И впервые за несколько дней я почувствовала, что снова могу дышать.

Мы не поехали домой.

Дмитрий отвёз меня в небольшой загородный дом, о котором я даже не знала.

Там не было охраны на каждом шагу, огромных окон с видом на город и ощущения, что я живу внутри дорогого журнала.

Только лес за окнами, камин и тишина.

— Ты часто сюда приезжаешь?

— Редко.

— Почему?

— Потому что здесь никто не может меня найти.

Я посмотрела на него.

— Кроме тебя?

— Кроме меня.

Он поставил мои вещи у лестницы.

— Здесь безопасно.

— А Романов?

— Не знает об этом месте.

Я кивнула.

Дмитрий снял пальто.

— Я приготовлю чай.

Я не удержалась.

— Ты умеешь?

Он посмотрел на меня.

— Я умею всё.

— Вот сейчас я узнаю прежнего Дмитрия.

— Не могу же я полностью испортиться за один день.

Я улыбнулась.

Он ушёл на кухню.

А я осталась стоять посреди комнаты.

Это место было совсем не похоже на него.

И, наверное, именно поэтому мне здесь понравилось.

Через несколько минут Дмитрий вернулся с двумя чашками.

Поставил одну передо мной.

— Только не говори, что это опять слишком сладко.

Я отпила.

— Ужасно.

— Отлично.

Я засмеялась.

Он тоже.

А потом мы снова замолчали.

На этот раз молчание не давило.

Но я знала: разговор всё равно должен состояться.

— Расскажи мне правду.

Дмитрий поставил чашку на стол.

— Хорошо.

Он начал с проекта.

С того самого проекта, о котором говорил Романов.

Несколько лет назад Дмитрий вместе с Андреем участвовал в крупной строительной сделке.

Анастасия тогда не имела отношения к бизнесу напрямую, но знала, что проект создаёт серьёзные риски.

— Она просила меня отказаться, — сказал Дмитрий.

Я слушала молча.

— Почему?

— Потому что увидела документы, которые я тогда не заметил.

Он посмотрел на меня.

— В проекте были финансовые нарушения. Не со стороны моей компании. Один из подрядчиков использовал чужие счета.

— И ты узнал?

— Слишком поздно.

— Что произошло?

— Я остановил сделку.

Я нахмурилась.

— Тогда почему Романов обвиняет тебя?

— Потому что из-за этого решения он потерял деньги.

Дмитрий замолчал.

— И считает, что я сделал это намеренно.

— А Анастасия?

Он тяжело вздохнул.

— В тот день она была со мной.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось.

— В день аварии?

— Да.

Он смотрел в огонь.

— Мы поссорились. Она хотела, чтобы я немедленно прекратил сотрудничество с людьми, которые были связаны с этим проектом. Я собирался сделать это утром.

— Но не успел.

Он кивнул.

— Я не успел.

Я осторожно коснулась его руки.

— Дмитрий…

— Она погибла не из-за меня.

Я ничего не ответила.

— Но я годами думал, что если бы я послушал её раньше, всё могло быть иначе.

В его голосе не было оправдания.

Только боль.

Я поняла.

Он не просто переживал смерть Анастасии.

Он винил себя за то, что не смог её спасти.

— Поэтому ты не позволял себе снова кого-то любить?

Он посмотрел на меня.

— Поэтому я решил, что любовь делает человека уязвимым.

— А я?

Он слабо улыбнулся.

— А ты разрушила всю мою теорию.

Я улыбнулась сквозь слёзы.

— Очень рада оказаться полезной.

Он взял меня за руку.

— Ты не понимаешь, как сильно я боялся.

— Я тоже боялась.

— Чего?

Я посмотрела ему в глаза.

— Что однажды ты посмотришь на меня и увидишь в первую очередь Анастасию.

Он сразу покачал головой.

— Никогда.

— Но она была частью твоей жизни.

— Да.

— Шесть лет.

— Да.

— А я появилась в твоей жизни с контрактом.

Дмитрий поморщился.

— Не напоминай.

Я тихо рассмеялась.

— Ты сам предложил.

— Это была самая большая ошибка в моей жизни.

