«Вот и отлично. Тогда поехали».

Вскоре Носорог завёлся и с некоторым усилием двинулся вперёд. Они проехали через Фалькон Скотт, где многие улицы были пустыми, а многие — неосвещёнными. В некоторых районах лежал снег, а в других толпы беженцев беспокойно спешили по холоду.

Ластер почему-то упорно придерживался только хорошо освещённых дорог, что несколько замедляло продвижение. Стена становилась всё ближе и ближе.

Но не успели они доехать до кольца вторичной обороны, как Санни вдруг приказал остановить БТР. Ластер оглянулся с немым вопросом.

Санни на несколько мгновений замешкался, а затем сказал:

«Жди меня здесь. Я ненадолго».

С этими словами он вышел из Носорога и направился к знакомой башне общежития, которая оказалась неподалёку.

На этот раз никто не чистил снег перед входом. Санни постоял минуту-другую, с мрачным выражением лица глядя на хлипкие двери. В конце концов, он вздохнул.

«Даже если весь город будет разрушен, это проклятое общежитие должно выстоять. Я позабочусь об этом».

С этими словами он повернулся и пошёл прочь.

…Однако когда он развернулся, то чуть не столкнулся с кем-то, подходящим к общежитию.

«Смотри, куда прёшь, идио… а? Санни?»

Он вздохнул и поднял голову, заметив Бет и профессора Обеля. Они, видимо, возвращались со своих смен — Бет из волонтерского центра, а старик — из инженерного крыла правительственного комплекса.

Девушка пару раз моргнула и удивлённо уставилась на него. Прежде чем Санни успел придумать, что сказать, она спросила:

«Тебе не холодно?»

Он открыл рот, а затем посмотрел вниз, на тонкую шёлковую тунику, покрывавшую его тело. Действительно, она не была похожа на то, что положено носить человеку в середине зимы.

Санни прочистил горло.

«Вообще-то нет. Ну… сопротивление стихиям, знаешь ли».

Бет усмехнулась.

«Ты всё ещё человек, не так ли? Надень что-нибудь тёплое, ради Заклятия… Полагаю, драться на стене с насморком — не лучшая идея. Вознесённые сопли — это всё равно сопли…»

Он несколько мгновений молча смотрел на неё, а потом вдруг рассмеялся.

«Ах, да. Я всё ещё человек, это правда. Спасибо. Я постараюсь это запомнить».

Профессор Обель сделал шаг вперёд, улыбаясь.

«Ты направлялся к нам, майор Санлесс? Идём, идём… нет смысла стоять здесь, на холоде…»

Санни улыбнулся, а затем слегка покачал головой.

«Нет, на самом деле я собирался заступить на смену на стене. Армейское Командование ожидает большой битвы, так что подняли всех… ну, даже больше, чем обычно. Если прозвучат сирены, то оставайтесь внутри и будьте осторожны в ближайшие сутки или около того. Всё может стать немного суматошным».

Старик со вздохом кивнул.

«Понятно. Что ж, тогда мы не будем тебе задерживать. Пожалуйста, будь осторожен».

Он двинулся вперёд, но затем остановился и похлопал Санни по плечу.

«Может, заглянешь к нам после смены? Ничего особенного, но сегодня Бет получила несколько дополнительных пайков. Мы планируем устроить пир для всех в нашем блоке, кто всё ещё ждёт билета. Я оставлю тебе порцию».

Санни на мгновение замолчал, а потом пожал плечами.

«Почему бы и нет? Пусть это будет обещанием».

Он смотрел, как профессор Обель и Бет исчезают внутри, а затем медленно повернулся и пошёл обратно к Носорогу.

Пока он шёл, улыбка исчезла с его лица, сменившись мрачным, безжалостным выражением.

В его глазах прятались глубокие тени.

«Пришло время убить Титана».

Нельзя было допустить повторения того, что произошло в Эребус Филд. Голиаф должен был умереть, и Санни был как раз тем человеком, который мог его убить. Око за око, смерть за смерть.

Санни был очень мелочным и злопамятным человеком, и им двоим… им нужно было свести счёты.

