— Вдруг тебе неприятно, — пожал плечами Принц.

— Всё быльём поросло. Тем более туда я уже никогда не вернусь. Ну хорошо, слушай. Мне двадцать один год, чего уж скрывать. В прошлом году я приехала в Москву…

— Чтобы поступить на «артистку»? — продолжил за неё Принц.

— Как узнал, — покраснела Лена. — Да, на артистку. Артистка из меня не получилась. Документы я сдала, но на втором туре срезалась. Никто не виноват, только я сама. Излишняя самоуверенность подвела, не вышла из меня великая актриса. Делать нечего, деньги на исходе. Жизнь в столице оказалась безумно дорога. Походила по центру, поглазела на витрины. И осталась перед выбором, возвращаться или…

— Только не говори, что стала девочкой по вызову, — притворно закатил глаза Принц.

— Хуже! Мотальщицей на чулочной фабрике. В Тушино. Иду, думаю и чуть в столб головой не воткнулась. А на столбе объявление. Требуется, общежитие, зарплату регулярно обещают. Хотя врали, конечно, на дворе 1997 год, тогда всем задерживали. Но нам иногда продукцией выдавали, мы оптовикам скидывали за наличные. В общаге девки одни. Вроде нормально. И вот через неделю в воскресенье выбрались мы с одной погулять по району. Район неплохой, зелёный, старый. Относительно спокойный. В тот же вечер познакомились на дискотеке с одними.

Стала встречаться с… короче через месяц я уже сидела на герыче. На него практически сразу подсаживаются с одного или двух приёмов. Всё же с одного, я думаю. Дальше больше. Через три месяца я бросила работу. Из общаги меня попросили, и я перебралась к этому в коммуналку. Он начал требовать с меня деньги на дозу. Мои кончились быстро, и он нашёл выход подкладывая меня под всех. Однажды я не выдержала. Меня сильно ломало, а он как ушёл за дозняком, так и не появлялся. Наконец заявился под утро пустой. Сказал, что может вымутить для меня дозу, но я должна обслужить двоих хачей с рынка. Мол, у них небадяженный есть, он, дескать, проверил! Эта козлина всю ночь «пробовал» с хачами, а я должна за него расплачиваться? Короче я проломила ему голову. Уже не помнила, как шарила у него по карманам и нашла всё же грамм. Тут же на месте, чуть ли не на нём я вмазалась и улеглась рядом. У него из башки кровь течёт, я кайфую, класс!

Так продолжалось часа четыре, потом меня отпускать стало и поставила себе ещё пять точек. Я специально оставляю, оставляла, то есть, немного от веса на утро. Вмазалась повторно и не пойму, что происходит. Эта падаль начала оживать! Он оказывается и не собирался умирать, а валялся всё это время в отключке. Глаза у него мутные как у дохлой рыбы, зубы звериные стали. Я на измене щупаю себя, что ему хачи подсунули. А тут он сел, урчит так и на меня смотрит. И тянет лапы свои ко мне. Мне так страшно стало, я начал пятиться от него. Он схватил меня за ногу и тянет к себе. Я рукой шарю под диваном, там молоток у него лежал и гвозди такие длинные. Не знаю зачем ему, собирался всё картину вешать, но её никак ему не несли. Короче беру этот гвоздь и к тыкве его гнилой приставила. Кричу, что сейчас глаза выколю, а ему по хер. Он как вцепился мне в ногу зубами. Мама дорогая, боль то какая. И учти, я ещё под кайфом была. Короче схватила молоток второй рукой, да как тресну по гвоздю! У меня раньше никогда не получалось попасть по шляпке, всё по пальцам, а здесь с первого разу как наебнула ему. Гвоздь ушёл по самую шляпку в глаз.

Ему хоть бы что, урчит и грызёт ногу. Кровища, боль, мат! Я как в тумане схватила все гвозди что у него были и ну давай ему прямо в черепушку их загонять. Он как ёж стал и что-то вдруг его переклинило. Отвалился и лежит не двигаясь, я потом только поняла, что попала гвоздём ему в шею в споровый мешок. У медляков его ещё толком и нет, а вот убить можно. Ногу перевязала себе как смогла и бегом из хаты. На улице конец света творится. Таких, как тот полно и все друг за другом бегают. Я одному по морде молотком съездила, второму, а тут меня ваш брат стронг нашёл. Он то уж быстро с ними разобрался, закинули меня на броню и отвезли в Гранитный.

