- А ты мне нравишься больше, - попытался приободрить Эфру Ланс. - Ты чувственная.

Эфра благодарно кивнула. Только вот Сардахе ее чувственность зачем? Ему и дела не будет до того, что чувствует невольница. Какая ему разница, хочет она его или нет. А Эфра красивая, но обыкновенная, в каштановых волосах пробивается рыжина, глаза обычного серого цвета, большая упругая задница вот у нее, что было бы отлично, не будь она такой худой. А так получается негармонично смотрится. Может не стоит так расстраиваться? Может наместник страшненький?

Сардаха был очень красив. Утренние лучи выгодно освещали его прекрасное строгое лицо, полные губы, ровный нос и завораживающие карие глаза, мужчина откинул назад длинные темные, чуть волнистые волосы и, приподняв полы длинного шелкового халата, шагнул за ворота. Как же он устал таскаться сюда каждый месяц! Устал договариваться с работорговцами, чтобы они заезжали обязательно в Атебьер. Учитывая, что рабов тут никто не покупает - тупейшая идея. Приходилось покупать нескольких рабов для золотодобычи, чтобы хоть как-то оправдать свои действия перед правителем Пустынных Огней, коего просил он заставлять торговцев приезжать к нему. А ведь маг-предметов и маг-металлов в его городе давно придумали, как добывать золото без участия магов - эффективно, быстро, дешево. Наместник же все откладывал, испытания изобретения, рискуя обрести репутацию самодура и ретрограда. Просто ему очень нужны были невольники, определенного склада характера невольники, но такие еще ни разу не попались.

Сегодня наместник уж тоже ни на что особо не надеялся. Ходил считывал ауры рабов. Это легко - невольники слабые маги, не закрыть им перед ним душу. Всем было велено смотреть в пол, рыбы выполняли сие требование неукоснительно. Даже торговцы не решались смотреть на Сардаху. У одного помоста он остановился. Удивленно воззрился на худенького мага с длинными черными волосами.

Стопроцентное попадание, он именно тот, кто ему нужен! И девушка... Сардаха прямо обомлел. Ведьма тоже ему подходит! Пусть не на все сто, но процентов на девяносто, а может и больше. Именно те, кого он искал. А девушка еще и очень хороша собой. Сношаться с ней будет приятным бонусом. Красивая ведьма. Наконец-то судьба упорно поворачивающаяся к нему задом, оценила этого зада вылизывания!

Эфра почувствовала приближение мага заранее. Какая сильная жестокая душа! Какая черная мощная магия. Наместник даже издалека вызывал будоражащие чувства, когда же он приблизился, ведьма ощутила восторг граничащий с экстазом. Она разумеется не поднимала взгляда, но видела полы его длинного халата, то, как мягко, но уверенно ступает он по песку, чувствовала его мускусный запах, а еще веяло от него ароматом сандала и черного перца. Ведьма ощущала на себе его оценивающий, внимательный взгляд.

Сардаха надолго задержался у этого помоста, внимательно разглядывал всех троих. Торговец вытер мигом вспотевшие ладошки о штаны. Ему хотелось продать свой товар, но с самим Сардахой дело иметь было страшно. Для всех на невольничьем рынке было очевидно, что самая красивая здесь рабыня привлекла внимание наместника.

Эфра тоже чувствовала, что маг рассматривает ту красавицу, по душе разливалась такая горечь. Но Сардаха вдруг попросил отвязать Ланса. Удивленный торговец выполнил просьбу, а потом наместник попросил отвязать и ту красавицу. Тут уж Эфра не выдержала, мало того, что ее не купит такой желанный для нее господин, так он еще и купит ту девку вместе с Лансом. И Ланс, ее… Да! Ее Ланс будет жить и сношаться с другой рабыней, а ее продадут какому-нибудь тухлому придурку? Но что она может сделать? Может рискнуть жизнью, ради шанса заговорить. Рискнуть? О, да. Сегодня не плохой день для игр со судьбой.

Ведьма алхимии легко превратила веревки в труху. Работорговец знал, что для нее это не проблема, но с рабской меткой не убежишь, поэтому привязали Эфру чисто для красоты. Сардаха же с удивлением наблюдал, как единственная оставшаяся на помосте рабыня, сбросила веревки, ловко спрыгнула и побежала сверкая великолепным сочным задом.

