Наместник, казначей и невольники испытывали смешанные чувства, с одной стороны хорошо, что не придется уничтожать одного из ордена Ферзя, ибо фигура он заметная, заметать следы будет сложно, Черный Эри и остальные Ферзи противники опасные. С другой стороны члены ордена были как на ладони, а вот Атебьерский вор славился своей неуловимостью.
- Завтра, - распорядился Сардаха, - вы, Эфра и Ланс, будете активно таскаться по тому «стихийно» возникшему базару что раскинулся вокруг ристалища, кого искать вы понимаете, замечайте все необычности. Есть шанс, что он будет там, ибо там трется большая часть города. Ты, Рагадар, отправляешься завтра в Атебьерскую библиотеку.
- Библиотеку? - боевой маг даже икнул.
- Скажешь, что перепутал с борделем, - закатил глаза Сардаха. - Эфра и Ланс и так там часто появлялись, будет подозрительно, если придут туда не в скучный летний день, а в разгар турнира. Тебе нужно разговорить библиотекаря Нарару, подвести тему к Атебьерскому вору, он, наверняка, много о нем знает. Если же это он сам, то есть шанс, что разболтает кое-что чисто из хвастовства.
Рагадар обещал стараться, так же обещал что под любым предлогом останется в Атебьере пока не найдет Атебьерского вора, в свое время он перевернул Черные Дюны в поисках своего медальона, понял что нет его в стране. Кто бы мог подумать, что найдется он не так и далеко.
Проводив боевого мага, Сардаха вернулся на терраску, устало плюхнулся на подушки.
- Нужно снять усталость, друг мой Сардаха, - оскалился вдруг Ашиль.
- Уже, - проворчал наместник. - Видишь, магию запустил.
- Не физическую, нужно морально расслабиться, - казначей кивнул на Эфру.
- Ммм, и что ты предлагаешь? - в глазах уставшего мага, все же загорелся огонек заинтересованности.
- Девочка заслужила награду. Она нам так помогла сегодня. Ты должен ей позволить отомстить тебе, за то, что так надолго оставлял ее у столба. Она этого жаждет.
Эфра, конечно, ни разу не хотела за что-то отомстить хозяину, она ему была благодарна буквально за все и даже за те издевательства у столба. Но, разумеется, сейчас она понимала, что это лишь игра, рождаемая извращенным мозгом Ашиля, поэтому согласно кивнула.
- У меня нет столба, - лицо Сардахи уже не выглядело усталым, теперь наместником завладели предвкушение и интерес.
- Зато у меня есть, - вывалил язык блондин. - В моей пыточной есть много всего, что может приглянуться нашей девочке. Если ты, конечно, дойдешь до нее.
- Что значит дойдешь? - вскинул брови Сардаха.
- Ну ты же гонял своих невольников по всему городу нагишом на четвереньках, - расхохотался Ашиль. - Девочка желает отмщения.
- До твоего дома идти почти через всю улицу, сука! - прошипел Сардаха.
- Хорошо, что ты владеешь мороком, - лицо чернокнижника исказила злая гримаса. В следующую секунду он вдруг повалил Сардаху, крепко сжимая тому горло, и пока наместник пытался отбиться от нападения безумного друга, его безумный же невольник содрал с господина халат. Поясом Сардахи они связали магу огня руки на запястьях, оставив однако достаточно ткани между ними, и, поставив на четвереньки, поясом от халата Ашиля связали таким же образом его ноги под коленями.
- Это наш тебе подарочек, Эфра, - расхохотался казначей.
- И как я должен двигаться? - рявкнул Сардаха.
Внезапно он получил ногой под ребра от Эфры, и, потеряв равновесие, завалился набок, девушка присела рядом и схватила мага за подбородок большим и указательным пальцами.
- Сардаха, - жестко выдала ведьма. - Я не хочу чтобы ты использовал магию для избавления от боли, все остальное пожалуйста, но боль ты должен чувствовать, господин. Наказание должно быть наказанием.
Наместник ничего не ответил, но судя по тому как он опустил глаза, было понятно, что согласен. Сардаха неловко поднялся и, передвигаясь на четвереньках маленькими шашками, пошел вслед за Лансом и Ашилем, Эфра же следовала за ним, иногда нагибалась, чтобы шлепнуть господина по упругому заду.
Вышли за ворота. Когда двинулись по улице Ашиль и Ланс шли впереди, чтобы в сокрытых мороком Сардаху и Эфру никто не врезался. Им встретилась всего пара магов, но и этого было достаточно, чтобы хоть и скрытый магией, но обнаженный и связанный поясами от халатов наместник почувствовал себя загнанным зверем.
В доме казначея Сардаху ловко привязали к столбу этими же поясами. А Эфра тем временем принесла ведро с вымоченными ивовыми прутиками. Прутик бил остро, ломающиеся в ловких руках ведьмы розги обжигали нежную кожу, уже через несколько минут все тело казалось жалили тысячи ос. Сардаха не стонал, но грудь его высоко взымалась, пальцы на ногах он что было силы поджимал.