— Чудесная история! — Принц на самом деле не пропустил ни одного слова. Он уже был взрослым мальчиком и подробности несчастной любви его не смутили. Тем более в Улье ещё не то происходит. В этот момент появился официант с тяжело нагруженной тележкой. Заставленная в два этажа она благоухала дарами моря. Сегодня в ресторане был рыбный день. Принц специально не хотел перегружаться мясом в преддверие возможной весёлой ночи. Тем более морепродукты полезны для потенции. Принц разлил коньяк по пузатым бокалам и покружил его, любуясь цветом в отражении свечи. Выпили. Сразу ещё по одной, закусили. Приятная теплота разлилась по телу.

— Теперь ты о себе расскажи. Мало ли, ты маньяк какой-нибудь. Мне говорили, что в Вавилоне полно маньяков!

— А то! Каждый второй. У меня все намного радужнее, Ленчик, — Принц немного захмелел. — Я сын олигарха. Когда ты… ну те события происходили мне было три года. А сюда я попал в 2020 году.

— Так-так. Получается тебе двадцать шесть биологических лет? — быстро подсчитала она.

— Ага.

— Почему Принц? Давай колись! Теперь я послушаю, — хитро улыбнулась и чокнулась третьим бокалом. А он ничего так, пусть даже маньяк, подумала Лена. Что я маньяков не видела? Взять хотя бы тех троих…

— Родился как говорят с серебряной ложечкой во рту. Только у меня она была платиновая. Жили мы в особняке на… впрочем неважно. У отца только в Москве имелось несколько особняков и зданий. В России я прожил небольшую часть своей жизни. В начале и в конце, перед тем как попасть сюда. Кстати прозвище Принц я получил не из-за этого. Оказавшись в Улье, я держал в руке книгу «Принц и нищий» Марка Твена. Не успел дочитать, так и таскал её с собой. Отсюда и позывной. Колесили мы по всему миру на собственной яхте. Жутко дорогой. В каждом порту у отца имелся дом, дворец или бунгало на худой конец. В Нью-Йорке мы владели тремя зданиями, большим поместьем за городом и папаня присматривался к ещё одному небоскрёбу. После того как достиг совершеннолетия, я перестал с ним куролесить по всему миру и осел в Европе. Благо у нас там был свой замок в Испании. Что такое деньги и откуда они появляются, я не знал. Мне стоило только захотеть, как у меня появлялось всё по списку.

— Охренеть, везёт же некоторым, — с набитым ртом произнесла Лена.

— Да, Ленчик. Но ты даже не представляешь какой облом я испытал в самом конце той беззаботной жизни. Родители мои погибли в автокатастрофе и через полгода я вступил в права наследования. Ровно через два дня, только-только ознакомившись со списком всего, чем владела наша семья, я оказался в Улье! — Принц налил себе полный бокал и залпом выпил.

— Охуеть! — Лена застыла с вилкой в руке и бокалом коньяка во второй руке.

— Примерно тоже самое я сказал, когда понял, куда попал. Впервые я испытал боль, голод, нищету именно здесь. Но Улей всё же обошёлся со мной прилично, я снова пришёл в себя.

— Ты не похож на богатого сынка. Те все задаваки.

— Родители постоянно меня учили не выделяться и быть вежливым со всеми. И ещё учти, что всю свою молодость я практически провёл за границей. Мой круг общения составляли дети богатых людей. Не только русских. У нас не принято было меряться достоянием родителей. Во-первых, это не наши деньги, а во-вторых, их было так много, что десять яхт у твоих родителей или двенадцать уже никого не волновало. Нас готовили для достойной смены и на такие пустяки у нас просто не хватало времени.

— И как тебе сейчас? Привык?

— Нормально, я просто забыл тот этап. Мне хватает. Я больше скажу, нам хватит. Ты как? — Принц пристально посмотрел на понравившуюся ему девушку. Улей прессовал время порой до микросекунд и долгое ухаживание здесь не имело места. Да, да, нет, нет.

— Почему я? — Лена отлично знала правила игры, но всё же хотела убедиться, тот ли это человек за кого себя выдаёт. Придумщиков столько развелось вокруг, все спешат вскружить голову такой красотке как она. Принц тоже понимал, что отпускать Лену нельзя, уже завтра ей сделает предложение другой. Хоть в Вавилоне баланс между мужчинами и женщинами был равен, но таких симпатичных попадалось гораздо меньше.