— Это не то же самое.

— А мне кажется, что очень похоже.

— Я не Анастасия.

Он вздрогнул.

Я сразу пожалела о сказанном.

— Прости.

— Не надо.

Он провёл рукой по лицу.

— Ты права.

— Дмитрий…

— Нет. Ты права. Я сам виноват.

Я не понимала, что происходит.

— В чём?

— В том, что решил, будто если люблю тебя, то обязан защитить тебя от всего. Даже от правды.

Он взял телефон со стола.

— Я расскажу тебе всё.

Я подняла глаза.

— Что?

— Всё, что знаю о Романове. О проекте. О той истории.

— Сейчас?

— Да.

Но прежде чем он успел продолжить, его телефон снова зазвонил.

Он посмотрел на экран.

На этот раз звонок был от службы безопасности.

— Да.

Я слышала только отдельные слова.

— Где?

Пауза.

— Хорошо. Я понял.

Он отключился.

— Что случилось?

Дмитрий посмотрел на меня.

— Романов нашёл способ добраться до информации о Маше.

У меня внутри всё оборвалось.

— Что?

— Её медицинские документы. Адрес клиники. Расписание врачей.

Я почувствовала, как ноги стали ватными.

— С Машей ничего не случилось?

— Пока нет.

— «Пока»?

Дмитрий подошёл ко мне.

— Мы сейчас отправим к ней охрану.

Я схватила его за руку.

— Я хочу поехать.

— Нет.

— Дмитрий, это моя сестра.

— Именно поэтому ты не поедешь одна.

— Тогда поедем вместе.

Он замер.

Я увидела сомнение в его глазах.

— Хорошо, — сказал он.

Мы направились к двери.

Но у самого выхода Дмитрий вдруг остановился.

— Аля.

— Что?

— Если Романов снова выйдет на связь, ты больше не встречаешься с ним одна.

Я посмотрела на него.

— Хорошо.

Это была правда.

По крайней мере, я хотела, чтобы она ею стала.

Маша была в безопасности.

Когда мы приехали в клинику, её палата находилась под охраной, врачи ничего подозрительного не заметили.

Я только тогда позволила себе выдохнуть.

Маша посмотрела на меня, потом на Дмитрия.

— Судя по вашим лицам, я пропустила что-то интересное.

Я попыталась улыбнуться.

— Ничего интересного.

— Ага.

Она перевела взгляд на Дмитрия.

— Вы поссорились?

— Нет, — одновременно ответили мы.

Маша приподняла бровь.

— Конечно.

Дмитрий впервые за весь вечер едва заметно улыбнулся.

Но улыбка исчезла так же быстро.

Маша посмотрела на меня.

— Аля, выйди со мной в коридор.

Я удивилась.

— Зачем?

— Потому что я твоя сестра и имею право на пять минут личного общения без твоего миллиардера.

Дмитрий фыркнул.

— Я не миллиардер.

— Тогда тем более не понимаю, почему ты так много командуешь.

Маша потянула меня за руку.

В коридоре она остановилась.

— Что происходит?

Я посмотрела на неё.

— Ничего.

— Опять врёшь.

Я закрыла глаза.

— Маша…

— Ты несчастная.

— Я просто устала.

— Нет.

Она мягко взяла меня за руку.

— Ты боишься.

Я не выдержала.

— Да.

— Его?

Я покачала головой.

— Потерять его.

Маша ничего не сказала.

Я впервые произнесла это вслух.

И от этого стало ещё страшнее.

— Тогда не делай то, о чём потом пожалеешь.

Я посмотрела на сестру.

— А если я уже сделала?

— Тогда скажи правду.

Я отвела взгляд.

Слова Маши попали точно в самое больное место.

Когда мы вернулись домой, было далеко за полночь.

Маша осталась в клинике.

Дмитрий почти всю дорогу молчал.

Я тоже.

В квартире он снял пальто и положил ключи на стол.

— Я буду в кабинете.

Я кивнула.

— Хорошо.

Он сделал несколько шагов.

Потом остановился.

— Аля.

— Да?

Он не обернулся.

— Я хочу верить тебе.