— Правда?

Он посмотрел на меня.

— Я думал, что покупаю жену.

Я замерла.

Он сжал мою руку.

— А в итоге встретил женщину, без которой больше не представляю своей жизни.

Слёзы снова выступили у меня на глазах.

— Дмитрий…

— Подожди.

Он достал из внутреннего кармана пиджака небольшой конверт.

Положил его на стол.

— Что это?

— Наш контракт.

Я замерла.

— Зачем он тебе?

— Больше не нужен.

Он разорвал его пополам.

Потом ещё раз.

И ещё.

Я смотрела на бумагу.

На те самые страницы, с которых всё началось.

— Ты мог просто расторгнуть его.

— Мог.

Он выбросил обрывки в камин.

Бумага быстро исчезла в огне.

— Но я хотел, чтобы ты увидела.

Я смотрела на пламя.

— Что?

— Что между нами больше нет сделки.

Я подняла глаза.

— Совсем?

— Совсем.

Он придвинулся ближе.

— Ни денег. Ни обязательств. Ни условий.

— А если я завтра передумаю?

— Я всё равно оплачу всё, что обещал Маше.

Я нахмурилась.

— Дмитрий…

— Это не цена за тебя.

Он взял моё лицо в ладони.

— Это обещание, которое я дал человеку, которого люблю.

У меня дрогнули губы.

— Я тоже люблю тебя.

Он закрыл глаза.

Будто эти слова всё ещё были для него чем-то невероятным.

— Скажи ещё раз.

— Не наглей.

Он улыбнулся.

— Один раз можно.

Я прижалась лбом к его лбу.

— Я люблю тебя.

Он поцеловал меня.

Нежно.

Без спешки.

Без страха.

Без той границы, которую мы так долго боялись переступить.

Я обняла его.

И впервые за всё время почувствовала, что между нами действительно ничего не осталось.

Ни контракта.

Ни игры.

Ни необходимости притворяться.

Только мы.

Позже мы сидели у камина.

Я положила голову ему на плечо.

— А что теперь будет с Романовым?

— Я разберусь.

Я подняла голову.

— Нет.

Дмитрий посмотрел на меня.

— Что?

— Мы разберёмся.

Он улыбнулся.

— Ты уверена?

— Абсолютно.

— Тогда у меня плохие новости.

— Какие?

— Ты больше никогда не сможешь сказать, что это только мои проблемы.

Я рассмеялась.

— Придётся смириться.

Он поцеловал меня в висок.

— Есть ещё кое-что.

— Что?

— Я хочу вернуть тебе твою свободу.

Я нахмурилась.

— Какую?

— Ты больше ничего мне не должна.

Я посмотрела на него.

— Я знаю.

— Нет. Я хочу, чтобы ты это действительно поняла.

Он взял мою руку.

— Если завтра ты скажешь, что хочешь уйти, я отпущу.

Я почувствовала, как в груди стало тесно.

— А если не хочу?

— Тогда останешься.

— Просто так?

— Просто так.

Я улыбнулась.

— Знаешь, Дмитрий, ты стал ужасно романтичным.

— Не распространяй.

— Почему?

— Репутация пострадает.

Я засмеялась.

Он обнял меня крепче.

И вдруг я поняла, что впервые за долгое время мне не страшно думать о завтрашнем дне.

Ночью я проснулась от того, что Дмитрий сидел у окна.

Лунный свет падал на его лицо.

— Ты чего не спишь?

Он обернулся.

— Думаю.

— Опасное занятие.

— Очень.

Я села рядом.

— О чём?

Он посмотрел на меня.

— О том, что завтра всё изменится.

— Почему?

— Потому что я собираюсь закончить эту историю.

Я нахмурилась.

— С Романовым?

— Да.

— Ты уверен?

— Да.

— И что будешь делать?

Он улыбнулся.

— На этот раз не буду делать всё один.

Я положила голову ему на плечо.

— Хорошо.

Он поцеловал меня в волосы.

— Аля?

— М?

— Спасибо, что осталась.

Я закрыла глаза.

— Спасибо, что пришёл.

И впервые за всё время мне показалось, что прошлое действительно осталось позади.