— Почему?

— Потому что человек, которого мы ищем, явно рассчитывал, что здесь все слишком связаны прошлым, чтобы честно проверить друг друга.

Он посмотрел на дверь, за которой находился весь остальной офис.

— Вы единственная пришли сюда без нашего прошлого.

Я вышла, не ответив. Проблема заключалась в том, что это объяснение мне тоже казалось правдой.

Артём нашёл меня сам через сорок минут. Я сидела в переговорной и смотрела на две временные линии. Первая — хищения. Вторая — мой найм. Они существовали отдельно, а потом в какой-то момент пересеклись. Я пыталась понять где. Дверь открылась.

— Нам нужно поговорить.

Я не подняла головы.

— Удивительно. Сегодня все приходят с этой фразой.

— Олег сказал, что вы запросили кадровый архив.

Вот и обещание не расширять круг. Надо будет отдельно поблагодарить Фомина.

— И?

— И после этого пошли к Михаилу.

Я закрыла файл.

— Вы следите?

— Нет. Он сам сказал, что вы были у него.

— Быстро.

— Что вы нашли?

— С чего начать?

Артём сел напротив.

— С того, из-за чего вы смотрите на меня именно так.

— Как?

— Будто выбираете между обвинением и чем-то хуже.

— А что хуже?

— Вы сейчас расскажете.

Я достала копию первого письма. Положила перед ним. Артём прочитал. Лицо почти не изменилось.

— И?

— «И»?

— Я знаю это письмо.

— Конечно знаете. Вы были в копии.

— Вера, что именно вас удивило?

— То, что первым моё имя предложил Михаил.

— Да.

Одно слово. Как у самого Михаила. Мне захотелось встать и уйти, но я заставила себя остаться.

— Вы никогда этого не говорили.

— Вы никогда не спрашивали, кто первым прислал фамилию.

— Хватит.

Он нахмурился.

— Что?

— Хватит прятаться за точностью формулировок. «Я сам согласовал вашу кандидатуру». «Я попросил посмотреть именно вас». «Я выбрал вас из-за того отчёта». Всё это звучало так, будто нашли меня вы.

— Я действительно выбрал вас.

— После того как Михаил принёс моё имя!

— Да.

— И почему не сказали?

— Потому что не видел в этом значения.

Я рассмеялась, хотя смешного не было.

— Удивительно. В этой компании всё, что вы не хотите рассказывать, сначала не имеет значения, а через сутки оказывается центром расследования.

— Не передёргивайте.

— А вы не решайте за меня, что важно.

Он выдержал короткую паузу. Видимо, вспомнил вчерашний разговор.

— Хорошо. Здесь должен был сказать точнее.

— Точнее?

— Михаил предложил вашу кандидатуру. Я проверил вас и принял решение, что хочу видеть вас руководителем внутреннего контроля.

— А совет?

— Утвердил.

— И доступ к финансовым данным?

Теперь он понял, куда идёт разговор.

— Михаил инициировал изменение.

— Вы поддержали.

— Да.

— Павел поддержал.

— Да.

— А потом вы стали тайно проверять меня.

— Мы уже это обсуждали.

— Нет. Теперь у меня другая хронология.

Я показала даты.

— Сначала Михаил изучает мою карьеру. Потом вносит в конкурс. Вы выбираете меня. За две недели до назначения в системе появляется поддельный документ с моей подписью. После назначения Михаил добивается прямого доступа к финансам. Вы соглашаетесь. А потом начинаете проверять, не являюсь ли я частью утечки.

Артём прочитал всё.

— Что хотите услышать?

— Правду.

— Я её уже говорил.

— Тогда скажите ещё раз. Зачем вы дали мне полный доступ, если подозревали?

— Потому что должность без него бессмысленна.

— И одновременно можно было посмотреть, что произойдёт.

Он замер.

— Кто вам это сказал?

Я сразу поняла.

— Значит, мысль не кажется вам безумной.

— Михаил.

Это не был вопрос.

— Неважно.

— Очень важно.

— Почему? Потому что вы опять хотите контролировать, с кем я разговариваю?

