— Между нами многое есть.

Я подняла глаза.

— Например?

Он не ответил.

Я встала.

— Вот видишь.

— Аля…

— Не надо.

— Ты не понимаешь.

— Тогда объясни.

Он сделал шаг ко мне.

— Я пытаюсь.

— Очень плохо получается.

— Потому что ты не даёшь мне времени.

— У тебя был почти месяц.

Он остановился.

— И что ты хочешь от меня услышать?

Я почувствовала, как к горлу подступают слёзы, и разозлилась ещё сильнее.

— Правду.

— Какую?

— Что тебе нравится быть со мной.

Он посмотрел прямо на меня.

— Нравится.

Сердце ударило сильнее.

— Что ты скучаешь, когда меня нет?

Пауза.

— Да.

— Что ты ревнуешь меня не потому, что я твоя жена по контракту?

Он сжал челюсть.

— Да.

Я почти не дышала.

— Тогда скажи, почему.

Он молчал.

И я поняла.

Сделала шаг назад.

— Потому что ты боишься.

— Чего?

— Что я стану для тебя кем-то настоящим.

Он резко приблизился.

— А если уже стала?

Я замерла.

Между нами осталось совсем немного расстояния.

— Тогда почему ты всё время отталкиваешь меня?

— Потому что не знаю, что с этим делать.

— А я знаю?

Он смотрел мне в глаза.

— Нет.

— Тогда перестань решать за нас обоих.

Несколько секунд мы просто стояли друг напротив друга.

Слишком близко.

Слишком тихо.

Я видела, как он тяжело дышит.

Он поднял руку и коснулся моей щеки.

Очень осторожно.

Будто боялся, что я исчезну.

Я не отступила.

И это стало последней каплей.

Дмитрий наклонился.

Наши губы встретились.

Всего на мгновение.

Но этого мгновения оказалось достаточно, чтобы весь мой разум забыл о существовании договора.

Поцелуй был неожиданно нежным.

Не таким, каким я представляла его в своих фантазиях.

Не властным.

Не требовательным.

Просто настоящим.

Я закрыла глаза.

Моя рука сама легла ему на плечо.

Он чуть отстранился, посмотрел на меня и снова коснулся моих губ.

На этот раз дольше.

У меня перехватило дыхание.

Я совершенно забыла, что собиралась сказать.

Забыла про контракт.

Про Анастасию.

Про правила.

Про то, что мы вообще-то должны были изображать любовь, а не чувствовать её.

А потом Дмитрий резко отступил.

Будто очнулся.

Его рука опустилась.

— Нет.

Я открыла глаза.

— Что?

Он провёл ладонью по лицу.

— Это ошибка.

Слово ударило сильнее, чем я ожидала.

— Ошибка?

— Да.

Я отступила.

— Понятно.

— Аля…

— Не надо.

— Я не хотел…

— Хотел.

Он замолчал.

Я посмотрела на него и заставила себя улыбнуться.

— Ничего страшного.

— Это не так.

— Конечно.

Я отвернулась.

— Мы просто немного забылись.

— Именно.

Я кивнула.

— Тогда давай больше не забываться.

Он ничего не ответил.

Я пошла к лестнице.

На первой ступеньке остановилась.

— И знаешь что?

Дмитрий поднял взгляд.

— Что?

Я посмотрела ему в глаза.

— В следующий раз, когда будешь говорить, что между нами только контракт, постарайся хотя бы не целовать меня так, будто сам в это не веришь.

Я ушла наверх.

Закрыла дверь спальни.

Прислонилась к ней спиной.

И только тогда позволила себе закрыть глаза.

Мои губы всё ещё помнили его прикосновение.

А сердце уже прекрасно понимало то, чего мой разум так старательно избегал.

Это был не просто поцелуй.

Это была первая настоящая трещина в нашем договоре.

И хуже всего было то, что я не хотела её заделывать.

Глава 13. Чемоданы

Глава 13. Чемоданы

Утром я проснулась с одной-единственной мыслью.

Поцелуй.

