— Ну что-то такое вроде было, но я не поверила, — Маша с ужасом посмотрела на знахаря поняв, что он может ещё кого-то притащить в супружескую кровать.

— Зря, в Улье разные семьи есть. Есть гаремы, но так как девочек в Улье меньше, то больше, чем о шести жён сразу я не слышала. Чаще встречаются мужские гаремы. Три, четыре мужика и одна жена. Есть так называемые шведские семьи. Например, две девушки и четыре мужика. Всё это варьируется, так что один мужчина и две жены вполне нормальное соотношение, — помнится раньше Лиана и мысли не допускала о таких соотношениях. Наташу она приняла от безысходности, а вот Ирку с удовольствием. Короче всё в итоге держится на личных отношениях.

— Ты это Жанне расскажешь? — проскрипел папаша Кац. — Боюсь она не поймёт.

— Мама примет всё, что я скажу, — ответила Лиана.

— У тебя и мать здесь? — выпала в осадок Маша.

— Приёмная. Она глава стаба Центр, — без ложной скромности сообщила Лиана. — По численности даже больше Гранитного.

— Жанна крутая! — прогудел Туз. — Я бы не рискнул без подготовки ей сообщать подобный расклад.

— Туз, а ты что же один путешествуешь? — спросил Маша. — Изя, возьмём его к себе? — Увидев раскрывшиеся от ужаса глаза знахаря поспешила успокоить его.

— Почему же один. У меня есть девушка. Она с караваном приедет, — улыбнулся гигант. — Как знала, не хотела меня одного отпускать!

— С любимыми не расставайтесь! — проворковала Лиана, обнимая меня.

— По-всякому бывает, — Ирка прижалась ко мне с другой стороны. Я обнял их и поцеловал. Сначала старшую Лиану, потом младшенькую.

— Ну дела! — засмеялась Маша. — Изя, а ты не многоженец?

— Нет, я твой единственный, — смутился знахарь.

— Я есть хочу! — заявила Ирка. — Не помню, когда нормально ела. Помидоров бы сейчас!

— Кстати, я запомнил те места возле Вавилона, где они растут, — я вспомнил подводную скалу, сплошь облепленную подводными плодами.

— Шутишь? — удивилась Ирка. — Откуда?

— Это мы уже после тебя нашли, Ирен, — пояснила Лиана. — Но там глубоко, полтора километра примерно, а костюмы наши тю-тю. Исчезли.

— Да уж, — кивнула папаша Кац. — А стоп! Мы же Инженеры! Могём и так нырнуть.

— Изя, не шутишь?

— Какие шутки, саркофаг ясно дал понять. Мы без воздуха можем обходиться долгое время. Нырять, забираться на Эверест и прочее, что не подвластно обычному человеку.

— Ого, а где такое выдают? — с завистью спросил Туз.

— Сто лет тому назад. Но лавочка прикрыта в связи с порчей оборудования, — развёл руками папаша Кац.

— Здец! — Фельдшер подыграл Изе и также развёл лапами.

— Кац, а ты его не? — Лиана посмотрела на Фельдшера.

— Я нет, рыжая. Он сам туда забрался, причём сразу, как мы принесли саркофаг от ксеноморфов. Ему хватило десяти минут, мне даже не пришлось уговаривать саркофаг.

— Нас пятеро получается таких? — подсчитал я.

— Здец! — фыркнул Фельдшер.

— Остальные мимо? — с грустью спросила Ирка.

— А вот и нет! Ты же прошла первую модернизацию на подводной базе? — припомнил папаша Кац.

— В медицинской капсуле? Конечно, сама Астра за мной приглядывала, — вспомнила миниатюрная ныряльщица за помидорами. Откуда же у меня тогда костюм для подводного плавания? — удивилась Ирка.

— Точно! Тогда всё проще, начало положено. Думаю, что-нибудь придумаю. Сам метод я понял, ещё когда лежал в саркофаге. Там не столько сам саркофаг нужен, сколько воздействие на организм, — ехидно улыбнулся папаша Кац.

— Кац, если ты как-то не так воздействуешь на её организм, то о своём можешь сразу забыть! Только попробуй, обидь мою сестрёнку! — строго посмотрела на него Лиана.

— Ой, не надо пугать Каца! Кац ещё никому не удавалось испугать! Никогда!

