Опустился на пол рядом с кроватью, на которой лежало мое родное тело. Взял в свои руки свои настоящие руки. К сожалению, ритуал возврата я провести не могу. Магии во мне сейчас нет, руны я напитать ею не смогу. Так что только естественным путем — а именно в результате непосредственного контакта, когда мое астральное тело, которое сейчас заключено в Руслане, почувствует близость своего природного дома и вернется в него.

Занять это может до нескольких часов. И что самое неприятное — я в это время буду где-то витать, не осознавая себя, так что момент это опасный.

— Охраняй, Ди! — приказал я. — Никого не пускай, и не пытайся заговорить со мной, пока я снова не стану собой.

— Аааа… — простонал Руслан и, крепко обхватив обеими руками Ди за бедра, потянул ее на себя.

Вампирша, которая в этот момент стояла склонившись над нашими телами — моим и капитана, оглянулась на меня. Увидев, что глаза у меня уже открыты и осмыслены (до этого, как она мне потом рассказала, глаза у меня иногда тоже открывались, но взгляд был пугающе пустым), она оторвала от себя руки Давлеева и толкнула его на постель, с которой он уже начал приподниматься.

— Ко мне, Ди! — падая головой на подушку, тоном, как на плацу, приказал Руслан и потянулся к завязкам своих штанов.

Ну, причина такого поведения Руслана понятна. Мысль о том, что после двух невинных ночей, проведенных в обществе Вениры, мне не помешают определенные услуги мой барны, была у меня последней перед тем, как улетел в астрал, откуда теперь вернулся в свое собственное тело. Вот последствия ее Давлеев сейчас и ощущает. И осознает он себя, судя по всему, пока еще мною — князем Андреем Нижнеуральским.

— Ди! — произнес я, поднимаясь на ноги. — Отопри дверь и вызови сюда Вениру, графа Скоробогатова и, пожалуй, Сергея. Остальным своего графа в таком состоянии видеть не стоит.

Все перечисленные мною появились буквально сразу же. Венира и Скоробогатов ждали, оказывается, за дверью, а Сергей примчался, как только его позвали.

— Венира! — привел я окриком в чувство девушку, с испугом смотревшую на своего теперь уже законного мужа.

Да, впечатление капитан производил сейчас не самое благостное. Я прижимал Руслана к постели, а Ди и Сергей пытались связать ему руки и ноги. Давлеев рычал, сопротивлялся, и на чистом мезинарском грозился нас сжечь живьем и даже произнес формулу заклятья, вызывающую воздушные лезвия, что, естественно, не дало никакого результата. В общем, продолжал остаточно ощущать себя мною — сильным магом, готовым расправиться с посмевшими попытаться связать его предателями. С одной только незначительной разницей — я бы с ними и на самом деле безжалостно расправился, а вот Руслану это было не по силам.

— Венира! — повторил я, увидев, что усилия Ди и Сергея, наконец, увенчались успехом. — Сейчас граф и Сергей отнесут капитана в твои покои. Не отходи от него, пока он не придет окончательно в себя.

Девушка кивнула и пошла к двери, чтобы ее открыть.

— Я так понимаю, что сейчас он уверен, что он это вы? Он не останется таким навсегда? — озабоченно спросил Скоробогатов, подхватывая спеленатого и с заткнутым какой-то салфеткой ртом Давлеева под ноги.

— Нет, но несколько дней это займет, — ответил я, хотя сам опасался, что процесс выздоровления Давлеева может затянуться на значительно больший срок.

Увы, но я не лекарь, да и никакой лекарь тут не поможет. Тот ритуал, который я провел, вселяясь в тело Руслана, думаю, кроме меня, никому не известен, а следовательно — и как лечить от его последствий никто не знает. А тут еще наложилось то, что Давлеев неодаренный, то, что я нанес на его тело рисунок отражающего щита, а главное — то, что в этот щит ударила сильная магическая молния. Ладно, завтра подумаю, что можно предпринять, чтобы помочь Руслану придти в себя. А пока…

— Ди! — повернулся я к своей барне. — Завтра у тебя будет возможность назвать меня господином. Раздевайся!

Утром сразу после завтрака ко мне прибежала Венира. Не в слезах, но явно сильно расстроенная.

— Он меня гонит, — сказала она мне, имея в виду, разумеется, Руслана. — Говорит, что никогда не пользовался женщинами своих соратников. Требует, чтобы мы сегодня же отправились в его замок в Корнубии. Про какой-то замурованный там в стену фолиант, который даст ему несравнимую ни с чем силу, упоминал. Что мне делать, Великий?

