— Для всех места не хватит, — заметил я, поглядев на пустые трибуны.

— А всех и не пустят, — усмехнулся граф Уваров. — Сюда имеют вход только обладатели клубных значков, да и то тех, кто по статусу выше. Остальным придётся довольствоваться трансляцией на большой экран в нижнем зале.

— Как продумано, — я покивал, признавая разумность такого подхода. — А где я могу переодеться?

— Видишь у дальней стены дверь? — палец графа показал направление. — За ней раздевалка и душевая.

— Даже душевая есть? — хмыкнул я. Представив, сколько народу там побывало, как-то расхотелось ею пользоваться. — Ну что ж, пошёл готовиться.

— Удачи, Михаил, — Наталья хоть и была взбудоражена происходящем, старалась выглядеть спокойной, как и полагается аристократке.

— Спасибо, Наталья Александровна, — улыбаюсь в ответ и направляюсь в раздевалку. Она представляла собой небольшую комнатку без окон, но с вентиляционной трубой, протянувшейся под потолком. Благодаря ей здесь не чувствовалось спёртого воздуха. Обстановка скудноватая, да и зачем здесь лишняя мебель? Две длинных скамейки, четыре металлических ящика для одежды, резиновые коврики (надеюсь, их периодически моют и дезинфицируют?). Вздохнув, расстегнул чехол и вытащил оттуда костюм и обувь. Уже разделся до трусов, как раздался телефонный звонок. Извлёк из висящего на «плечиках» пиджака мобильник, нажал на вызов.

— Да, Арсен, слушаю.

— Михаил, придётся всё же драться, — с досадой сказал телохранитель. — Луизе не удалось задержать подполковника. Он, гад такой, вызвал на место аварии своего адвоката, а сам укатил на его машине. Только что вошёл в клуб.

— Может, это и к лучшему, — задумчиво ответил я. — Зато по-честному.

— Ну, тогда удачи тебе, сын купеческий, — пошутил Арсен.

— Ой, хорош прикалываться, — но я не сержусь, потому что понимаю: личник пытается поднять мне настроение. — Позвони Луизе, скажи ей, что бой будут транслировать по внутреннему каналу клуба. Наверное, сможет подключиться.

— Передам. Ни пуха ни пера, Миша.

— К чёрту.

Я отключился и быстро переоделся. Раз Скрипицын уже в клубе, не хочется столкнуться с ним в раздевалке. Стало интересно, как продумали этот момент представители «Золотой клетки»? Они ведь должны отвечать не только за безопасность зрителей, но и следить, чтобы дуэлянты не передрались друг с другом ещё задолго до выхода на площадку. Или все здесь такие вежливые до умопомрачения?

Переодевшись, я извлёк из ножен сабли, положил их на лавку, после чего собрал все вещи и убрал в ящик. Ключей, видимо, здесь не предусмотрено, а дверца открывалась одним поворотом ручки. Пожав плечами, взял клинки и вышел из раздевалки.

И едва не столкнулся со спешащим переодеться Скрипицыным. Успел-таки, шельма! Вежливо раскланялись друг с другом и пошли каждый своей дорогой. Выступать перед зрителями мне уже было привычно, поэтому я равнодушно скользнул взглядом по заполненным трибунам. Сколько здесь человек? Навскидку — полторы сотни. Негоже аристократам сидеть вплотную друг к другу, да и техника безопасности диктует свои условия. Девушек гораздо меньше, чем мужчин, но это и понятно. А где Наталья Александровна? Ага, вижу её на самой верхней лавочке, под приглядом суровой молодой дамы-телохранительницы. Возле сестры сидит Григорий и что-то говорит на ушко. Княжна, глядя на арену, кивает в ответ и улыбается. Хм, почему мой секундант не на арене? А вот Уваров чётко выполняет свою обязанность. Он с заложенными за спину руками разговаривает с двумя осанистыми мужчинами. Подозреваю, что это секунданты Скрипицына. Комиссар Басов сидит на стуле прямо по центру ристалища, закинув ногу на ногу. Он откровенно скучает. Дуэли такое привычное дело, что чего-то нового вряд ли стоит ожидать.

