В аэропорту Москвы их ждала машина с водителем, присланная Дедом. Он заранее предупредил Вито, что на работе без него полный завал, и лучше вернуться поскорее. Поезд и автобус отпадали сразу: слишком много станций и остановок. Так и не переведя дух после самолёта, Вито и Эмма снова отправились в путь.

«Домой. Я еду домой, — думала она, греясь в объятиях любимого человека. — Даже не верится, что через пять часов мы увидим город, который, как всегда, возникнет словно из ниоткуда. Дорога бежит через лес и кажется, нет ему конца. И вдруг — дома, трубы завода… Я скучала по тебе, серый город!»

По стёклам машины ползли капли дождя, подбирая следом за собой снежинки, которые кружились в воздухе. В сумраке вечера улицы казались пустыми и безлюдными. А в коттеджном посёлке, куда пробирался автомобиль с пассажирами, фонари едва бросали свет на голые ветки деревьев, заборы, слякоть на дороге. Эмма поёжилась, представив, что сейчас нужно будет выходить из тёплого салона в сырость и хмарь.

«В доме прохладно, наверное, — думала она, посматривая на Вито, который выглядел уставшим, но довольным и спокойным. — Интересно, он не забыл увеличить температуру? А то котёл…»

Эмма не проследила свою мысль до конца, потому что её внимание переключилось на странный свет, который становился всё ярче по мере приближения к нужному адресу.

— Приехали, — произнёс водитель и зевнул.

— Большое спасибо за отличную поездку, — ответил Вито. — Оплачено?

— Да. Всего доброго.

— И вам.

Пока мужчины обменивались любезностями, Эмма уже стояла на улице и пыталась понять, что же там, за забором дома, в котором она жила. Едва машина отъехала, мигнув напоследок фарами, спросила, повернувшись к Вито:

— Откуда? Что там?

— Сейчас всё увидишь, — обнимая её, сказал он и открыл железную дверь своим ключом. — Проходи.

Она шагнула вперёд и ахнула, глядя во все глаза на сверкающий гирляндами дом. Тонкие веточки с мелкими огоньками раскачивались в такт ветру, стукались о разные поверхности, создавая эффект тихого разговора. Вдоль дорожки, ближе к крыльцу стояли светящиеся фигуры новогодних персонажей. А у самого порога расположилась красавица ель, высокая, украшенная игрушками, звездой наверху и бегущими фонариками цветных гирлянд.

— Какая красота, — прошептала Эмма, чувствуя, как замирает от восторга сердце. Она сложила руки вместе, прижала их к груди, будто хотела удержать этот миг навсегда. — Когда ты успел всё это?

— Мне помогала Каролина и её Берг. Конечно, мы рассчитывали, что снег хоть немного полежит, и тогда было бы ещё красивее. Но ты сама знаешь, как у нас тут бывает: утром всё заметено, а уже к обеду растаяло. Правда, обещают мороз до десяти градусов в новогоднюю ночь.

— Кто бы ещё поверил этим синоптиками, — улыбнувшись, сказала она и сделала первый шаг к дому.

Чем ближе подходила, тем больше начинало казаться, что ель росла здесь всегда. Но её здесь не было, это Эмма знала точно. С вопросом и недоверием в глазах она повернулась к Вито, шедшему чуть поодаль и наблюдавшему за её реакцией.

— Я что-то никак не пойму: она растёт из земли? — уточнила она.

— Да, — кивнул он в ответ. — Заказал из питомника. Привезли, сами посадили, сами грязь убрали. Не время, конечно, для посадок, но пообещали, что приживётся.

— Но как? Зачем? Это же не наш участок. Такие действия надо согласовывать с хозяйкой, — разволновалась Эмма.

— Ты скажи мне главное: тебе нравится? Нравится, как украшено здесь всё? Нравится эта ёлка?

— Конечно! Это же настоящая сказка! И к тому же она только наша, — совсем тихо закончила она, но тут же снова с беспокойством продолжила, — но всё равно так нельзя.

— Пойдём в дом, а то ты уже, похоже, замёрзла. Нос покраснел. Или плакать собралась?