Ишь ты… В мой императорский замок в Корнубии капитан хочет отправиться. Интересно. Я, пока находился в его теле, об этом замке не вспоминал. Значит, проникновение моего сознания в Руслана оказалось гораздо глубже, чем я предполагал. Очень любопытно, но изучать этот феномен сейчас не ко времени. Как и строить планы добраться до замка и фолианта.

Отсюда до Корнубии месяца два — два с половиной пути будет. И это не ознакомительный тур на поезде по Российской империи. Это поход на конях через леса с переправами через реки и, как минимум, десятком мелких стычек, а то и двумя — тремя сражениями. Одно только то, что на кратчайшей дороге туда расположена Эльфара, чего стоит. Если же ее обходить, то и вовсе целое путешествие получится. Да и любой владетель не пропустит через свои земли вооруженный отряд, если предварительно не послать к нему целое посольство с «нижайшей просьбой» оказать эту любезность. А это все время, которого и так катастрофически не хватает. Как-никак а мне сейчас на два мира жить приходится.

Я задумчиво посмотрел на Вениру. Что бы такое придумать, чтобы быстрее вернуть Давлеева в нормальное состояние? А то откроется, скажем, сейчас портал в Нижнеуральск, и мне туда капитана с раздвоением личности везти?

— Еще требует, чтобы вот ее, — Венира указала на Ди. — К нему вызвали. Если это поможет, то я… — графиня замолкла.

Понятно, она не будет возражать, если Ди, скажем так, «полечит» Руслана. Ничего удивительного — связь мужа с безродной (а Ди еще и барна, то есть — рабыня) изменой в Мезинаре среди аристократов не считается. Так что ни о какой ревности и речи быть не может. Со стороны Вениры в данном случае. Только меня такой вариант не устраивает. Так что Ди зря так умоляюще на меня смотрит. Не прикажу я ей пойти к капитану. Кроме того, это будет не лечение, а яд для него. Сейчас выполнение любого его требования, которое он высказывает, считая себя мною, только еще больше укрепит его в уверенности, что он князь Андрей Нижнеуральский. Что ж. Пойдем от противного.

— Вот что, Венира, — принял я решение. — Руслан ведь по-прежнему связан? — девушка кивнула. — Тогда сделай следующее…

И я изложил ей свое предложение. Конечно, насилие женщины над мужчиной это не совсем то, что я считаю допустимым. Противоположное действие (в смысле — мужчины над женщиной) в Мезинаре куда больше распространено и даже в правило при определенных обстоятельствах возведено, но пробовать надо все. Надеюсь, Руслан потом своей жене это в вину ставить не будет.

— Вот так просто? Не слушая, что он меня гонит? — переспросила Венира, а потом, не дождавшись моего подтверждения, быстро поклонилась и поспешно вышла из моих покоев.

— Проверь, что там происходит у Вениры с Русланом! — приказал я Ди спустя три часа.

Конечно, дверь в спальню, где они сейчас находятся, Венира заперла, но для вампирши не составит особого труда добраться до окна на третьем этаже донжона и там устроиться на каком-нибудь выступе каменной кладки.

— Все в порядке, — доложила мне через каких-то всего минут двадцать Ди. — Граф Руслан развязан и выполняет свой супружеский долг. Думаю, сегодня, хозяин, ты ни его, ни Вениру не увидишь.

Ну, совет да любовь, как говорится. Главное, что Давлеев стал самим собой. И очень вовремя. Потому что как раз в этот момент я заметил, как в поле, невдалеке от замка начал пульсировать воздух. Завтра или крайний срок — послезавтра сформируется сопряжение.

— Ваше сиятельство, — обратился ко мне граф Скоробогатов, когда я сообщил ему о том, что скоро откроется портал домой. — Мне думается, что пока мне не стоит возвращаться в Российскую империю. То, что вы мне рассказали о ситуации там, вселяет в меня опасения, что мое появление и то, что я подтвержу гибель императора Михаила, может быть кое-кем использовано в своих целях. Нисколько не отвечающим интересам государства. Я бы предложил вам сначала точнее выяснить, кто в Высшем Совете аристократов чего хочет, как обстоят дела у Великой княжны Екатерина Михайловны, действительно ли Олег Тверской является любовником вдовствующей императрицы. Есть и еще ряд вопросов, ответы на которые помогут и мне, и вам решить, как нам надлежит действовать. Мы же с вами волею случая оказались в одной лодке? Не так ли?