Я вышел на середину площадки и начал неторопливо разминаться. Провёл обязательный комплекс движений, покрутил «восьмёрки», вызвав оживление на трибунах. Ну да, казачий стиль в столице в новинку. Бабич привёл интересную статистику. В Петербурге дуэли проводятся чаще всего среди флотских. Здесь всё логично: близость к морю, военно-морская база. То же самое во Владивостоке, в Крыму, на Каспии. А вот «армейский» стиль весьма распространён в центральных губерниях России, в том числе и в Москве.

Мысли текут лениво, руки автоматически выполняют некие упражнения. Источник постепенно разгоняется, создавая на клинках алые разводы, постепенно превращающиеся в нераскрытые бутоны. Зрители зашумели ещё больше. Но этот шум подобен далёкому морскому прибою, и я на него не реагирую. Мне сейчас нужно найти тот баланс между хладнокровием и боевым ражем.

Раздались аплодисменты. На ристалище вышел подполковник Скрипицын в чёрном комбинезоне. На ногах у него высокие ботинки с плотной шнуровкой, руки затянуты перчатками. Небрежно неся под мышками палаши, отставник успевал раскланиваться со своими знакомыми на трибунах. Не приближаясь ко мне, Скрипицын остановился, перехватил палаши и тоже стал разминаться. Басов посмотрел на часы, но не ничего не сказал. По правилам соперники имеют несколько минут для разминки. Мой соперник не опоздал, но вышел на площадку чуть позже, поэтому времени ему будет дано меньше. А я уже почувствовал разгорающийся жар источника. Токи расплавленного серебра поднимаются по магическим каналам, заполняют меридианы и готовятся хлынуть в пальцы, сжимающие рукояти клинков. Взмахнув несколько раз своим оружием, я увидел распустившиеся розы на сверкающих в электрическом свете полотнах.

Как и ожидал, раздался смех от увиденного. Мужчины посмеивались, разглядывая странную и неудачную, по их мнению, активацию магической силы. Розы! Что может быть нелепее для мужчины, владеющего холодным оружием? Но я привык и к такому проявлению эмоций у зрителей.

— Время, господа! — громко сказал Басов, и мгновенно наступила тишина. — Пора начинать.

Секунданты вышли на ристалище, встали сбоку от нас.

— Господа, готовы ли вы удовлетворить свои обиды прощением друг друга? — спросил граф Уваров.

— Только бой, — отрезал Скрипицын, держа палаши остриями вниз.

— Не вижу необходимости, — спокойно отвечаю я.

— В таком случае все существующие претензии снимаются в случае поражения одной из сторон, — громко проговорил граф, чтобы его услышали все находящиеся в зале. — Победителем считается тот, кто первым сорвёт магический доспех с противника и нанесёт символический укол в любую часть тела кроме головы, бёдер, паха и живота. Будьте внимательны к условиям дуэли, чтобы не получить бан. В случае нарушения одного из условий победителем признаётся другая сторона. Учитывая, что оба дуэлянта придерживаются разных боевых стилей, комиссар не станет считать применение индивидуальных приёмов за нарушение. Господа секунданты, коллеги, у вас есть претензии к озвученным правилам?

— Нет, Ваша Светлость, — кивнул один из секундантов подполковника. — Думаю, нам стоит проверить оружие дуэлянтов.

— Не возражаю, — Уваров решительно подошёл к Скрипицыну, а его помощник направился ко мне.

— Прошу ваши клинки, юноша, — такой же усач, как и подполковник, коренастый, приземистый, протянул свои широченные ладони.

Я вложил в них рукояти сабель и стал спокойно ждать, когда секундант проверит качество оружия и наличие запрещённых артефактов. Тот довольно уверенно осмотрел клинки, посверкивающие серебристо-алыми разводами, а потом перехватил их руками в самой середине, не боясь порезаться. Ладони секунданта, как я успел увидеть, покрылись мерцающей плёнкой магического конструкта.

— Хорошая сталь, — зачем-то сказал он и вернул мне оружие. — Используете ли вы артефакты усиления доспеха?

— Нет, — уверенно ответил я. Из-за таких хитроумных штучек можно сразу же получить дисквалификацию и позор.

— Прекрасно, — мужчина, тем не менее, быстрым движение ладони провёл над моим плечом, едва заметно кивнул и отошёл.

Граф Уваров закончил осмотр оружия Скрипицына и тоже вернулся на своё место. До меня дошло, почему Гриша находится на трибуне, а не здесь, рядом с графом. Клинки проверяют только те, кто умеет «чувствовать» запрещённые магические конструкты. Недаром, второй секундант соперника не двинулся с места.