Он разворачивается, чтобы подняться обратно, потом вспоминает, зачем спустился, и снова поворачивается к ней.

— Давайте поговорим о печени. О пробудившейся человеческой печени. Что скажете?

— Хорошо. — Она не знает, как заманить его поближе, но пока он не поднимается наверх — или пока его жена, чьи мозги, похоже, работают лучше, не спускается вниз, — ей может что-то прийти в голову. — Как пробудить печень, профессор?

— Конечно же, съев другую печень. — Он смотрит на нее, как на идиотку. — Лучше всего подходит телячья печень, но я подозреваю, что свиная будет почти так же хороша. Мы никогда ее не пробовали. Из-за прионов. Кроме того, если всё работает...

— То лучше не трогать, — заканчивает Холли. Ее голова болит так сильно, что кажется, будто пульсируют глазные яблоки, а ее жажда огромна, но она улыбается ему своей самой лучшей улыбкой, говорящей "научите меня". Ее рука сжимается и разжимается, сжимается и разжимается.

— Верно! Абсолютно верно! Если всё работает, то не нужно трогать. Это аксиома! Я подозреваю, что человеческая печень была бы лучшей из всех, но чтобы накормить человека свежей человеческой печенью, проблема была бы... очевидно... была бы... — Он хмурится в пространство.

— Что вам понадобятся два пленника, — говорит Холли.

— Да! Да! Очевидно! Аксиоматично! Но печень... что я говорил?

— Пробудилась, — говорит Холли. — Возможно... стала готовой?

— Именно так. Печень — это священный Грааль. Настоящий священный Грааль. Таинство. Знаете ли вы, что человеческая печень содержит все девять необходимых аминокислот? Что она особенно богата лизином?

— Который предотвращает герпес, — говорит Холли, которая подвержена им.

— Это наименьшее из его достоинств! — Голос Харриса повышается. Скоро он достигнет уровня, близкого к крику, который так пугал некоторых студентов, что они бросали его занятия. — Лизин лечит тревогу! Лизин заживляет раны! Печень — это кладезь лизина! Он также оживляет вилочковую железу, создающую Т-клетки! А ковид? Ковид? — Он смеется, и даже это почти крик. — Те, кому посчастливилось поесть человеческой печени, особенно пробужденной человеческой печени, те смеются над ковидом, как я и моя жена! О, и железо! Человеческая печень богаче железом, чем печень телят... овец... свиней... оленей... сусликов... да кого угодно. В человеческой печени железа больше, чем в печени синего кита, а вес синего кита составляет сто шестьдесят пять тонн! Железо предохраняет от усталости и улучшает кровообращение, особенно в МООЗГЕ! — Родди постукивает себя по виску, где пульсирует узел мелких вен.

Холли думает, что разговаривает с настоящим безумным ученым. Только, конечно, она не разговаривает, а слушает. Родни Харрис больше не читает лекций. Он кричит невидимой аудитории неверующих.

— Унции, ВСЕГО ЛИШЬ УНЦИИ человеческой печени содержат семьсот процентов КАЖДОГО ВИТАМИНА, необходимого для образования эритроцитов и клеточного МЕТАБОЛИЗМА! Посмотрите на мою кожу, моя добрая эльфийка, просто посмотрите на нее!

Родди схватывает одну впалую морщинистую щеку и ощупывает ее, как стоматолог, готовящийся вколоть новокаин в десну пациента.

— Гладкая! Гладкая, как сказочная ПОПКА МЛАДЕНЦА! И это только ПЕЧЕНЬ! — Он делает паузу, чтобы перевести дух. — Что касается употребления мозговой ткани...

— Всё это чушь, — говорит Холли. Это просто вырывается из ее уст. У нее нет ни плана, ни стратегии. Она просто сыта по горло. Мысли о том, чтобы потешить его самолюбие, улетучились.

Он смотрит на нее широко раскрытыми глазами. Он выступал перед невидимой аудиторией, убеждал ее, а тут какая-то неоперившаяся недоучка, не имеющая за душой ничего, кроме курса школьной биологии, имела наглость оспорить его мнение. — Что? Что вы сказали?

— Я сказала, что вы несёте чушь, — отвечает Холли. Она держится за прутья клетки правой рукой, левая сжата в кулак над правой грудью, ее лицо прижато к одному из железных квадратов, и она пристально смотрит на него. Ее старание не употреблять вульгаризмы, впитанное чуть ли не с молоком матери, также улетучилось. — Это шарлатанская хрень, такая же, как медные браслеты и магические кристаллы. Гладкая кожа? Вы когда в последний раз смотрелись в зеркало, профессор? Вы же морщинистый, как незаправленная постель.

