Я посмотрел на неё и вдруг понял, что ответ на самом деле очень простой.

— Потому что я не хочу быть чьим-то инструментом, — сказал я, понизив голос. — Даже если этот инструмент будет из чистого золота и инкрустирован бриллиантами. Мне больше нравится самому решать, кого и когда использовать.

Госпожа вдруг рассмеялась. Смех был резким, как звук разбитого стекла, но в нём чувствовалось какое-то странное уважение.

— Что ж, иди тогда, Рыжий Дьявол, — она махнула рукой, возвращаясь к своему креслу. — Иди и попробуй выжить в этом хаосе. Я буду смотреть за тобой с огромным интересом, обещаю.

Я развернулся и направился к выходу. Но когда я уже взялся за ручку двери, она снова окликнула меня, и в её голосе проскользнула сталь.

— И помни одну вещь, Кацу. Рано или поздно тебе всё равно придётся сделать выбор. И когда этот момент настанет, мне будет очень любопытно узнать, кого ты предашь первым.

Я не стал ничего отвечать. Просто вышел в коридор и плотно закрыл за собой дверь, отсекая этот могильный холод. Внутри меня всё буквально кипело от адреналина. Я понимал, что назад дороги больше нет, и, чёрт возьми, это было самое крутое чувство за последние месяцы.

Кстати, если вы думаете, что я сейчас напуган, то вы плохо меня знаете. На самом деле я уже прикидываю, как использовать эту ситуацию в своих целях. Главное — не дать им заметить, что я в восторге от этой игры.

Павильон был забит людьми. Все бегали, таскали какие-то провода, стулья и коробки с реквизитом. Судя по лицам, все были на взводе, а до начала показа оставалось всего пара часов. В общем, всё шло по классике — то есть абсолютно не по плану.

Я стоял у входа, прислонившись к косяку, и наблюдал за Чоу. Она в сотый раз перепроверяла списки, стараясь выглядеть спокойной. Но я-то видел, как она сжимает челюсть. Когда Ягами так делает, значит, внутри неё уже вовсю бушует ураган.

— Ну что там, Железная Ягами? — я лениво оттолкнулся от стены и подошёл к ней, засунув руки в карманы. — Нам уже можно начинать паниковать или подождём, пока нам ещё что-нибудь отключат?

Чоу резко обернулась, и в её глазах прямо-таки полыхнуло раздражение. Она с силой швырнула папку на стол, так что несколько листов разлетелись по полу.

— Ты вообще представляешь, что творится? — она почти прорычала это, тыча пальцем в экран ноутбука. — Основной сервис продажи билетов заблокировал нашу трансляцию. Просто взял и выключил нас! А ещё половина техников получила «очень выгодные предложения» от Кимуры. Видимо, им предложили больше, чем мы платим за их честность. И, как вишенка на торте, в сети уже крутят статьи о том, что наша площадка небезопасна.

Я присвистнул, оглядывая зал. Ну конечно, Кимура не мог просто оставить нас в покое. Это было бы слишком скучно для него.

— Значит, решили задушить нас ещё до выхода на сцену, — я усмехнулся. Внутри сразу проснулся азарт. — Что ж, пора доставать козыри.

Чоу прищурилась и посмотрела на меня с подозрением. Она явно ждала, что я сейчас выдам какой-нибудь безумный план, но в глубине её глаз уже мелькала надежда. Я не мог её подвести, тем более что она сейчас выглядела почти мило в своём гневе.

— Слушай внимательно, — я кивнул на её ноутбук. — Запускай резервные серверы, те, что мы готовили на крайний случай. И срочно звони братьям Баро, пусть тащат сюда своих независимых операторов. Пусть снимают всё на ручки, без всяких там корпоративных платформ, которые можно выключить одной кнопкой. А с этой истерией в сети мы поступим проще: просто покажем всем, что нам плевать на их страшилки.

Чоу несколько секунд молча смотрела на меня, а потом вдруг коротко улыбнулась. Это была та самая улыбка, которая означала, что она готова идти за мной, даже если мы пойдём в огонь.

— Иногда ты реально пугаешь меня, Кацу, — она схватила телефон и начала быстро набирать сообщения, почти не глядя на экран. — Но, чёрт возьми, сейчас я тебе даже благодарна.

