— Ближе ничего не осталось? — спросил он.

— Похоже нет, но тебе лучше знать. Мы эта… не местные типа. Пока, лет через сто, тогда да, — добавил папаша Кац.

— А я, Саш? — дёрнула его за рукав Маша.

— Ах, да. Лесник тут такое дело. Маша вот хочет с нами, со мной, то есть ну и с вами, конечно, — замялся Кислый.

— Со всеми? — уточнил Кац похоже окончательно выздоровел и даже успешно заставил покраснеть всех девушек.

— Можно мне к вам в команду? — пискнула красная как помидор Маша.

— Если будешь краснеть в ответ на всякую фигню, то нет, — заржала Лиана.

— У неё даже дара нет! — напомнил папаша Кац. — Как же?

— Ну так открой, в первый раз что ли, — удивился я.

— Как скажешь, — папаша Кац демонстративно вытер руки спиртовой салфеткой из саквояжа и подошёл к Маше. — И так, мадам. Какой дар вам открыть? Не хотите ли стать скреббером?

— Ой, я не знаю. Саш, какой лучше? — Маша выглядела очаровательно наивной, вся перетянутая ремнями портупеи.

— Какой получится. Если, — хмыкнул Кислый. Папаша Кац торжественно воздел руки над головой красотки и погрузил её в сон. Его волосы зловеще поласкались на ветру, Изя Кац прикрыл глаза наслаждаясь властью. Фельдшер в точности повторял его действия простирая свои грабли над побледневшим килдингом. Так они балдели пару минут, и потом Изя пробудился одновременно с Машей.

— Ну, ёпто, очаровашка, — только и сказал он. — Она у нас может прыгать во времени на минуту. Вперёд или назад, забирая с собой кого захочет. Три раза подряд!

— Ещё раз проверьте, всё ли вы взяли? — Моя команда вновь обновилась наполовину или даже больше. Я вспомнил наше первое знакомство с Соней. Ведь она хотела меня убить и достала бы, если я не оказался проворнее. На моих губах мелькнула улыбка, когда я вспомнил трафарет в стене от её тела и звук соприкосновения буйной Сониной головушки с рельсом. Неплохие были времена, но Лиана права, она отмучилась. А мы? Мы мучаемся или живём? Клоны мы или право имеем! Нет наша жизнь, это наша жизнь. Я, оставшийся на Земле давно умер, а здесь вот нет. Папаша Кац сказал, что мог бы встретится с Соней в Питере. Только он забыл об одном, там она не узнает его. И вот этот аспект удержал Изю от самоубийства. Я, наверное, единственный кто так хорошо знал его и понял, что он задумал. И тогда я решил пусть он напьётся под присмотром Тани. На утро он уже не совершит того, что задумал.

С Кислым всё понятно, стреляный воробей, шутка ли два года водить рейды в Пекле и выходить оттуда без единой царапины. Да у него на лбу написано — счастливчик. То, что надо, ведь мы не самые сильные, не самые ловкие, не самые-самые. Просто счастливчики… но не все. Девочки меня пугали, точнее Маша, уж очень она несерьёзно относится к предстоящему рейду в Пекло. Кислый сделал ей серьёзный втык, Лиана тоже поговорила по душам. Вроде начало доходить, что не в парк Горького едем, но время покажет. Я вспомнил себя через два месяца в Улье. Сложновато конечно, но и я не девочка. У меня за спиной хорошая подготовка. Физическая, а главное моральная. Последняя намного важнее. Мускулистых парней хватает, но как они себя поведут в бою? И то через два месяца я бы не рискнул поехать с пацанами в Пекло потусить. Чёрт, этот новый язык мне понравился. Мое «старорежимные» обороты жутко бесили Лиану, и она провела со мной ликбез. Не скажу, что я стал Цицероном, но от багажа прошлого избавился.