У меня защемило сердце.

— Тогда верь.

— Я пытаюсь.

Он ушёл.

Я осталась одна посреди гостиной.

И вдруг поняла, что больше не могу.

Не могу жить между правдой и ложью.

Не могу каждое утро просыпаться рядом с мужчиной, которого люблю, и бояться, что очередная тайна разрушит всё.

Не могу смотреть на него и понимать, что он сомневается во мне.

Я поднялась в спальню.

Открыла шкаф.

На верхней полке всё ещё лежал тот самый чемодан.

Тот, который я когда-то собирала после его молчания.

Тот, который закрыла, когда Дмитрий признался мне в любви.

Я достала его.

И впервые за долгое время мне стало страшно не от мысли, что я могу уйти.

А от мысли, что, возможно, мне придётся.

Я складывала вещи медленно.

Без слёз.

Без истерики.

Просто потому, что больше не знала, что ещё могу сделать.

Когда молчишь — теряешь доверие.

Когда говоришь — можешь потерять человека.

Я застегнула чемодан.

И только тогда услышала шаги за дверью.

Дмитрий остановился на пороге.

Посмотрел на чемодан.

Потом на меня.

Я увидела, как изменилось его лицо.

— Ты уходишь?

Я не смогла ответить сразу.

Потому что в этот момент поняла самое страшное.

Я всё ещё любила его.

И именно поэтому должна была уйти.

— Я не знаю, Дмитрий.

Он медленно вошёл в комнату.

— Тогда почему собрала вещи?

Я посмотрела на него.

— Потому что больше не понимаю, как остаться и не потерять себя.

Он ничего не сказал.

А я впервые за всё время нашего брака увидела в его глазах не злость.

Только страх.

И это было почти невыносимо.

Глава 19. Пустота

Глава 19. Пустота

Я не ушла той ночью.

Наверное, потому что не смогла.

Дмитрий стоял напротив меня, и в его глазах было столько боли, что я вдруг поняла: если сейчас возьму чемодан и переступлю порог, назад дороги может не оказаться.

А я ещё не была готова.

Не к нему.

К себе.

— Я не хочу, чтобы ты уходила, — тихо сказал он.

Я посмотрела на него.

— Тогда почему всё стало так сложно?

Он опустил взгляд.

— Потому что мы оба сделали вид, что умеем жить без страха.

Я ничего не ответила.

Он подошёл к кровати и сел.

Я осталась стоять.

— Я не собираюсь тебя удерживать, — сказал Дмитрий. — Если ты решила уйти, я не стану запирать двери.

Я невольно усмехнулась.

— Спасибо.

— Но я хочу понять.

— Что именно?

Он посмотрел на меня.

— Почему ты решила, что я тебе враг?

У меня защипало глаза.

— Я никогда не думала, что ты враг.

— Тогда почему ты мне не доверилась?

Я не нашла ответа.

Потому что настоящий ответ был слишком простым.

Я испугалась.

Испугалась за него.

Испугалась за Машу.

Испугалась, что если расскажу всё, то он снова закроется.

А ещё я боялась, что Романов говорит правду.

— Я устала, — сказала я.

Дмитрий кивнул.

— Я понимаю.

Он поднялся.

— Спи.

— А ты?

— В кабинете.

Он вышел.

Я закрыла чемодан и поставила его обратно в шкаф.

Не потому, что передумала.

Потому что просто не могла принять решение этой ночью.

Утром его не было.

Я проснулась от непривычной тишины.

Несколько секунд лежала, глядя в потолок, и пыталась понять, почему мне так тревожно.

Потом вспомнила вчерашний вечер.

Чемодан.

Романов.

Ссору.

Страх в глазах Дмитрия.

Я встала.

В квартире было пусто.

На кухне стояла его чашка.

Рядом — моя.

Он всегда оставлял свою справа от кофемашины.

Я машинально взяла её.

Холодная.

Я поставила чашку обратно.

Телефон завибрировал.

Сообщение от Маши:

«Доброе утро. Как ты?»

Я написала:

«Нормально».

Через секунду пришёл ответ:

«Опять врёшь».