Стоило открыть глаза, и память тут же услужливо вернула мне вчерашний вечер во всех подробностях, от его взгляда до того самого момента, когда Дмитрий отступил и сказал:

«Это ошибка».

Прекрасно.

Просто замечательно.

Мой мозг решил начинать каждое утро именно с этого.

Я уткнулась лицом в подушку.

— Забудь, — пробормотала я себе.

Подушка, как обычно, не помогла.

Я встала, приняла душ и долго выбирала одежду, хотя раньше могла собраться за десять минут. В конце концов остановилась на простых брюках и свитере.

Мне было всё равно, что надеть.

Абсолютно.

Особенно для человека, который сегодня утром вообще не собирался думать о Дмитрии.

Я вышла из спальни.

На кухне было тихо.

Кофемашина работала.

Дмитрий стоял у окна.

Он уже был одет для работы: тёмный костюм, белая рубашка, часы на запястье. От вчерашнего мужчины, который смотрел на меня так, будто вокруг не существовало никого, не осталось ничего.

Словно я всё придумала.

Он обернулся.

— Доброе утро.

— Доброе.

Мы оба замолчали.

Он первым отвёл взгляд.

— Кофе?

— Нет, спасибо.

— Уверена?

— Более чем.

Он кивнул.

— Хорошо.

Я села за стол.

Дмитрий взял телефон.

— Сегодня вечером у меня встреча.

Я подняла глаза.

— Хорошо.

— Возможно, поздно вернусь.

— Хорошо.

Он посмотрел на меня.

— Ты злишься?

Я едва не рассмеялась.

— Нет.

— Тогда почему отвечаешь одним словом?

— Потому что ты сообщил мне расписание.

Он сжал губы.

— Понятно.

— Отлично.

И снова тишина.

Раньше мы в такой ситуации обязательно начали бы спорить.

Сегодня — нет.

Он допил кофе.

— Я поехал.

— Удачи.

Он остановился возле двери.

Я ждала, что он скажет хоть что-нибудь.

Но Дмитрий просто кивнул и ушёл.

Дверь закрылась.

Я посмотрела на неё.

— Великолепно, Ветрова.

Именно этого ты и хотела.

Чтобы он снова стал чужим.

Только почему тогда так больно?

В следующие дни он словно поставил между нами стеклянную стену.

Не грубил.

Не раздражался.

Не спорил.

И это было хуже всего.

Дмитрий стал безупречно вежливым.

— Доброе утро.

— Как прошёл день?

— Ужин в холодильнике.

— В семь приедет водитель.

Будто я была не его женой, пусть даже фиктивной, а человеком, который временно остановился в его доме.

Он перестал возвращаться к семи.

Сначала в восемь.

Потом в десять.

Потом почти к полуночи.

Иногда я уже спала, когда слышала, как открывается входная дверь.

Он проходил мимо моей комнаты.

Не стучал.

Не останавливался.

Не спрашивал, не нужна ли мне помощь.

И я убеждала себя, что это прекрасно.

Так и должно быть.

Мы вернулись к первоначальным условиям.

Отдельные спальни.

Никаких лишних вопросов.

Никаких чувств.

Никаких поцелуев.

Просто контракт.

Я должна была радоваться.

Почему же тогда каждый вечер смотрела на часы?

Однажды Дмитрий вернулся почти в час ночи.

Я лежала в постели и читала книгу.

По крайней мере, пыталась.

Когда услышала его шаги, сердце предательски ускорилось.

Дверь его спальни закрылась.

И всё.

Я отложила книгу.

— Глупость, — прошептала я.

Но уснуть не смогла.

Прошла неделя.

Целая неделя.

За это время мы ни разу не поссорились.

Ни разу не пошутили.

Ни разу не пили кофе вместе.

И именно тогда я поняла, насколько сильно привыкла к его присутствию.

К его голосу.

К его раздражающему «Не красть мой кофе».

К тому, как он возвращался домой и бросал ключи на консоль.

К его вопросам о моих проектах.

К его привычке читать новости за завтраком.

Даже к тому, как он ворчал, если я оставляла свет включённым.

Я скучала.