Таня в отличие от Маши вполне представляла, что их может ждать. Она тоже везучая, выжить из всего рейда дорогого стоит. И ведь не потёк бак! На её глазах килдинги сожрали весь коллектив, предварительно трахнув особенно симпатичных на алтаре. Здесь даже я не мог предсказать как бы пережил подобный перфоманс. То-то же она Изе сразу мозги вправила. Тотчас обо всём позабыл, но пока вроде у них не было ничего. Урфину всё нипочём, он только ухмылялся что-то замыслив. Носатый говнюк доиграется, я решил прихлопнуть его там же в колодце. Просто утоплю как кошака. Рядом с ним стоял Фельдшер в наглаженном свежем белоснежном халате. Лиана побрызгала его французским одеколоном, и если не всматриваться в его худобу и красные глаза, то вполне можно принять за патологоанатома. С недавних пор к его неизменному стетоскопу на шее у него прибавился маленький хромированный молоточек, которым психи лупят по коленкам пациентам. Фельдшер же в свою очередь показательно пробил им башку Смотрителю во время недавней схватки. Итого вместе со мной восемь тел, готовых для отправки в лучший мир, то есть в Пекло. Кто-то скажет, что это преступно мало, но учитывая поддержку Тимохи, то в самый раз. Лиана уже два раза заверила меня, что её ментальная связь инициированная, кстати самим скреббером надёжна, и она в любую минуту может подать сигнал бедствия.

— Я ведра не нашёл для Урфина, — развёл руками папаша Кац нагнетая атмосферу и игриво показал килдингу уголок медицинской пилы из саквояжа.

— Мне и без него неплохо. Обещаю не кусаться, — приложив руку к груди пламенно признался килдинг.

— Маше скормил красную, посмотрим, как она отреагирует, — добавил Изя. — Если не откинет копыта…

— Скормил! — фыркнула Маша. — Я тебе лошадь что ли, пень лохматый? Нормально всё со мной, Лесник. Чувствую небывалый прилив сил. Могу… много чего!

— Чудесно. Какой откат у неё, Изя?

— Десять часов пока. Но надо посмотреть, что это вообще такое, — замялся папаша Кац.

— Это легко проверить, — она направилась к знахарю и прошла мимо облизнувшегося килдинга. В этот момент их накрыло какое-то мутное поле и тут же исчезло. Маша как шла, так резко остановилась и влепила смачную пощечину Урфину, а папаша Кац нанёс ему удар ногой по яйцам как заправский каратист. Килдинг тонко заскулил и осел на землю.

— Эй, полегче! Он мне ещё нужен! — прикрикнул на них я. — Что происходит?

— Это как раз действие её дара, Лесник, — ответил всклоченный знахарь. — Он её лапать начал.

— Схватил за задницу! — воскликнула Маша, показав свою крутую попку, перетянутую ремнями. — А потом и за грудь!

— Неудивительно, скромнее надо одеваться, — скептически окинула её взглядом Лиана. — Изя, а ты вместе с ними на минуту назад перенёсся?

— Да, это я его взяла, он ближе всех стоял. Ну и этого само собой, — она упёрла пальчик в лоб Урфину.

— Только двоих можешь? — мне стало интересно. Отличный дар, между прочим.

— Пока да. Изя думает, что ещё три приёма красных жемчужин и я смогу брать на борт четверых.

— Какая максимальная грузоподъёмность у неё, Изя? — Лиана первая поняла куда я клоню.

— Здесь не о количестве идёт речь, а о радиусе действия. В идеале полагаю она сможет с собой забирать пятак метров в десять в диаметре. Ну да, — кивнул он сам себе.

— Ммм… Жень? — Лиана посмотрела на меня.

— Дай, — согласился я. Лиана вытащила обычную белую из своего мешочка, покоящегося на груди, и подала Маше.

— Запей живчиком. Такой дар нельзя оставлять на самотёк, — улыбнулась Лиана. Кислый ободряюще похлопал Машу по плечу.

— А я взгляну, — папаша Кац подкрался и положил ладошки Маше на затылок. Выезд немного задержался, но зато мы отправились в дорогу с девушкой способной спасти нас три раза подряд, если сама не прозевает момент. Период восстановления дара у неё уменьшился до двух часов. Я строго-настрого запретил без моего приказа использовать дар. Машу посадили в пассажирский отсек, откуда она могла выйти только после моего одобрения. Она сперва сопротивлялась, но Кислый объяснил ей, что не имея боевых даров, лучше из-под брони машины в Пекле не показываться. Также находясь в середине броневика, Маша гарантировано накрывала своим даром всю машину.

Быстро преодолев пустынную равнину, отделяющую с запада Гранитный от Пекла, мы добрались до окраин запретной для людей зоны. Надо быть очень самоуверенным человеком и разгуливать на окраинах Пекла. Конечно же кластеры значительно различаются между собой. Попадаются, к примеру такие, куда заражённые вообще не показываются. Они или все сплошь из развалин, или полны ядерных, или химических отбросов. А есть и такие в которых жизнь бьёт ключом. Да ещё каким. Именно к такому месту прибыли мы сейчас.