— Не ври, — весело воскликнула Ирка, блеснув ямочками на щеках. — Сам же рассказывал, что чуть не обосрался, когда Женя взорвал шестой энергоблок на атомной станции.

— Женя может, — прогудел Туз. — Он эскадры взрывает, что там какой-то шестой блок.

— Подумаешь разок. Один раз Кац испугался, но это не в счёт. Сами бы обосрались. Вы посмотрите на него, — он упёр мне в грудь палец. — Он же маньяк!

— Бедные египтяне, не знали, что к ним подбирается писец, — заключила Маша и все девки заржали.

— Подъезжаем, — как можно тише сказал Туз.

— Можешь спокойно говорить, Туз. Из броневика ни один звук не выходит, а сам он бесшумный, — поведала ему Лиана.

— Отличная машинка, как только отняли, удивляюсь, — прогудел гигант поглаживая натуральную кожу сидений.

— Командующий свалил, бесхозная стояла, мы и взяли, — объяснил папаша Кац. — Жалко, что Алистера Иштар прикончила, с ним интересно было.

— Мы недавно поймали нолдов, у них там другой командующий нарисовался. Ещё злее и тупее. Его сынок Дональд Дарк. О его жадности ходят легенды! Та ещё гнида.

— С ним позже разберёмся, — серьёзно сказала Ирка, наблюдая за тем, что творится впереди. — Вижу! Пирамида и два сфинкса. Там тусовка между ними намечается. Лиана, как дать на общий экран?

— Зелёный треугольник нажми, — Лиана остановила броневик в небольшой ложбине, так что наверху виднелись только орудия главного калибра. Среди них одна башенка имела два спаренных дезинтегратора. Наш броневичок, если кто забыл, шёл по высшему классу и специально сделан так, чтобы им мог управлять один человек. Он сам мог брать на себя обязанности стрелка или водителя, остальное броневик делал сам по заложенной ранее программе. К тому же мы встречали в настоящем времени разные комплектации подобных машин, но не одна из них и близко не была к этой, построенной кстати сто лет назад. Допускаю, что нолды давно уже подошли к высшей планке развития на протяжении своей истории в миллион лет. Поэтому за последние сотню лет они ничего интересного не придумали. Просто модели для широких масс не комплектовались столь скрупулёзно как наша машинка.

На экранах по всему салону и кабине возникло изображение того, что творилось в двух километрах впереди. Почти на пределе видимости, то есть на горизонте. К сожалению, броневик не комплектовался ретрансляторами, которым могли заглядывать дальше линии горизонта. Но нам хватило и этого. Мы увидели несколько ящиков похожих на гробы, стоявших на постаментах. Вокруг каждого из них стояли по два жреца. Один имел голову рыси, второй волка. Как мы уже убедились это не были какие-то ритуальные шлемы, а самые что ни на есть живые головы. В руках они держали небольшие сачки для ловли бабочек. Зачем они им никто не знал, включая Туза. Помимо гробов или саркофагов рядом ещё стояли глиняные бочки или пузатые кувшины, накрытые золотыми крышками.

— Они хоронить кого-то собрались? — пробормотал папаша Кац.

— Очень похоже, вопрос только кого? — откликнулась Лиана. В этот самый момент в груди огромных скульптур сфинксов образовался проём. То есть не дверь, не шлюз, не откинутый пандус, а именно проём. Только что была стена и вдруг исчезла. В проёме появились высокие бронзовые фигуры с головами тигров, у каждого в правой руке имелось древко оканчивающиеся металлическим веретеном заострённом спереди. Само веретено подмигивало тревожным красным светом и мне показалось опасным.

— Это оружие? — спросил я Туза, не отрываясь от экрана.

— Такого ещё не видел. Скорее всего да.

Жрецов с головой тигров я насчитал по количеству гробов, то есть десять. Над пустыней раздался звук гонга и из каждого сфинкса вывели по пять человек. Пятерых девушек из одного сфинкса и пятерых мужчин из другого. Их вели жрецы с головой ворона. Они держали людей с двух сторон под руки. На руках у людей сверкали кандалы, а цепи от них держали вороны своими птичьими лапами.

— Любят они вату катать, — пробасил Туз. — Чё так долго всё?

— Ничего ты не понимаешь в церемониях, — бросила Маша. — Всё должно идти размеренно, чтобы прочувствовать важность момента.

— Церемониальное убийство? — уточнил папаша Кац.