Ветер с воем бился о колоссальный бастион городской стены. Солдаты Первой Армии дрожали на стене и с мрачными выражениями на лицах вглядывались в туманную мглу метели. Они были счастливчиками — менее удачливые находились далеко внизу, на земле, готовые защищать проломы ценой собственной жизни.

Из-за уродливых прорех в оборонительном барьере города логистика осады значительно усложнилась. Сегодня было особенно трудно, поскольку никто не знал, с какого направления собирается атаковать Титан.

Голиаф мог прийти с юга, маршируя по опустошённому ландшафту и сотрясая землю каждым своим шагом. Он мог прийти с севера, появившись из-под тёмных волн, чтобы сначала атаковать портовую крепость. Насколько было известно Армейскому Командованию, он мог даже подняться из-под земли… Масштабы возможностей Титана оставались загадкой.

Именно поэтому защитники были рассредоточены по всему периметру стены, а не скапливались на одном или нескольких её участках.

Однако Санни и Джет вместе со своими когортами Иррегулянтов оказались на привычном месте — прямо над главным входом в осадную столицу, неподалёку от Врат Кошмара, не так давно прорвавших стену.

Санни сидел, прислонившись спиной к металлическому парапету, и медитировал. Жнец Душ стояла неподалёку и смотрела на огромное поле смерти, заслонённое снежной пеленой. Они старались не обращать внимания на шёпот Зова.

Иметь с ним дело было крайне раздражающе, поскольку он дополнял тошнотворную тревогу ожидания начала битвы.

Санни вздохнул и посмотрел на Мастера Джет. Его волосы мешали, поэтому он откинул их в сторону. Не успел он заговорить, как она вдруг спросила:

«Почему бы тебе не подстричься?»

Он смущённо кашлянул.

«О… дело в том, что обычные ножницы и автопарикмахеры перестали на меня действовать. Наверное, мне стоит просто воспользоваться острым Воспоминанием и подстричься самому… да, так я и сделаю, когда-нибудь…»

Джет с улыбкой отвернулась.

«Я знаю одного парня в ОССК. Он очень востребован, так как является одним из немногих Пробуждённых парикмахеров поблизости. Среди его клиентов много Святых, но если хочешь, я могу дать тебе рекомендацию».

Санни рассмеялся.

«…Конечно. Когда мы вернёмся в ОССК».

Он помолчал несколько мгновений, а затем спросил:

«Насколько ты уверена, что мы сможем уничтожить Голиафа?»

Жнец Душ заколебалась.

«Я буду практически уверена, если ты выполнишь свою часть плана. Если что-то пойдёт не так, Кровавая Волна тоже вмешается. Жаль, что Небесный Прилив опять улетела сражаться с Зимним Зверем… но мы справимся и без неё».

Санни кивнул.

«Думаю…»

Однако Джет прервала его, подняв руку. Он замолчал и приподнял бровь.

Она со спокойным выражением лица смотрела в темноту.

«Прислушайся».

Санни так и сделал, не слыша ничего, кроме завывания ветра и приглушённого дыхания тысяч солдат, окружавших их. Затем откуда-то издалека до него донёсся приглушённый звук.

Бум.

И затем, после долгой и мучительной паузы, снова.

Бум.

Санни встал, вглядываясь в метель. Вдруг он почувствовал, как по спине поползли мурашки.

«Он идёт».

С огромного расстояния доносились громоподобные шаги колоссального гиганта. Хотя солдаты ничего не могли разглядеть из-за бушующей метели, один только звук заставлял их бледнеть и хвататься за оружие дрожащими руками.

Бум… бум…

Бум…

Каждый шаг атаковал их, почти как психическая атака.

Джет попыталась связаться с Армейским Командованием, но выругалась, когда помехи сделали это невозможным. Вызвав одного из посыльных, она коротко сказала:

«Сообщи в штаб, что Голиаф приближается с юга. Нам как можно скорее нужно подкрепление. Иди!»

Бледнолицый гонец отдал честь и скрылся из виду. После этого им оставалось только ждать.

Рядом с Санни готовились к бою члены его когорты. Все вокруг делали то же самое, а из непроницаемой белой мглы за стеной продолжали доноситься шаги гиганта, постепенно становясь всё громче… и ближе… и гораздо страшнее.

Бум!