Работорговец растерялся, за многие тысячи лет его жизни никто из его товаров не совершал на его памяти таких дерзких и вместе с тем глупых поступков, все кто был рядом застыли в немом изумлении. Торговец все же опомнился побежал за девушкой, вскинул зачарованный хлыст, и тот, обхватив ведьму за талию, повалил ее на землю. Работорговец хотел было подскочить к непокорной рабыне, но резко отпрянул, ибо к распластавшейся ничком на земле девушке подошел сам Сардаха. Наступил невольнице на спину.

Эфра почувствовала как ступня наместника, обутая в мягкие сандалии давит ей на поясницу. Хоть бы получилось.

- Если с головой у тебя все в порядке, - ровным тоном выдал Сардаха. - То ты прекрасно понимаешь, что бежать в пустыне Наха некуда, что на рынке полно магов и охраны, тебя тут же схватят. На тебе рабская метка к тому же... В чем причина этого смертельно опасного поступка? Дозволяю тебе говорить.

Получилось! Он дозволил ей говорить!

- Я хотела, чтобы ты обратил на меня внимание, господин. Хочу принадлежать тебе.

- Зачем мне такая непокорная девка? - усмехнулся Сардаха.

- Эта непокорная девка принадлежит работорговцу, а великий Сардаха одним своим видом заставит ее вести себя как до лжно.

- И комплимент, и дерзость, - рассмеялся Сардаха. Да, она ему определенно подходит.

- Что с ней делать, господин? - работорговец не очень понимал настроения Сардахи, убьет он девку или погладит по головке? И заплатит ли ему за нее вообще.

- У тебя порченный товар, - зло посмотрел на него Сардаха. - Рабы разбегаются как ящерицы из-под поднятого камня! Как посмел ты привести к воротам великого Атебьера непокорных невольников?

- Только одна, - попробовал поспорить торговец.

Рынок обмер, тихо стало так, будто бы тут вообще никого не было. Одна идиотка это еще возможно, но чтобы на маленьком пятачке оказалось сразу два конченных придурка...

Магия витала в воздухе, злость наместника витала в воздухе, сжигающий удар мага огня был уж занесен. Так провинившийся торговец, не умеющий следить за своим товаром, после такой ошибки смеет ему еще и дерзить?

- Пол цены за всех троих, - Сардаха не нанес удар.

- Да, господин, - выдохнул торговец, готовый скончаться от страха.

- Подготовь их, - наместник кивнул на ошейники в руках подручного – государственного служащего Атебьра. - И распорядись, чтобы открыли рынок для всех, пусть жители выбирают, теперь уж не скоро приедет к нам караван, нас ждет семь месяцев жаркого лета, не будем мучить торговцев.

Подручный споро поставил невольников на четвереньки и надел на них ошейники с поводками. Побежал выполнять распоряжение наместника. Еще нужно было сообщить, что караван возможно последний в году, Сардаха свое получил, и уж больше не будет ратовать за приезд торговцев. Наместник расплатился с работорговцем, подозвал к себе надсмотрщика за рабами на золотодобыче. Метки контрактов тем временем вспыхнули, и магически рабы оказались освобождены, но торговец передал Сардахе бумаги, подтверждающие его право на владение невольниками.

- Сегодня же отправишь на рудники, - зло посмотрел на надсмотрщика Сардаха. – Двоих же я заберу домашними рабами.

Эфра вздрогнула. Нет! Только не это. Только не Ланс. Как больно стало девушке. Как больно стало Лансу, крупные слезы катились по его прекрасному лицу. Вот и конец... Он даже не видел нового господина, робко повернул голову, увидел лишь полы шелкового халата и ступни одетые в сандалии. Что ж, он будет стараться ради нового хозяина и на золотых рудниках. Будет предан до последнего вздоха. Ланс всегда был невольником, по-другому он не умел. Надсмотрщик потянул его было за поводок, как вдруг Сардаха, сняв с пояса кнут, ударил им по руке работника, основательно задев и Ланса. Невольник не шелохнулся, надсмотрщик изумленно одернул руку.

- А знаешь, - усмехнулся наместник, обращаясь к надсмотрщику. - Я бы мог запросить совет магистрата казнить тебя. И наверняка моя просьба была бы удовлетворена. Ты ведь жесточайшим образом нарушил закон.