— Всё что в моих силах, девочка. Но ты понимаешь, я не всемогущ, — поджал нижнюю губу Принц.
— Понимаю. У меня даже дар ещё не появился. Обидно так умирать, — тяжело вздохнула Лена.
— Тем более мы с тобой так и не добрались до заключительной стадии знакомства, да?
— Вот же ты похотливое животное! Нам девочкам важнее чувства. Видишь, что делается с нами, когда нас никто не любит? — она кивнула на сбившихся в кучу проституток.
— Вижу, но меня напрягает их поведение. Они неадекватны! Я же ментат, дорогая и даже отсюда мне кажется, что с ними не всё в порядке. Неправильно они себя ведут.
— Как должны? — пригляделась к ним Лена.
— Они не боятся. Они словно получили приказ и сгрудились вокруг Святоши. Их мамочки. Им неинтересно что вокруг, они не обсуждают свою судьбу. Они все под кайфом что ли?
— Ого, а ты оказывается с ними знаком? — в словах Лены послышался упрёк.
— Немного. Не ревнуй, тебя тогда в Улье не было, но я сейчас о поведении людей, а не о плотских утехах.
— Ладно прощаю, но ты меня…
— Люблю! Как увидел, так сразу и влюбился. По-настоящему, правда! Когда ты к нам подсела, ты меня сразила в самое сердце, — улыбнулся Принц.
— Врёшь, наверное, вам бы лишь лапшу развесить на ушах. Мне тоже кажется… Скорее всего так и есть. Влюбилась. В тебя, — уточнила Леночка на всякий случай и густо покраснела.
— Отлично. Жили они недолго и умерли в один день, — печально пробормотал Принц. Под сводами зала раздался звук гонга. Мерзкий резкий звук ударил по ушам и нервам. Особенно по нервам, ему это напомнило состояние, когда он сгорел на солнце, и кожа на следующий день жутко чесалась, а он бегал по комнате, не находя себя места. Принц понял, что сейчас последует вторая часть представления. Лена пискнула и спряталась за широкой спиной Принца. Массивная плита, закрывающая вход в зал, медленно поднялась. Из тёмного коридора в зал вошли жрецы с головой рыси. Штук двадцать, каждый из них нёс на вытянутых руках перед собой зажжённый факел. Они молча разошлись по разным сторонам зала образуя каре. Следом за ними появились следующие, но уже с головой ворона. Эти тащили огромный саркофаг. Судя по тому, что их было двенадцать, Принц понял, что ящик весил очень много и возможно состоял целиком из золота. Опустив его на пол, они сняли с него крышку. Внутри все увидели красное бархатное покрытие.
Следующий удар гонга предшествовал появлению самой Ансунамун, но уже без своего сутенера. Имхотеп где-то потерялся. Впрочем, жрица ни капли не расстроилась. Почти полностью покрытая золотой пылью она продемонстрировала безупречную фигуру. Возможно, она могла бы даже кого-то возбудить своим видом. Да что там возможно, любой бы побежал к ней, если бы не жёлтые вертикальные зрачки и хищный оскал, обнаживший длинные клыки. Ансунамун прошла в центр построения к саркофагу и замерла, окинув взором пленников. В этот момент в зал вошли жрецы с головой тигра. Высокие мускулистые бронзовокожие. Каждый держал в руках копьё, они начали сгонять пленников с их насиженных мест выстраивая людей в шеренгу. Прибывшие последними работницы сексуальной индустрии встали как по команде. Из строя вышла знакомая Принцу Святоша и повинуясь окрику Ансунамун вошла в каре из жрецов с факелами. Раскатистый удар гонга прозвучал в третий раз и в зал ввели Горца. Все, кто его знал удивлённо воскликнули. Руки у него были связаны за спиной и вообще он казался каким-то помятым.
Подталкивая копьями, жрецы поставили его в центре квадрата рядом с саркофагом. Ансунамун кивнула, и Святоша подошла ближе к Горцу. Принц не мог отвести взгляд от происходящего. Голова Святоши неожиданно раскрылась на четыре части по линии рта. Такого молодой человек ещё не видел. В Вавилоне почти никто не видел в действии извергов и это выглядело страшно. Лена вскрикнула и обмякла, Принц поддержал её, не давая упасть. Из недр изверга показался слепой чёрный червь. Он матово блестел в лучах факелов и покрутил тупой мордой ища жертву. Горец закрыл глаза и весь трясся от ужаса происходящего. Окончательно протрезвев, он бешено вращал зрачками и похоже находился на грани помешательства. Ансунамун надела на голову платиновый обруч с большим бриллиантом.