— Заткнись! — Его щеки пылают тускло-красным цветом. Вены на висках пульсируют всё быстрее и быстрее. — Заткнись, ты... ты, тупица!

"Они убьют меня, но прежде я поведаю этому человеку несколько простых истин".

— Что касается улучшения мозговой деятельности... Вы страдаете болезнью Альцгеймера, профессор, и это не ранняя стадия. Вы не можете вспомнить мое имя, а через несколько месяцев, может быть, всего через несколько недель, вы не сможете вспомнить и свое собственное.

— Заткнись! Заткнись! Ты — невежественное, отсталое существо!

Он делает шаг к ней. Именно на это Холли и рассчитывала, когда просила его поделиться одним из своих ужасных коричневых шариков плоти, но теперь она почти не замечает этого. В гневе — на него, на его жену, на свое нынешнее безнадежное положение — она даже забыла о жажде.

— Вы думаете, вам становится лучше. Ваша жена думает, что ей становится лучше. Может быть, на какое-то время вам действительно стало лучше. Такое случается. Не вы один читаете научные журналы. Это называется...

— Прекрати! Это ложь! Это грязная чертова ложь!

Он не хочет, чтобы она произнесла то, что, как он знает, может быть правдой, но она намерена это сделать. Ей придется замолчать, когда она умрет, но пока что она еще жива.

14

Когда Холли сообщает Родни Харрису, что он не единственный, кто читает научные журналы, Эмили входит в здание Фредерик-билдинг. Идея с масками ей кажется смехотворной, но сейчас она рада, что на ней маска, а кепка Холли натянута так, что козырек затеняет ей глаза. Она подходит к схеме здания и смотрит, где расположен офис агентства "Найдем и сохраним". Он находится на пятом этаже, вместе с офисами "Импорт мебели, Инк." и "Дэвид и Дочь, Судебные бухгалтеры".

Эмили заходит в лифт и нажимает кнопку 5. Выйдя из лифта, она удостоверяется, что коридор пуст, и, прихрамывая, идет к двери с надписью ДЕТЕКТИВНОЕ АГЕНТСТВО "НАЙДЕМ И СОХРАНИМ". Поскольку у нее есть ключи Холли, она с радостью обнаруживает, что дверь заперта. Значит, дежурного администратора нет. Если бы был, то она изобразила бы из себя рассеянную старушку и сказала бы, что, наверное, ошиблась этажом, извините. Она начинает перебирать ключи Холли, пробуя те, которые могли бы подойти, и надеясь, что никто из "Импорта мебели" или "Дэвида и Дочери" не выйдет в туалет.

Третий ключ подходит. Она входит в зону ожидания. Тихо шумит кондиционер. Она проверяет компьютер на небольшом столе, надеясь, что он находится в спящем режиме, но тщетно. Она открывает дверь справа и заглядывает в кабинет партнера-мужчины, судя по развешанным на стене спортивным страницам в рамке. Та, что с заголовком "КЛИВЛЕНД ВЫИГРЫВАЕТ МИРАВУЮ СЕРИЮ" (плохая грамматика, думает она), скорее всего, настоящая, но не "БРАУНЫ ВЫИГРЫВАЮТ СУПЕРКУБОК!"

Другой кабинет принадлежит Гибни. Она спешит к компьютеру Холли и нажимает случайную клавишу, надеясь вывести его из спящего режима. Он действительно был в спящем режиме, но требует пароля для доступа ко всевозможным сокровищам. Она пробует несколько вариантов, включая HollyGibney, hollygibney, FindersKeepers, finderskeepers, LaurenBacallFan и password. Ни один из них не срабатывает. Она смотрит на стол — аккуратный, упорядоченный и пустой, за исключением блокнота. На верхнем листе нарисованы цветы и несколько надписей. Там есть имя Имани, которое Эмили ни о чем не говорит, а вот трейлерный парк "Элм Гроув" — да; это место, куда поехала Эмили, чтобы вычистить трейлер этой дряни Краслоу и создать видимость, что она сама уехала. Эми это не нравится, но то, что написано ниже, нравится ей еще меньше: "Звонарь", Х. Кастро и 2012 год.