— Нет.

— Уже хорошо.

— Только когда уверен, что они придут.

Улыбка исчезла.

— А если не приду?

— Придете.

— С чего вы взяли?

— Потому что вам нужны деньги.

Я сжала телефон.

Попал.

Именно это бесило сильнее всего.

Не то, что он знал.

А то, что он говорил об этом так, словно имел право.

— Вы очень самоуверенный человек, Дмитрий...

— Соколов.

— Дмитрий Соколов.

— Мне часто это говорят.

— Наверное, люди просто боятся говорить что-нибудь другое.

В трубке повисла тишина.

Я уже подумала, что перегнула.

Но он вдруг тихо рассмеялся.

Не громко.

Не весело.

Скорее с удивлением.

— Значит, чувство юмора у вас сохранилось.

— Это пока единственное, что у меня осталось.

— Тогда оно вам понадобится.

Я почувствовала, как внутри поднимается раздражение.

— Вы можете просто сказать, чего хотите?

— При личной встрече.

— Я не поеду к вам в офис.

— Хорошо.

Я даже растерялась.

— Хорошо?

— Тогда я приеду к вам.

Я посмотрела на пустой коридор.

— В больницу?

— Да.

— Не надо.

— Почему?

— Потому что мне сейчас меньше всего нужен бизнесмен в дорогом костюме посреди больничного коридора.

— Тогда выбирайте место сами.

Я замолчала.

Это было странно.

Слишком странно.

Я вообще не понимала, почему человек вроде него знает о моей сестре.

Почему звонит мне.

Почему говорит со мной так, будто мы уже договорились.

И самое главное — почему от его голоса у меня возникало ощущение, что я стою на краю чего-то очень опасного.

— Сколько? — спросила я.

— Что?

— Сколько денег вам от меня нужно?

— Ни сколько.

— Тогда что вам нужно?

Снова пауза.

На этот раз длиннее.

— Жена.

Я решила, что ослышалась.

— Что?

— Мне нужна жена, Александра.

В коридоре кто-то уронил металлический поднос.

Грохот разнесся по стенам.

Я даже не вздрогнула.

Потому что в голове прозвучало только одно слово.

Жена.

Я посмотрела на экран телефона, словно могла увидеть там его лицо.

— Вы ошиблись номером.

— Нет.

— Дмитрий, я не знаю, что вы там себе придумали, но...

f

— Мне нужна фиктивная жена.

Я закрыла глаза.

Раз.

Два.

Три.

— А.

Очень содержательно.

На другом конце снова послышался тот самый короткий смешок.

— Рад, что вы поняли.

— Нет, я не поняла.

— Поймете.

— Вы предлагаете мне выйти за вас замуж?

— Формально.

— А неформально?

— Не предлагал.

Я потерла висок.

— Это какой-то розыгрыш?

— Нет.

— Съемка скрытой камеры?

— Нет.

— Тогда у вас проблемы.

— Возможно.

— Серьезные.

— Вероятно.

— И вы считаете нормальным звонить незнакомой женщине и предлагать ей фиктивный брак?

— В моей ситуации — да.

— А в вашей ситуации почему нельзя найти кого-нибудь другого?

— Потому что нужна именно вы.

Я замолчала.

Это прозвучало неожиданно серьезно.

Без игры.

Без улыбки.

— Почему?

— Обсудим при встрече.

Я посмотрела на дверь реанимации.

Сердце неприятно сжалось.

— И что я получу?

— Деньги на операцию вашей сестры.

Я перестала дышать.

Всего на несколько секунд.

Потом медленно выдохнула.

— Сколько?

— Сколько потребуется.

Вот теперь он действительно меня заинтересовал.

Не потому, что я хотела продать себя.

Нет.

Я просто слишком хорошо знала цену операции.

Я знала, сколько стоили препараты.

Сколько стоило оборудование.

Сколько стоил каждый день пребывания в этой больнице.

Я знала, сколько денег уже заняла у друзей.

Сколько сняла с кредитки.

Сколько получила авансом на работе.

И знала главное.

