— Прибавь скорости, они уходят от нас. Великий не должен пострадать!

— Стараюсь! Как же им удалось пройти так быстро четыре кластера? — недоумевал Ким.

— Это мы медленно действуем. Вместо поощрения, можем спокойно заслужить развоплощение! — с тоской прошептал капитан.

— Догоним! Чёрт, не пойму почему эту посудину сильно тянет вправо! Что происходит? — Ким с трудом удерживающий челнок на курсе мельком взглянул на капитана. Изверг сильным движением отбросил труп пилота и увидел прожжённую панель управления. — Говорил же…

— Я убавил, кто виноват, что у него такая пустая башка… — в этот момент открылась дверь в рубку и на пороге возник очередной десантник. Капитан на рефлексах раззявил варежку на четыре части готовый броситься на внешника и сожрать его мозг. Но десантник оказался быстрее и не раздумывая засадил в упор из плазменной мини-пушки. Раскалённое облако моментально заполнило весь объём рубки. Капитан мгновенно сварился в собственном соку и превратился в золу. Досталось также и десантнику, его обгоревший и почерневший череп с испарившимися глазами ещё был жив. Падая, он инстинктивно выстрелил ещё раз, заряд прошёл вниз, расплавив пол и заодно ноги Киму. Через дыру показались городские застройки, которые в данный момент пролетал челнок и небоскрёб. Ким вцепился в штурвал игнорируя страшную рану. Точнее у него от ног остались только тазовые кости, всё чем укомплектовывается человеческий организм ниже, исчезло. Вместе с яйцами, но Киму они были без надобности, и он твёрдой рукой направил челнок вниз стараясь прицелиться прямо в броневик. Однако крен вправо никуда не делся и челнок задел крылом небоскрёб и вошёл в жуткое вращение по спирали.

Кима сорвало с места и начало крутить по рубке рихтуя его голову. Обгоревший десантник, но ещё местами живой гонялся за ним по рубке с широко растопыренными руками. Слепая махина в тяжелом скафандре не видя, что происходит палила во все стороны из всего до чего могла дотянуться. В ход пошли гранаты, мины и в конце он выпустил самонаводящуюся ракету ближнего радиуса действия. Сделав пол-оборота в рубке, она с удовольствием нашла свою цель, то есть самого охранника и разнесла его в клочки. На этом обстрел закончился. Половина Кима смотрела на происходящее с нордической стойкостью строителя коммунизма и только слегка ухмылялась. В этот момент произошла посадка. Сработала и детонировало всё, что ещё не детонировало до этого и остатки Кима выкинуло на хуй из челнока.

Одним оставшимся глазом Ким узрел тот самый броневик, наблюдавший за посадкой, и пополз к нему. Вместо радостных объятий гадкий броневик цинично размазал его по каменистой прерии и уехал дальше.

Два челнока с «пленными» сели на территории базы, так и не дождавшись капитана. В трюмах сидели тридцать четыре пленника. На удивление покладистых и молчаливых. Сержант передававших их с рук на руки не мог нарадоваться на таких образцовых доноров. Ещё в полёте им всем сделали экспресс-тесты. Таких крепких и жизнеспособных особей сержант давно не встречал. Всегда попадался какой-то изъян, как правило, спивались до такого состояния, что из них можно было выжимать алкоголь. Эта же партия имела идеальное здоровье. Прознав об этом у пандуса кроме конвоя, их с нетерпением встречала команда медиков. Вместо обычной тюрьмы столь перспективных особей сразу повели в госпиталь, где и планировали всех пустить под нож уже к утру. Дабы не терять времени, а то вдруг испортят себе печень или ещё что-то.

Конвой срезал стяжки, одетые на руки пленным неизвестно кем и заковал в надёжные красивые нолдовские ошейники. Люди стали растирать затёкшие руки и тихо ожидали своей участи, пока охрана надевала на них ошейники. Далее все вместе включая конвой и медиков отправились в госпиталь. Так как он не был предназначен для заключённых, то всех загнали на склад, запирающийся тяжелой металлической дверью, и оставили охрану снаружи. Пленников приковали к поручням, вделанным в стену и на этом успокоились. Примерно через час у пленных взяли ещё раз анализы и выводы повторились. Решено было перед выемкой органов покормить пленных, а саму операцию назначили на раннее утро.