Они зашли внутрь, включили свет и остановились друг напротив друга. Эмма ждала ответов на свои вопросы. Вито молча помог ей снять верхнюю одежду, обувь, чтобы вдруг огорошить словами:

— Этот дом готовился к продаже. В твоё отсутствие приходила та самая «знакомая знакомых», которая сообщила, что хозяйка решила продать своё имущество, поскольку остаётся жить там, где живёт сейчас. Деньги ей понадобились срочно. Я предложил вариант покупки на своих условиях. Мы поторговались недолго и договорились. Документы в процессе оформления, Каролина написала мне, что завтра всё уже можно забирать из МФЦ. Вот так. Это теперь наш дом.

Она смотрела на него и, казалось, не дышала. Удивление, непонимание, даже неверие сквозило в её взгляде.

— Тебе же нравился этот дом, — осторожно предположил он, — или я сделал что-то не так?

— Нравился, — подтвердила Эмма, но было понятно, что она не вполне осознавала, о чём говорил Вито, — и нравится сейчас. Как он может не нравиться? Но, Вито! Это же очень дорого!

— Нам тут жить и детей растить. Не найти лучше жилья: мы тут вроде и в черте города, и в то же время природа вокруг. К тому же хочу тебе сказать, что сам совершенно случайно узнал, что Воинов и Кира обитают здесь же, через улицу от нас. И у них тоже крайний дом к лесу. Ты же помнишь Киру?

— Помню, — понемногу приходя в себя, ответила она.

— И Кира тоже беременна. Об этом мне сказал Воинов ещё до твоего отъезда. Так что вы можете с ней вместе…

— Кира беременна? Правда? У неё так долго не было детей. Как хорошо!

Вито улыбнулся.

— Всё? Ты успокоилась? Одобряешь моё самоуправство?

— Я ещё не до конца представляю, что теперь этот дом… О таком можно только мечтать, — прошептала Эмма, подходя к нему и прижимаясь к груди. — Я всегда знала, что ты самый лучший.

— Мне приятно это слышать. Пора бы нам подкрепиться, как говорит твоя сестра. Я уверен, что Каролина нам что-то здесь оставила. Она же знала, когда мы вернёмся. Я дал ей запасной ключ на время нашего отсутствия. Каро за всем проследила.

— Ты вырастил прекрасную девочку, Вито.

— И скоро у неё появится сестрёнка… Как вспомню муки Эмилии, когда она пыталась разобраться, кто кому и кем приходится, так и смех снова разбирает.

— Да, Эмилька может взять на себя огонь и сгладить ситуацию.

— Ужин! Или я упаду в обморок, — изобразил он Эмилию и подтолкнул Эмму в кухню. — Идём! Завтра на работу, мне уж точно. Это у тебя ещё отпуск.

— Пойдём вместе.

— Отныне и навсегда?

— Да, и не только на работе.

— Точно-точно. А что ты думаешь по поводу свадьбы? — спросил Вито. — Какую хочешь?

— Тихую, только для своих, и никакой роскоши.

— Но белое платье будет? У тебя же оно должно быть.

— Белое? Невинность? — уточнила она. — Вроде бы и ни к чему.

— Детям и внукам покажем фотки, пусть нами полюбуются. У меня же тоже не было…

— Белого платья? Ой… Я хотела сказать, свадьбы.

Он усмехнулся.

— Не было ни платья, ни свадьбы. Не то время, не та ситуация, не те возможности. Поэтому мы с тобой должны всё это пройти, не когда-нибудь потом, а именно теперь — впервые оба.

— Хорошо. Пусть будет, как ты скажешь.

— И скоро праздник, ты не забыла? До него мы успеем подать заявление. А учитывая нашу ситуацию, долго ждать регистрации не придётся. За время новогодних каникул мы должны всё успеть и подготовить. Потом пригласим твоих…

— Стоп. Ты разогнался, я за тобой не успеваю. Давай будем решать всё постепенно?

— Давай. Но будем решать быстро, не откладывая ни на минуту.

— Согласна, — со смехом сказала Эмма. — Не буду спорить. Подчиняюсь!

— И это правильный ответ…

Сентябрь 2026 г.