— Другие, — говорит Холли.

Барбара дала ей почитать часть своих произведений, и Холли знает, что они являются своего рода механизмом преодоления и выживания. Барбара пытается примирить свое доброе и щедрое сердце с тем ужасом, который она пережила в лифте в прошлом году. Ужасом от Чета Ондовски. Не говоря уже об ужасе от того, когда она обнаружила свою подругу в клетке с перемазанным кровью лицом и двумя трупами поблизости.

Холли видела больше, пережила больше — в конце концов, она была в той клетке, — и для нее поэзия не является предохранительным клапаном; лучшее, что она написала в свое время, было (скажем прямо) довольно слабым. Но ей снова начали нравиться фильмы ужасов, и эти безобидные страшилки могут стать началом примирения. Она знает, что некоторые люди сочтут это извращением, но на самом деле это так.

— Ты должна позвонить Джерому, — говорит Холли. — Сначала Джерому, потом родителям.

— Да, сразу же. Но я рада, что сначала поговорила с тобой.

— Я тоже рада. — Даже больше, чем рада.

— Ты узнала что-нибудь еще? О... деле?

— Нет. Если ты говоришь об их... не знаю... их причинах, то мы, возможно, никогда не узнаем всего. Хорошо, что нам удалось остановить их...

— Ты, — говорит Барбара. — Ты остановила их.

Холли знает, что в это дело было вовлечено много людей, от Кейши Стоун до Эмилио Эрреры из магазина "Джет Март", но не говорит об этом.

— В конце концов, это, наверное, стало обыденностью, — говорит она. — Сначала они просто переступили черту, и в следующий раз им было легче. Да и эффект плацебо сыграл свою роль. Его разум разрушался, и в какой-то мере ее тоже. Их бы всё равно поймали, но, вероятно, не раньше, чем они бы это сделали снова. А может, и не раз. Серийные убийцы начинают ускоряться, и то же самое происходило с ними. Скажем так, всё хорошо, что хорошо кончается... как и могло бы быть, наверное.

«Конечно, приятно было бы так думать», — считает она.

— Я бы лучше поговорила о твоем большом призе. Ты самая молодая из тех, кто когда-либо выигрывал его?

— Да, на шесть лет! В письме было сказано, что мое эссе показалось им глотком свежего воздуха. Ты можешь поверить в этот бред?

— Да. Барб, я могу в это поверить. И я так рада за тебя. А теперь иди и звони остальным.

— Обязательно. Я люблю тебя, Холли.

— Я тоже тебя люблю, — говорит Холли. — Очень сильно.

Она ставит телефон на зарядное устройство и направляется на кухню, чтобы допить свой кофе. Не успевает она дойти до кухни, как начинает звонить офисный телефон. Она не отвечала на него с конца июля, это делал телефонный робот или служба поддержки. Большинство звонков были запросами на интервью, несколько — от таблоидов, предлагавших большие суммы денег. Она выслушивает сообщения, но не отвечает ни на одно из них. Ей не нужны их деньги.

Сейчас она стоит у своего стола, глядя на офисный телефон. Пять звонков, и звонящий попадет к роботу. Он уже на третьем.

«Как только начинает казаться, что ты видела худшее, что есть в человеке», — думает Холли, — «и злу нет конца».

«Вот он, звонок», — думает она. – «Звонок, которого я ждала».

Она может поднять трубку и продолжить заниматься расследованиями. А это значит снова прикоснуться ко злу, которому нет конца. Или она может оставить звонок на автоответчике, и если она так поступит, то это будет означать, что она не просто фантазирует о выходе на пенсию, а действительно хочет прекратить деятельность и жить на свои богатства.

Четвертый звонок.

Она спрашивает себя, как бы поступил Билл Ходжес. Но есть и более важный вопрос — что бы Билл хотел, чтобы она сделала?

И перед самым пятым звонком она поднимает трубку.

— Здравствуйте, это Холли Гибни. Чем я могу вам помочь?

14 августа 2021 г. — 2 июня 2022 г.