— Потому что он только что вложил вам в голову версию, в которой я использовал вас как приманку.

— А вы использовали?

— Нет.

— Совсем?

— Совсем.

— И после моего назначения не смотрели, изменится ли поведение подрядчиков?

Ответа не последовало сразу. Короткая. Но достаточная.

— Артём.

— Смотрел.

Я медленно откинулась назад.

— Господи.

— Не так.

— Опять?

— Я уже искал утечку. Появился новый руководитель контроля. Конечно, я смотрел, что изменится.

— То есть Михаил прав.

— Нет.

— Вы сами только что подтвердили.

— Я не нанимал вас ради этого!

Он впервые за разговор повысил голос. Не сильно. Но я услышала.

— Я выбрал вас, потому что считал хорошим специалистом. После назначения я не мог исключить, что человек, которого мы ищем, попытается выйти на вас. Или что вы уже с ним связаны. Да, я наблюдал. Это было неправильно скрывать от вас. Я это признал вчера.

— А сегодня выясняется, что скрыли ещё и источник моей кандидатуры.

— Потому что это не было секретом!

— Для вас.

— Для всех, кто участвовал в найме!

— Кроме меня.

Он остановился. Фраза попала точнее, чем я рассчитывала. Артём провёл рукой по волосам.

— Хорошо. Да. Кроме вас.

— Спасибо.

— Что вы хотите от меня, Вера? Я не могу переписать три года назад.

— Я хочу хотя бы один раз узнать плохой факт от вас до того, как найду его сама.

Он смотрел на меня молча.

— Вчера вы говорили, что боялись, если расскажете про проверку, я уйду.

— Да.

— Сегодня понимаю почему.

— Не надо.

— Что не надо?

— Не превращайте это в доказательство того, что я вами манипулировал.

— А чем это было?

— Ошибкой.

— У вас их удивительно много именно там, где речь идёт обо мне.

— Потому что рядом с вами я постоянно принимаю решения хуже обычного!

В комнате стало тихо. Артём понял, что сказал. Я тоже.

— Очень приятно, — произнесла я.

— Вы прекрасно знаете, что я имел в виду.

— Нет. Просветите.

— Не надо.

— Почему? Теперь поздно останавливаться.

Он встал.

— Потому что это уже не про расследование.

— Зато очень удобно. Как только вопрос становится неприятным, вы объявляете его личным.

— Вы хотите личного ответа?

— Я хочу честного.

— Хорошо.

Он обошёл стол. Не вплотную. Остановился в нескольких шагах.

— Честный ответ в том, что с той ночи в лифте мне всё сложнее помнить, что вы просто сотрудница.

Я почувствовала, как что-то болезненно сжалось внутри.

— Я не «просто сотрудница» даже без лифта.

— Именно.

— Не уходите в комплименты.

— Это не комплимент.

— Тогда что?

— Проблема.

Я резко встала.

— Великолепно.

— Вера.

— Нет, правда. Сначала я проблема для вашей системы контроля, потом возможная утечка, теперь ещё и личная проблема.

— Вы специально выбираете самое плохое значение каждого слова?

— С вами иначе опасно.

— А с Михаилом безопасно?

Вот оно. Я взглянула на него.

— Наконец-то.

— Что?

— Вы всё-таки добрались до Михаила.

— Потому что вы после записки Павла сначала пошли к нему.

— Откуда вы знаете про записку?

По его лицу я поняла ответ раньше слов.

— Олег рассказал.

— Конечно.

— Вера, это материал проверки, где я фигурирую.

— И именно поэтому Олег не должен был бежать к вам.

— Он не бежал. Я потребовал информацию о новых материалах Павла.

— Несмотря на ограничение ваших полномочий.

— Не путайте ограничение финансовых полномочий с запретом получать информацию, которая напрямую касается меня.

— Всё равно вы не должны были узнавать раньше, чем я закончу проверку.

— А вы не должны были идти с этим к человеку, на которого Павел, возможно, прямо указывает!

— Я не отдала ему оригинал.

— Вы показали текст.

— Чтобы услышать реакцию.