Я подмигнул ей и развернулся, чтобы найти Йоко. Она стояла у дальней стены и о чём-то спорила с Рио. Выглядела она, как всегда, сногсшибательно: длинные тёмные волосы распущены, зелёные глаза сверкают. Заметив меня, она изящно повернулась и направилась в мою сторону, покачивая бёдрами.

— Ну что, Кацу, — произнесла она, останавливаясь в паре шагов и складывая руки на груди, — я так понимаю, наша премьера снова превращается в поле боя? Кимура решил устроить нам весёлую жизнь прямо перед стартом?

— Именно так, — я кивнул, оглядывая её с ног до головы. — Но у меня есть идея. Ты должна публично подтвердить своё участие в показе. Сделай это через свой аккаунт, прямо сейчас, в прямом эфире. Чем больше будет шума и споров, тем лучше для нас.

Йоко удивлённо приподняла бровь, но потом понимающе улыбнулась. Она была достаточно умна, чтобы сразу сообразить, к чему я клоню.

— Хочешь превратить их попытку сорвать шоу в бесплатную рекламу? — она склонила голову набок, и в её глазах заплясали искры. — А ты не так прост, как кажешься, Таката-сан. Мне начинает нравиться твой ход мыслей.

— Никогда и не был простым, — я пожал плечами с самым невинным видом.

Йоко рассмеялась, и этот смех эхом прокатился по залу, заставив нескольких техников обернуться. Она достала телефон и отошла в сторону, чтобы записать обращение. А я остался стоять на месте, наблюдая за тем, как всё вокруг приходит в движение. Рио носился с бумагами, братья Баро уже где-то внизу встречали операторов, а сёстры Олсен репетировали в углу, напевая что-то себе под нос.

Кстати, читатели, если вам кажется, что я сейчас нервничаю, то вы ошибаетесь. Я, конечно, понимаю, что Кимура может раздавить нас одной левой, но именно в такие моменты я чувствую себя по-настоящему живым. Война, интриги, высокие ставки — это моя стихия. И, честно говоря, я уже предвкушаю, как мы утрём нос этому лысому гиганту.

Зал забивался людьми. Толпа текла плотным потоком, и через десять минут свободных мест просто не осталось. Я завис за кулисами, подглядывая за залом через узкую щель в тяжёлом бархате занавеса. Лица были разные: кто-то припёрся из чистого любопытства, кто-то фанател от Йоко, а кто-то просто хотел глянуть, как я с треском провалюсь с этой затеей. Впрочем, мне было плевать. Главное, что они пришли, а значит, первый раунд за нами.

Сзади подошла Акира. Я почувствовал её ещё до того, как она открыла рот, потому что её изумрудная аура всегда пульсировала так, что у меня даже мысли в голове становились спокойнее.

— Ты вообще в курсе, что сейчас начнётся? — тихо спросила она, вставая рядом и заглядывая мне в лицо. — Нагрузка будет бешеная. Если ты где-то накосячишь или просто перегоришь, я не уверена, что смогу тебя вытащить из этого состояния.

Я обернулся и посмотрел на неё. Акира выглядела сосредоточенной, но в глазах проскакивала явная тревога. Забавно, но мне стало даже приятно от того, что эта ледяная леди за меня переживает.

— Да расслабься ты, — я усмехнулся, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Я за свою жизнь столько раз умирал, что это уже стало моим любимым хобби. Но сегодня я планирую остаться в живых, у меня слишком много незаконченных дел и долгов по квартире.

Акира только покачала головой, мол, «ну и придурок». Вместо ответа она легонько сжала моё плечо. По телу тут же прошла волна её энергии, как будто меня обдало тёплым душем после долгого дня.

— Ладно, демон, — прошептала она, отстраняясь и подталкивая меня к выходу. — Иди уже. Покажи этим людям, почему ты считаешь себя гением.

Когда я вышел на сцену, свет прожекторов ударил прямо в глаза. На секунду я ослеп и вообще не понимал, где нахожусь. Но зрение быстро вернулось, и я увидел сотни людей, которые смотрели прямо на меня. В груди привычно зажегся огонь. Это не был страх, скорее какой-то азарт, как перед большой игрой. Сцена — это ведь тоже своего рода война, только вместо ножей у нас слова и музыка.