Кристианна задумалась:

— Если она выживет — отпущу домой. С деньгами. Если нет... похороню.

— Как вы великодушны.

— Я уже не великодушная. Я просто... не хочу лишних жертв.

Арктур долгим взглядом посмотрел на графиню:

— Знаете, — сказал он. — В вас еще теплится что-то человеческое.

— Не обольщайся, — Кристианна пошла к замку. — Это просто привычка.

Ночь. Комната Лиры.

Девушка сидела на кровати, сжимая узел с вещами. Пыльные принесли ей ужин — яйца, хлеб, сыр. Всё было настоящее, свежее (откуда в замке свежие продукты, Лира не решилась спросить). Она ела и плакала. Не от страха — от неожиданной доброты. В доме её никто никогда не кормил так. Никто не давал отдельную комнату с кроватью и балдахином. Никто не обращался с ней, как с человеком.

— Почему вы плачете? — спросил главный Пыльный, заглядывая в дверь.

— Я... я не знаю, — всхлипнула Лира. — Я боюсь. И мне стыдно.

— Бояться нечего, — сказал Пыльный. — Госпожа Кристианна сурова, но справедлива. Она не обидит тебя. Если, конечно, ты ее не предашь.

— Я не предам, — прошептала Лира.

— Тогда всё будет хорошо. — Пыльный закрыл дверь. — Спи, девочка. Завтра будет трудный день.

Лира легла на кровать, укрылась одеялом, девушка долго смотрела в потолок. Там, на старых балках, кто-то нацарапал:

«Морнингстары не плачут. Они заставляют плакать других».

Лира улыбнулась сквозь слёзы и закрыла глаза...

Замок Морнингстар, библиотека.

Раннее утро следующего дня.

Кристианна не спала, молодая женщина просидела в библиотеке всю ночь листая гримуар при свете фиолетового камина. Леди Эвелин плавала рядом, иногда комментируя действия графини:

— Не та страница. Дальше. Нет, левее. Ты читаешь как курица лапой.

— Если ты не замолчишь, — сказала Кристианна, — я заколочу твой портрет в подвал.

— Обидно, — фыркнула прабабка, но замолчала.

Кристианна нашла нужный раздел «Ритуал Крови и Плоти, используется для изгнания суккубов. Требует:

1) Кровь девственницы (не менее литра).

2) Серебряный клинок.

3) Круг, начерченный кровью.

4) Призыв суккуба по имени.

— Все просто, — сказала графиня. — Возьмём кровь, начертим круг, вызовем демона, а потом отрубим ему голову.

— Ты забыла про жертву, — напомнила леди Эвелин.

— Какую жертву?

— Кровь девственницы нужно набирать не просто так. Девственница должна добровольно отдать свою кровь. Если она будет сопротивляться ритуал не сработает.

Кристианна помрачнела:

— Значит, Лира должна согласиться.

— Сама. Без принуждения. — Леди Эвелин вздохнула. — Это самое трудное. Девственницы редко соглашаются на такое. Обычно их приходится убеждать.

— Я убежу.

— Чем?

Кристианна задумалась:

— Я скажу ей правду. Что за ней охотится суккуб. Что если мы не проведём ритуал, демон придёт за ней. Что её кровь — единственное спасение.

— А если она не поверит?

— Поверит. Я покажу ей Амалию.

— Но Амалия далеко.

— Скоро будет близко. — Кристианна закрыла гримуар. — Я приведу её сюда. На запах девственницы.

Леди Эвелин присвистнула (насколько это возможно для призрака):

— Ты собираешься использовать Лиру как приманку?

— Да.

— Это жестоко.

— Это эффективно.

— А если Лира умрёт?

— Значит, умрёт. Но сначала она убьёт суккуба.

Леди Эвелин долго смотрела на правнучку:

— Знаешь, — сказала она наконец, — ты мне нравишься. Ты такая же безжалостная, как я в молодости.

— Я не безжалостная, — возразила Кристианна. — Я просто... не вижу альтернативы.

— Это и есть безжалостность. Добрый человек всегда видит альтернативу. Злой, только цель.

Кристианна промолчала на справедливое замечание…

Завтрак в столовой.

Лира сидела за столом рядом с Арктуром. Пыльные подали овсянку (на этот раз без грибов) и травяной чай. Лира ела еду с аппетитом, но поглядывала на Кристианну с опаской. Графиня заметила напряженный взгляд сироты.