Этого не хватало.

Катастрофически.

— На каких условиях?

— Год.

— Что год?

— Наш брак длится один год.

Я молчала.

— Публичные мероприятия. Несколько интервью. Совместные выходы. Иногда поездки. Вы живете со мной.

— Нет.

Ответ вылетел автоматически.

— Хорошо, — спокойно сказал он.

Я нахмурилась.

— Что значит «хорошо»?

— Значит, продолжим обсуждение условий.

— Вы вообще слышали слово «нет»?

— Слышал.

— И?

— Обычно оно означает, что человек хочет поторговаться.

Я невольно фыркнула.

— Вы невыносимый.

— Мне тоже так говорили.

— Кто?

— Люди, которые работали со мной.

— И никто не ушел?

— Некоторые пытались.

— И?

— Большинство вернулось.

Я покачала головой.

Даже по телефону он умудрялся раздражать меня.

И почему-то это было почти приятно.

Потому что последние сутки я говорила только с врачами.

С чиновниками.

С банком.

С родственниками, которые звонили с вопросом «как она?», а потом предлагали молиться.

Я уже устала быть человеком, которому сочувствуют.

А этот мужчина не сочувствовал.

Он просто делал предложение.

Странное.

Безумное.

Но конкретное.

— Где встречаемся? — спросила я.

На том конце снова повисла тишина.

Будто теперь удивился уже он.

— Вы согласны?

— Я сказала, что встречусь.

— Завтра в десять.

— Я работаю.

— Вы архитектор-реставратор?

Я замерла.

— Вы и это знаете?

— Я подготовился к разговору.

— Пугает.

— Не было цели напугать.

— Получилось.

— Завтра в десять.

— Хорошо.

— Я пришлю адрес.

— У вас и мой адрес есть?

— Да.

Я посмотрела в окно.

За стеклом медленно темнел город.

— Соколов?

— Да.

— Если это какой-нибудь больной розыгрыш...

— Это не розыгрыш.

— Если вы собираетесь унизить меня...

— Не собираюсь.

— Если...

— Александра.

Он произнес мое имя так спокойно, что я вдруг замолчала.

— Я не звоню вам ради развлечения.

Несколько секунд мы молчали.

— Хорошо, — сказала я.

— До завтра.

Связь оборвалась.

Я еще долго держала телефон у уха.

Потом медленно опустила руку.

Жена.

Фиктивная.

На год.

За деньги.

Я посмотрела на дверь реанимации.

— Ну что, Машка, — тихо сказала я. — Кажется, у твоей старшей сестры появился очень странный план.

Дверь в этот момент открылась.

Я вскочила.

На пороге стоял врач.

И по его лицу я сразу поняла: разговор будет тяжелым.

— Александра Ветрова?

— Да.

— Нам нужно поговорить.

Я сглотнула.

— С ней что-то случилось?

— Нет. Состояние стабильное.

Я выдохнула.

— Но?

Он посмотрел на меня внимательно.

— Операцию желательно провести как можно скорее.

Я кивнула.

— Я найду деньги.

Сама не знаю, почему произнесла это с такой уверенностью.

Наверное, потому что иначе нельзя.

Наверное, потому что старшая сестра не имеет права говорить: «Я не могу».

Даже если может.

Даже если внутри уже ничего не осталось.

— Вы понимаете стоимость?

— Да.

— Это большая сумма.

— Я найду.

Врач кивнул.

— Хорошо. Тогда завтра утром поговорим подробнее.

Он ушел.

А я снова осталась одна.

Я достала телефон.

На экране уже было новое сообщение.

От Дмитрия Соколова.

Адрес.

Время.

И всего одна фраза:

«Не опаздывайте, Александра. Я не люблю ждать».

Я перечитала сообщение дважды.

Потом усмехнулась.

— А я, Дмитрий Соколов, не люблю, когда мне указывают, что делать.

Пальцы сами набрали ответ.

«А я не люблю самоуверенных мужчин в дорогих костюмах».

Я почти отправила.

Но остановилась.

Стерла.

Написала другое: