— Твое поведение сильно изменилось, — наконец, произнесла Екатерина, отодвигая в сторону тарелку и тоже беря чашку с чаем (налила ей его вампирша, предварительно взглядом спросив разрешение это сделать). — С чем это связано? — разговор надо было как-то начать, и ничего другого, кроме этого вопроса, ей в голову не пришло.

— Матвеич приказал мне вести себя с вами так же, как с хозяином в присутствии посторонних, — легко ответила вампирша. — И он сказал, что Вы знаете, кто я.

— Хозяином? — переспросила Екатерина. — Ты имеешь в виду князя Андрея? А ты знаешь, что я по положению неизмеримо выше его? И, кстати, почему ты его так называешь?

— Вы выше хозяина? — вампирша улыбнулась уголком губ, из-за чего стал заметен один из ее клычков, сейчас совсем маленьких, но Екатерина помнила, какими они могут стать. — Это невозможно. Никто не может быть выше хозяина. А если кто-то еще этого не понял, то я ему не завидую. Он самый сильный из всех, кого я когда-либо видела и о ком слышала. Ну, кроме Великого Повелителя, каким тот был, когда объединил Мезинару в единую империю. Хотя… — вампирша чуть задумалась. — Уверена, что со временем хозяин превзойдет и его.

— Так почему все-таки он для тебя хозяин, — княжна заметила, что это слово ее собеседница произносит так, будто оно все написано заглавными буквами. Что же касается ее уверенности в величии молодого князя Нижнеуральского, то это говорило только о том, что тот умеет поставить себя правильно со своими слугами. Хотя, конечно, и перегибает палку. Услышь такую сентенцию, какую только что выдала вампирша, не то, что ее пропавший отец-император, но даже ее мать, не склонная к жестким решениям, и князю Андрею не поздоровилось бы.

— Я его барна, — пожала собеседница плечами. — Как же мне его еще называть?

— Барна это что-то вроде рабыни? — Екатерина вспомнила, что слышала это слово на том поле, где князь расправился с вампиром.

— Вот еще! — возмутилась вампирша. — Я не какая-нибудь девка из сервов. Князь взял меня в плен с оружием в руках. Мог убить, но обратил в барну. Я принесла ему клятву верности на крови.

— Как взял в плен?- история княжну заинтересовала.

— Я напала на него, когда он осквернил наше капище в честь Великого Повелителя. То есть, я подумала, что он осквернил. Это потом я узнала, что он имел право взять все, что ему захочется, с алтаря. И я, конечно, проиграла. Ты же сама видела, как он легко расправился с высшим вампиром тогда! — девушка забылась и перешла в обращении к Великой княжне на, видимо, более привычное ей «ты». — А куда мне-то против него?

— А ты высшей вампиршей можешь стать? — княжна с упоением впитывала крохи знаний об ином мире. Как же правильно она поступила, решив поговорить с Дианой-Ди! И не такая уж она и страшная вроде бы.

— Может быть. Если хозяин разрешит мне убивать сильных противников. Магов лучше всего. Но он мне пока этого не дает делать. Он считает, что я еще не готова. Но зато иногда он бывает моим господином, а это тоже меня усиливает.

На последней фразе лицо вампирши приобрело мечтательное выражение, и Екатерина, конечно, не зная тонких нюансов между статусом «хозяина» и «господина» для барны, каким-то внутренним чутьем, интуитивно поняла, что под этим подразумевала Ди. Интимную близость. Он и спит с вампиршей, поразилась княжна и хотела уже было каким-то образом заставить свою собеседницу остановиться на этой теме более подробно — то есть, не конкретно на отношениях девушки с князем, а выяснить, например, может ли быть потомство от связи человека и вампира, и если да, то кем будет родившийся ребенок, как в гостиную вошла еще одна гостья.

Вамприша обернулась на звук открывшейся двери и начала что-то быстро говорить стройной девушке в идеально сидевшей на ней форме прапорщицы дружины нижнеуральского князя — синей юбке чуть выше колен, такого же цвета приталенном кителе и белоснежной блузке. Обратилась Ди к вошедшей, указывая при этом на Великую княжну, по-мезинарски. И вот странно. Когда княжна впервые услышала этот язык после схватки князя Андрея с высшим вампиром, он показался ей очень грубым и каким-то угрожающим. Теперь же речь вампирши была похожа на струящийся по камням ручеек — и изобилующие в ней звуки «г» и «р» нисколько не делали ее менее мелодичной.

— Ди! — остановила вампиршу «прапорщица». Княжна уже догадалась, кто это. Несомненно, та самая графиня, доклад о которой она подслушала. — Ваше высочество, — обратилась девушка к Екатерине с поклоном и неким подобием неглубокого реверанса. Настоящий ей, судя по всему, не позволяла выполнить неподходящая для такого приветствия юбка. — Прошу простить меня за то, что вошла к Вам без приглашения. Меня никто не предупредил, о том, что Вы почтили своим визитом Нижнеуральск и сейчас находитесь здесь. Позвольте мне смиренно удалиться.

Да, это не Диана-Ди, отметила Екатерина. Сразу видно, что из высшей аристократии. Пусть и иномирной.

— Присаживайтесь, графиня, — улыбнулась она. — Мы тут беседуем о нравах вашей родины. Мне будет интересно послушать и вас.

«Прапорщица» неуверенно присела на самый краешек указанного ей кресла и бросила вопросительный взгляд на вампиршу. Она явно не могла сообразить, можно ли откровенничать с Великой княжной и насколько.

— Буду рада оказаться Вам полезной, ваше высочество, — тем не менее, произнесла она, а Екатерина отметила, что говорит она с чуть более заметным акцентом, чем Ди. — Но думаю, что вам будет полезнее расспросить обо всем князя Андрея. Я всю жизнь провела в королевстве Кинд и никуда, кроме столицы этого небольшого государства, не выезжала и с другими расами почти не имела общения, а он уже успел побывать почти во всей Мезинаре. Да и историю нашего мира знает куда лучше меня.

Последнюю фразу Екатерина не поняла. Как это князь Нижнеуральский может знать историю иного мира лучше, чем его уроженка?

— Кстати, капитан Давлеев вчера вечером сообщил мне, что сопряжение подало признаки скорого открытия, так что уже сегодня князь Андрей будет здесь, — добавила новоприбывшая.

— Хозяин сегодня вернется? — вскочила со своего места вампирша. — А как же я этого не знаю? — и, забыв испросить у Екатерины разрешения, выскочила из комнаты.

— Вы так уверены, графиня, что это именно тот портал, через который появится князь? — с недоверием спросила Великая княжна. — И что вообще он вернется?

— Первого утверждать не могу, — склонила голову девушка. — А во втором уверена, — она как-то странно и невесело усмехнулась. — Герцог, простите, оговорилась, князь, вернется обязательно.

— Сопряжение открывается, ваше высочество — в дверь просунул голову Матвеич. — А где Ди? — покрутил он головой. — Венира, то есть, Вера, а ты что тут делаешь? Как сюда вошла? Что у нас в доме творится? Простите, ваше высочество. Мы только набираем штат слуг, вот и случаются такие казусы. Не судите князя Андрея строго. В следующий ваш приезд, если вы окажете нам такую честь, все будет работать, как часы. А сейчас не угодно ли вам будет отдохнуть? Уверен, что князь явится к вам с докладом вечером.

— Вы позволите мне покинуть вас, Ваше высочество? — спросила, привставая, «графиня-прапорщица». — Мне надо бы переодеться во что-то более подходящее для возможной схватки, если по ту сторону портала окажется не князь Андрей.

— Идите, — махнула рукой Екатерина, а сама подумала, что ей и самой нужно переодеться. Пропускать появление сопряжения она не собиралась.

Сменив платье на удобный брючный костюм, Екатерина увидела в окно, как у входа в резиденцию остановился микроавтобус, в который рядом с водителем сразу же сел Матвеич, потом вампирша, уже в знакомом Великой княжне кожаном облачении, вывела из резиденции кого-то, закутанного в плащ-палатку с ног до головы, втолкнула его в пассажирский отсек, залезла туда сама, и микроавтобус сорвался с места, устремившись к выезду с территории резиденции.

Пора и мне отправляться, решила Екатерина, у которой было небольшое опасение, что ее могут даже силой не пустить к порталу (забота о безопасности наследницы все спишет). Теперь же остановить ее уже никто не сможет.