- Тихо, наместник, - девушка приблизила лицо и положила руки на израненную грудь.
Маг вздрогнул от болезненных, но сладких прикосновений.
- Не трогать тебя? - ведьма слизывала с лица мага катящиеся крупными каплями слезы.
- Трогай меня, - прошептал Сардаха.
- А ты будешь послушным мальчиком? - провела руками по ребрам, причиняя местами легкую боль израненной коже.
- С тобой всегда.
Ведьма опустилась на колени и потерлась щекой о возбужденный ствол.
Сардаха подавал бедра вперед, но ведьма лишь дразнила и не вбирала в рот.
- Хочешь чтобы я поиграла с твоей пушкой, маг?
- Да, пожалуйста, - Сардаха повернул к ней покрытое бисеринками пота лицо.
- Я бы с радостью, - зло прошептала Эфра, - но пока занята.
С этими словами девушка вновь схватила ивовый прут и хлестанула господина прямо по розовеющим отметинам оставленным ранее, Сардаха отчаянно стонал и бился головой о столб. Закончив охаживать господина, Эфра подошла к изнывающему от не меньшего желания Ланса и напрыгнула на него голодно целуя. Маг вошел в ведьму стоя, и сношая ее на руках.
После того как Ланс отпустил ее, Эфра подошла все же к господину и вобрала в рот его плоть.
- Прости, - Сардаха в изнеможении опустился на земляной пол рядом с Эфрой. – В следующий раз я до терплю до конца.
- В следующий раз наказание будет суровее, мой господин, - девушка убрала спутанные мокрые пряди со лица наместника и нежно поцеловала его в лоб.
- Да, моя хорошая, - Сардаха притянул девушку к себе, занявшись наконец самоисцелением.
Чай пили в одной из диванных у Ашиля, терпкий бергамот щедро добавленный в напиток оттенял сладость поданных фиников. Слуги, которых казначей все же не разогнал, подали на стол и с поклоном удалились. Интересное положение было у невольников практически везде на Гайоме - они могли быть ниже слуг, наравне с ними, выше слуг или намного выше, как в случае например с невольницами-любовницами, многие из них жили лучше чем иные законные жены.
- Позволь вопрос, господин, - обратился к Сардахе Ланс.
- Ланс, сука, сколько раз повторять сию идиотскую тавтологию – «не спрашивай можно ли спросить», спрашивай когда хочешь, - проворчал Сардаха.
- Почему тебе нравится быть иногда в роли наказанного раба, господин?
- Легко объяснимо, - пожал плечами Сардаха. - Это бич многих власть имущих или богатых торговцев - слишком многое приходится держать под контролем, за слишком многое нести ответственность, беспокоится и далее по списку. А тут, хоть и на мгновенья, погружаясь в полную беспомощность, ты понимаешь, что не несешь ответственности даже за свои действия, спадает вся тяжесть забот ибо от тебя больше ничего не зависит и вместе с болью выходят накопившиеся тревоги и страхи.
- Что ж моя пыточная к твоим услугам, - расхохотался Ашиль.
- Это не единственная причина, еще мне нравиться, доверять вам, чувствовать себя в во власти, но понимать, что кнут не ударит больше положенного, - разоткровенничался наместник. - Когда я жил в Пустынных Огнях, у меня было там достаточно родственников и друзей, знаете же насколько там принята клановость. Когда началась война Дома Сизых Ночей против Страны Обратной Радуги Пустынные Огни разумно заняли нейтральную позицию, однако были маги добровольцы, что решили выступить за одну из сторон. Из этой категории идиотов был и мой отец, пошел воевать за Страну Обратной Радуги, сдох причем бесславно не полях сражений, а в Безумном лесу. Когда война закончилась победой Дома Сизых Ночей, несколько демонов, стоявших во главе боевых отрядов прибыли в Пустынные Огни и потребовали выдать по одному магу от каждой семьи, клана, члены которых воевали на стороне Страны Обратной Радуги. Мой клан проголосовал за меня. Да, мне было не просто страшно, мне было жутко, дикое отчаяние накрыло меня, мне казалось, что хуже состояния чем то, в котором я был и быть не может. О, оказалось может, еще как может. Как бы тошно мне ни было от решения клана, я понимал, что кого-то выбрать нужно, я ведь тоже голосовал за своего дядьку. Какого же было мое изумление, когда по распоряжению демонов правитель Пустынных Огней показал мне свиток с голосами. За меня проголосовали все... Я бы понял, если бы под этим подписались двоюродные братья, да троюродные тетки, но в свитке стояла подпись моей матери, моей сестры, двоюродного брата с которым мы казалось были так дружны. Вот тогда мне стало намного хуже, но настолько плохо, что мне уже не страшно было умирать. Предательство близких порой оказывается ужаснее страха смерти. Нас раздели и выгнали за стены города, где ожидали нас демоны. Было нас пять магов, всех трясло в неописуемом ужасе, а я был почти спокоен, идя на смертный приговор, подписанный моей матерью.