— Лира, — сказала молодая женщина. — После завтрака поговорим.

— О чём, госпожа?

— О твоей крови.

Лира побледнела:

— Моей... крови?

— Да. — Кристианна отставила тарелку. — Мне нужна твоя кровь. Для ритуала. Без него мы не сможем защитить замок от демона, который охотится за мной.

— За вами?

— За мной. Но если демон придёт, он убьёт нас всех. Тебя — в первую очередь. Ты молодая. Невинная. Такие для него самое вкусное лакомство.

Лира посмотрела на Арктура, мужчина согласно кивнул:

— Госпожа говорит правду. Я видел, что делают суккубы с невинными девушками. Поверь мне на слово, ты не захочешь так умирать.

— Я не хочу вообще умирать, — прошептала Лира.

— Поэтому ты должна помочь нам, — Кристианна наклонилась вперёд. — Мне нужна твоя кровь, не смертельная доза, всего лишь один литр. Это как сдать кровь для больного, Лира, ты потеряешь силы, но через неделю восстановишься.

— Что будет в том случае, если я откажусь?

— Тогда мы все умрём, — просто сказала Кристианна. — Я, ты, Арктур. Все, кто живет в моем замке. И твоя деревня тоже. Суккуб не остановится на достигнутом.

Лира долго молчала, так долго, что Кристианна уже начала терять надежду.

— Хорошо, — сказала наконец девушка. — Я согласна.

— Почему? — спросил Арктур.

— Потому что вы первая, кто отнесся ко мне как к человеку. Госпожа, вы дали мне комнату, еду, работу. Я не хочу, чтобы вы умирали. — Девушка посмотрела на Кристианну. — Вы не кажетесь мне злой. Вы кажетесь... сломленной, но не злой.

Графиня отвела взгляд:

— Не ошибись во мне, девочка, — сказала она тихо. — Я могу быть очень злой.

— Но не со мной, — Лира улыбнулась. — Я чувствую.

X'Thul заворочался внутри графини.

— Она права, — прошептал дух. — Ты действительно к ней привязалась. Это мило.

— Заткнись.

— И вкусно. Мне нравится запах её доверия.

— Я сказала, заткнись.

Дух обиженно затих, Кристианна встала из-за стола:

— Тогда начнём подготовку. Арктур, мне нужен серебряный клинок.

— Есть в оружейной. Старый, но острый.

— Пыльные, подготовьте подвал, я нашла место для ритуала.

— Будет сделано, — зашелестели Пыльные.

— Лира, — Кристианна посмотрела на девушку. — Ты будешь жить в моей комнате до ритуала. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось раньше времени.

— Хорошо, госпожа.

— Называй меня Кристианна.

— Хорошо, госпожа Кристианна.

Оружейная. После завтрака.

Арктур копался в куче ржавого железа, пока графиня стояла у двери, скрестив руки на груди.

— Он где-то здесь, — бормотал лекарь. — Я видел его пять лет назад. Серебряный, с рукоятью из оленьего рога.

— Пять лет — большой срок.

— Для железа — нет. — Арктур вытащил из кучи длинный предмет, обмотанный тряпками. — Ага. Вот он. — Мужчина развернул тряпки. Клинок был прекрасен. Серебро, чистое, без единого пятнышка. Рукоять из рога, на которой вырезаны руны. Лезвие — острое, как бритва.

— Красивый, — сказала Кристианна.

— Это артефакт, — Арктур повертел клинок в руках. — Сделан специально для убийства демонов. Серебро с примесью святой воды. Если вонзить в суккуба, он превращается в камень.

— Или в жабу, — добавила Кристианна, вспомнив слова леди Эвелин.

— Жаба — тоже хорошо. Жаб легче рубить.

Кристианна взяла клинок. Он был лёгким, почти невесомым. Но когда она коснулась лезвия пальцем — порезалась.

— Острый, — констатировала факт графиня, глядя на выступившую кровь.

— Серебро не любит живых, — сказал Арктур. — Оно любит мёртвых.

— Я уже наполовину мертвая, — Кристианна сунула клинок за пояс. — Так что мы поладим.

Молодая женщина вышла из оружейной, она направилась к подвалу. Пыльные уже подготовили место — освободили площадку, вымели пол, расставили свечи.