Хотя события в романе "Холли" следуют почти сразу же за событиями в повести "Будет кровь" из одноименного сборника, постоянные читатели и те, кто внимательно следит за современными событиями, наверное, заметили, что есть, по крайней мере, один очень крупный сбой в последовательности. Хотя ковид играет важную роль в "Холли" — более того, от него зависят несколько сюжетных точек, — в "Будет кровь" о пандемии не упоминается, несмотря на то, декабрь 2020 года, в котором происходит действие "Крови", был ужасным месяцем для Америки, когда было зарегистрировано не менее 65 000 смертей.

Причина проста: когда я писал "Будет кровь" в 2019 году, ковида еще не было на горизонте. Я не люблю, когда реальные события подгаживают моей вымышленной истории, но такое время от времени случается. Я бы изменил "Будет кровь", если бы мог, но это означало бы переписать всю историю, а как мы говорили еще в колледже, часами играя в карточную игру "Червы": карта сброшена — карта сыграна. Я просто хотел, чтобы вы знали, что я в курсе этой нестыковки.

Значительная часть населения Америки — хотя, радует, что не большинство — выступает против вакцинации. Эти люди могут подумать, что сквозная линия ковида в книге "Холли" является пропагандистской (термин для такого рода художественной литературы, которую я, между прочим, люблю, — "мыловарение"). Это не так. Я считаю, что вымысел наиболее правдоподобен, когда он сосуществует с реальными событиями, реальными личностями, даже с названиями брендов. Мать Холли умерла от ковида, а сама Холли — немного ипохондрик. Мне показалось естественным, что она будет придерживаться твердого мнения о ковиде и предпринимать все меры предосторожности (за исключением сигарет). Это правда, что мои взгляды на этот вопрос совпадают с ее, но мне хочется думать, что если бы я выбрал персонажа-антипрививочника в качестве главного героя или важного второстепенного персонажа, то я бы честно отразил его взгляды.

Что приводит меня к Родни Харрису. Он — прекрасный пример персонажа, чьи взгляды совершенно точно не совпадают с моими собственными. Каждый факт и исторический эпизод о каннибализме, который приводит Родди, является правдой. Ложными являются только его выводы. Например, идея о том, что употребление человеческой печени может излечить болезнь Альцгеймера, является полной чушью. Нельзя винить Родни за выборочное использование данных; этот человек явно сошел с ума, он псих. И когда я думаю об этом, такое сравнение оскорбляет психов.

Как всегда, исследовательская работа была проведена замечательной Робин Фёрт. Она рассказала мне всё о каннибализме, но это было только началом ее вклада. Она также вернулась к трилогии "Мистер Мерседес" и создала полную хронологию событий для Холли Гибни. Это потребовало немало переработок с моей стороны, но в то же время уберегло меня от множества ошибок. Думаю, я справился с задачей, за одним исключением: у дяди Генри, очевидно, были дети, которые были исключены из этого повествования. Робин — моя богиня исследований. Пожалуйста, отдайте ей должное за всё, что получилось. Во всех ошибках виноват я.

За помощь с латынью (которую я уже подзабыл) я хочу поблагодарить Тима Инграма и Питера Джонса из благотворительной организации "Классика для всех", которая поддерживает преподавание многих классических дисциплин. Найти их можно на Фейсбуке или с помощью Гугла.

Мой давний литературный агент и друг Чарльз "Чак" Веррилл ушел из жизни в начале 2022 года. Потеря, которую я ощутил в связи с его кончиной, в некоторой степени была смягчена быстротой, с которой его давний деловой партнер Лиз Дархансофф взяла на себя решение вопросов, связанных с книгами и сюжетами, чтобы я мог продолжать придумывать всякую ерунду, что у меня получается лучше всего. Несмотря на свое глубокое горе, Лиз не упустила ни одного момента. Без нее я бы пропал, и это касается ее блестящих коллег по агентству — Мишель Мортимер и Эрика Амлинга. Большое спасибо.