— Кормёжка! — к дверям склада подъехала автоматическая платформа с баками, рассчитанными на всех пленников. Её сопровождал рядовой и капрал. Последний стоял со штурмовой винтовкой наперевес и собирался контролировать процесс. Охрана открыла дверь и после того платформа вместе с рядовым и капралом заехала на склад, закрыли за ними.

— Ого, сколько вас! — низким голосом недовольно воскликнул капрал, бросив взгляд на прикованных к металлическим поручням людей. — Рядовой, может ну их. Возиться ещё с ними, завтра всё равно всем конец придёт.

— Врачи оставили предписание обязательно накормить. Они сразу по анализам поймут. Какой-то параметр в крови надо поднять, — не согласился с ним рядовой.

— Ладно, уговорил, — кивнул усатый капрал и гаркнул пленникам. — Что, жрать хотите?

— Они тебя не понимают, можешь не надрываться, — спокойно заметил рядовой и направил платформу к первому пленнику. В приёмном отделении возникла миска, из клапана бака вниз потекла жижа, напоминающая клейстер. Строго отмеренная порция оказалась в миске и рядовой вопросительно взглянул на капрала. — Отстёгивать будешь?

— Ах, да. Задумался, — засмеялся капрал. — Мы у себя на ферме таким даже свиней не кормим. Ну-ка, засранец, иди, жри! — капрал провёл магнитной открывашкой по замку, удерживающим руки, и он тотчас расстегнулся. На пленнике по-прежнему оставался ошейник, в случае побега или нападения он мог легко оторвать пленнику взрывом голову, капралу лишь стоило пошевелить пальцем. Косматый, как и все пойманные люди растёр руки и взял миску. Ни ложки, ни хлеба не полагалось, и он попросту выпил содержимое из миски заметно скривившись.

— Что? Не нравится? Радуйся, что хоть это привёз, — оскорбился рядовой. Пленник сверкнул глазами из-под густых свалявшихся волос, и рядовой замолчал на полуслове. Его как будто огрели по голове дубиной выбив все мысли разом. Рядовой поплыл и сделал несколько неуверенных шагов к пленнику. Тот по-прежнему держал в руках миску и смотрел на внешника исподлобья. Его глаза мерцали странным жёлтым светом и не давали освободиться от оцепенения, навалившегося на рядового. Приблизившись к пленнику, рядовой рухнул на колени и открыл рот. Выглядело это комично, если не знать, что произойдёт дальше. Изверг не заставил себя ждать. На глазах обезумевшего капрала чёрный здоровенный глист вылез из пленного человека и тут же юркнул в рядового. Капрал завизжал как свинья и зачем-то активировал ошейник. Раздался хлопок, и косматая голова стартовала в потолок склада, но не достав его она с характерным шлепком рухнула рядом с ним.

— Ну что же ты так с ним? Ты не бойся, всё уже позади, — покачал головой рядовой после секундного замешательства. — Иди сюда! Открывай следующего.

Капрал как иноходец, выбрасывая вперёд правую руку и правую ногу двинулся к рядовому. Прекрасно осознавая, капрал всё же открыл всех, кто был прикован, а затем любезно снял со всех ошейники. После всех процедур он сразу обзавёлся наездником и постучал прикладом в дверь. Металлическая преграда двинулась в сторону. На той стороне их встречали ещё два солдата. Они даже не успели удивиться почему рядовой и капрал чуть ли не в обнимку с пленниками весело говорят на непонятном языке. Их тут же приняли в оборот, и изверги получили ещё два тела. Осталось пристроить ещё тридцать штук и можно начинать погромы. Как снежный ком они прошлись по основному коридору забирая тела у всех, кто им встречался на пути. Когда они дошли до медицинских лабораторий им оставалось проапгрейдить ещё с десяток извергов.

В большой чистой светлой лаборатории с прозрачными стеклянными стенами главный врач давал ценные указания по подготовке к массовой операции, назначенной через четыре часа. Он ошибся, и изверги провели свою немного раньше. Пока врачи ожесточённо о чём-то дискутировали к ним в стерильную зону ввалились несколько охранников-извергов. Остальные изверги с ещё не получившими свои новые тела жадно глазели на врачей через прозрачную преграду.