— Гордись, смертный! — голос у неё был как у пропитой бомжихи, автоматически отметил про себя Принц. Он вообще удивился, что она может говорить. — Ты послужишь ключом к золотым вратам и станешь тем, кто оживит древнее пророчество! В тебе воплотится частичка Апопа! Древнего змея, бога тьмы! Бросившему вызов самому богу Солнца Ра!
После этих слов Горцу стало дурно, и он пошатнулся, теряя сознание. «Святоша» мигом вцепился в него лапами и чёрный червь раздвинув безвольный рот Горца проник в него. Прошла, наверное, минута и Горец широко распахнул глаза и огляделся. Он холодно взглянул на людей.
— Благодарю, госпожа! Так намного лучше! — ответил «Горец». То, что это был уже не он, поняли всё, кто видел внедрение. Слухи об извергах циркулировали по Вавилону, но многие не верили им воспринимая их как обычные страшилки. Горец приосанился и взглянул уже по-другому на собравшихся.
— Так доделай начатое, Апоп! Перевоплотись! — сверкнула бриллиантом в короне Ансунамун. Она указала ему на пойманных ранее жителей Вавилона. Их оставалось около сотни. Горец в один миг раздулся, увеличившись втрое и исторг в саркофаг чёрных маленьких пиявок. Жрецы, стоявшие в оцеплении, черпали кишащих пиявок из золотого ковчега и подходили к стоявшим в шеренге людям. Им стоило только дотронуться до человека наконечником копья, как тот замирал. После чего следовало насильственное внедрение пиявок в организм. Принц понял странное поведение жриц любви, они все стали заражёнными. К ним, кстати, жрецы даже не подошли, понимая, что те уже заражены извергом. Улей не смог добраться до них, но повезло извергу заразив всех девок по второму кругу. Принц с Леной стояли одними из самых последних. Девушка в ужасе закрыла глаза, её била крупная дрожь. Принц внимательно наблюдал за жрецами и заражёнными лихорадочно ища выход. Алгоритм действий первых был понятен, вторые же менялись на глазах. Они внезапно становились лояльными к происходящему и даже вроде как радовались. Одного Принц не мог понять, что будет дальше. Не извергами же она собралась захватывать Вавилон. И что сможет сделать девушка лёгкого поведения, пусть даже имеющая внутри изверга? Их всё равно прикончат.
Жрецы неумолимо приближались к концу шеренги разнося пиявок, и вот очередь дошла до Принца. К ним двигался жрец в руке у него шевелились мерзкие чёрные пиявки. В другой он держал копьё и уже собирался парализовать Принца. Молодой человек, собрав все свои силы в кулак вспомнил того топтуна, которого он смог отпугнуть. У него оставался единственный вариант противостоять жрецам, и он им воспользовался. Поймав момент, когда жрец взглянул на него глазами рыси и приказал тому пройти мимо. Сам же Принц загородил от него Лену. Визуальный контакт состоялся и выплеснув всю ненависть, что в нём накопилась к жрецам в ментальный приказ, Принц смог спровадить его дальше. Жрец, как будто не замечая их прошёл дальше. Молодые люди с облегчением вздохнули.
— Веди себя как остальные, — прошептал Лене Принц. — Улыбайся и гляди на всё с оптимизмом.
— Да они же угашенные все! — с ужасом прошептала Леночка.
— Вот и ты также не выделяйся. Иначе они накормят нас пиявками ещё раз.
— Как у тебя получилось? — с восхищением спросила девушка.
— Сам не пойму, потом расскажу. Всё, Ленчик, делай как они.
Жрецы в итоге заразили извергами всех людей. Все они застыли в шеренге ожидая дальнейших приказов. Причём приказа они ждали не от «Горца» их главного змея, а от Ансунамун. Из чего Принц сделал вывод, что жрецы стоят выше в иерархии извергов подчинив их себе. Нельзя сказать, что последние с радостью отдались жрецам, но таково было положение вещей. После массового заражения напряжение, царившее в зале, спало. На неофитов жрецы не обращали никакого внимания. Единственное, что подметил Принц никто друг с другом не говорил. Вероятно, они получали приказы непосредственно от Ансунамун, то есть телепатически. Сейчас молодой человек был готов поверить уже всему и поэтому дал понять знаками Леночке, чтобы она молчала и смотрела больше вниз. У их соседей глаза приобрели мутный флёр и человеческое в них не просматривалось. Он тоже старался не встречаться взглядами с рядом стоявшими, чтобы они не заподозрили его.
