интересом вертела головой по сторонам. И хотя «пейзаж» вокруг был не особо привлекательный, скорее даже наоборот, однако для неё даже он значительно расширял знания о мире, в котором она оказалась. Её память была как белый лист и требовала заполнения хоть какой-нибудь информацией. Поэтому принцесса жадно впитывала всё, что видела.

— Тао, что это у тебя за спиной? — вдруг обратил я внимание на торчащие над её плечами рукояти.

— Мечи… — слегка смутилась принцесса.

— Мечи? — удивлённо повторил я и перевёл взгляд на Амину.

— Да, две катаны, — пожала та плечами, — а что такого?

— Да ничего… но откуда и зачем? Ими же ещё и пользоваться нужно уметь… к тому же разве катаны, это Египетское оружие?

— А что, ей можно пользоваться только Египетским оружием? Что за сегрегация? — возмутилась Амина, — девочка должна уметь за себя постоять, в чём проблема?

— А она умеет? — спросил я, — ведь если оружием не уметь пользоваться, то можно и себя поранить, а не врага.

— Тао, покажи ему! — устало вздохнула Амина.

Принцесса не без удовольствия взялась за рукоятки, а потом стало происходить что-то невообразимое. Она так ловко начала крутить их в руках, что катаны практически не было видно из-за невероятной скорости.

— Али-и-и-и-и-и-ик! — раздался вдруг у меня в голове голос, как будто прорывающийся через помехи, — Алик, это же ты? Да, это ты! Я знал, что ты вернёшься!

Я с ужасом понял, что это голос Паука звучит в моей голове.

Но это был не просто голос, с таким я ведь уже сталкивался. Это была самая настоящая ментальная атака. Судя по всему, происходящее отразилось на моём лице, потому что тут же раздались испуганные крики моих спутников.

С удивлением осознав себя стоящим на коленях и держащимся руками за голову, я тем не менее попытался ответить Пауку.

— Что тебе нужно? — стараясь сохранять самообладание, мысленно проговорил я.

Я не был уверен, что он меня услышит, но он услышал.

— Поговорить! — сказал Паук, и в его голосе почему-то читалась радость.

— О чём? — спросил я.

Звуки голосов моих друзей звучали как будто из-под воды. Я даже чувствовал их прикосновения, но никак не реагировал, будучи полностью вовлечённым в ментальный контакт, который от меня даже не зависел. То есть, я не мог его разорвать, даже возникни у меня такое желание.

— О тебе, — сказал Паук, — о чём же ещё? Ты нам нужен! ОН в тебе очень заинтересован! И чем больше проблем ты нам доставляешь, тем ценнее становишься в его глазах.

— В чьих? — стиснув зубы, мысленно проговорил я. Это общение доставляло мне сильную физическую боль. Хотя это было и неприятно, но приходилось признать, что сейчас я полностью нахожусь во власти Паука.

— Давай встретимся и поговорим, — сказал Паук, — это всё не «телефонный» разговор.

Сказав это, он рассмеялся собственной шутке.

— Я тебе не доверяю!

— И не нужно, — сказал Паук, — я тебя не убью, потому что это расстроило бы ЕГО. А расстраивать ЕГО, это то, чего делать точно не стоит.

— Но я-то могу тебя убить, — сказал я, — и не думаю, что кого-то это расстроит.

— Не можешь, — сказал Паук, — ты ведь уже пытался. Это не в твоих силах.

— Я не вижу смысла для нашего разговора, — сказал я.

— Смысл в том, что если ты откажешься, все те, кто тебе дорог, погибнут. А если согласишься, то, как знать, может быть, и выторгуешь их жизни в обмен на свою. Поверь, тебе ничего не угрожает, так что ты ничем не рискуешь. А вот если откажешься, то ситуацию придётся решать силовым методом, — сказал Паук, — ради этого разговора я даже отложу зачистку востока Москвы, которую мы уже начали. А это, поверь мне, очень непросто. Сдерживать такую массу жаждущих крови существ очень тяжело. Но я пойду на это, ради нашей беседы. Видишь, как много ты значишь?

— Хорошо, согласен! Где встретимся? — спросил я.

— На Щелчке. Там возле метро длинная эстакада, давай на ней, прямо посерединке. Свою армию я оставлю в километре, ты своих тоже ближе не приводи. Не нужно, чтобы кто-то нам мешал, договорились? — вкрадчиво сказал Паук.

— Договорились! Завтра на рассвете! — ответил я, хотя его тон мне совершенно не нравился и наверняка без подвоха не обойдётся. За версту несло подставой.

Однако я решил сыграть в его игру. Во-первых, это позволяло выиграть немного времени, а во-вторых, давало возможность подобраться к Пауку максимально близко. Как знать, вдруг в этот раз я найду способ его убить. Попытка не пытка. Если получится это сделать, то я смогу предотвратить большую драку и множество жертв.

Ментальная хватка исчезла так же неожиданно, как появилась. На меня обрушились звуки мира, как будто кто-то резко прибавил громкость в колонках.

— Всё в порядке! — громко сказал я, вскидывая руки, чтобы остановить поток обеспокоенных криков.

— Что произошло? — спросила Амина после того, как все замолчали.

— Сеанс ментальной связи с Пауком, — сказал я.

— И? — подняла брови Алиса.

— Он предлагает встретиться и поговорить, — сказал я, вставая с колен.

— Но ведь ты же отказался, верно? — с надеждой спросила Амина.

— Нет, я согласился, — сказал я, — завтра на рассвете мы встречаемся возле метро Щёлковская, на эстакаде.